– Эту дорогу единения ты прошёл сам без проводника, сын. Тебе предстоит стать не только главой Императорского дома. Тебе предстоит стать Хранителем миров. Но время этих вопросов ещё не пришло.
Могут ли дети помнить своё появление на свет, я не знаю. Его не видел и я. В это время моя душа шла сквозь темноту, которая является гранью между миром Явным и путём Восхождения Души на самую высь мироздания. За короткое время я увидел и услышал все Срединные миры Междумирья.
Я пытался визуализировать эти воспоминания и записать их на компьютер, но не смог. Ни при помощи машин дяди Градимира, ни при помощи всего совета Пифий. Никак. Словно эти воспоминания были частью меня и не должны быть видимы никому больше. Так сказал верховный Палач. И я ему склонен верить. Это был только мой путь.
Путь Хранителя миров.
Глава 2
подглавка
Междумирье
В пустой комнате царил полумрак. По углам стояли подставки народа Айны, на которых горел огонь, едва освещая пространство вокруг себя. Символы Пифий на узорчатых стенах вспыхивали голубым пламенем от пола до центра купола над головой, словно посылая сигнал куда-то далеко в пространство. Камин был потушен, а возле одного из трёх окон стоял Удо и, скрестив руки на груди, смотрел в бескрайние просторы космоса.
– Ты пришёл сразиться в игре? – в комнате появился Хранитель Предтечей.
– Нет, я пришёл помолчать, – спокойным голосом сказал глава Императорского дома, не сменив позы и не взглянув в сторону вошедшего.
– Ты просишь у меня время тишины? – удивился Арнбьёрн.
– Не знал, что в тишине нужно просить такое время, – усмехнулся Удо.
– Ты бы мог сидеть в тишине один возле своего костра сколь угодно долго, Ульвбьёрн, но ты пришёл ко мне. Это место не есть мир Тишины, – Хранитель подошёл к окну и, сотворив два кресла, присел в одно из них.
– Я знаю это, Арнбьёрн. Но мне нравится проводить минуты тишины именно в этой комнате.
– Но её не существует ни в одном из миров, – усмехнулся Хранитель, устроившись поудобнее в кресле. – Однако ты пришёл именно сюда, послав при этом сигнал мне.
– Ты видел её глаза? – вместо ответа спросил Удо.
– Она видит во мне врага вашего сына, – грустно усмехнулся Арнбьёрн. – Но ты же знаешь, что это не так.
– Порой она видит врага даже во мне, – Удо тяжело вздохнул.
– Ответь, – спокойно произнёс Хранитель.
– Я воспитываю Альрика по системе наследника, а она хлопочет над ним, как курица-наседка над цыплёнком. Я и так во многом уступаю своей жене, но не в воспитании сына. Я кожей чувствую, как пропасть непонимания растёт между мной и Тирой. Когда мы праздновали десятилетие Альрика, то я огласил на всю Империю, что юный принц прошёл подготовительный этап и готов ступить на свой собственный корабль в качестве помощника капитана. Его первая личная гвардия у всех на глазах принесла присягу моему сыну. В этот момент я почувствовал, что Тира готова была упасть в обморок от страха, – Удо резко замолчал.
– Потому что не могла остановить это, – добавил Хранитель.
– Она потеряла дочь в первые минуты её рождения. Я сам унёс Дарьяну от жены к порогу дома на забытой богами планете. Этот удар она бы ещё пережила. Но узнать о существовании других родителей, это было выше её понимания. Они первыми дали тело душе Дарьяны. Они, а не мы! – Удо развернулся к Арнбьёрну. – Так кем Дарьяна является по праву своего рождения? Ответь мне, Хранитель одного из миров за гранью жизни.
– Душа Дарьяны вообще не принадлежит никому в Явном мире, Ульвбьёрн. Ни вам с Тирой, ни её первым родителям. Душа сама выбирает тех, кто станет её отцом и матерью.
– Ты мне говоришь прописные истины, а не даёшь ответы, – Удо резко отвернулся к окну, а огонь на подставках Айны погас.
Комнату освещали лишь всполохи голубого пламени от символов Пифий на стене. Звёзды всё так же сияли за окном. Между собеседниками повисла долгая пауза.
– Чтобы вернуться к своему Радомиру, ей нужны были именно вы с Тирой, – Арнбьёрн первым нарушил молчание. – Только вы, и никто другой, были способны дать тело такой сильной Душе, Ульвбьёрн. Так что Дарьяна ваша дочь по праву рождения, – Удо не произнёс ни слова в ответ. – Спрашивай, я буду отвечать.
– А потом родился Альрик. Я помню счастье в глазах Тиры. Как она была прекрасна в тот миг. А через несколько минут в её глазах поселился страх. Она смотрела на Альрика так, словно он сейчас исчезнет на её глазах в Междумирье, где её душа блуждала больше десяти лет вдали от меня. Этот страх я вижу в её глазах до сих пор. Чем старше становится Альрик, тем более серьёзная подготовка его ждёт. Он отправится на рубежи, где до сих пор идёт зачистка звёздных систем Мрака от всякой нечисти. И тогда я могу стать для своей жены врагом номер два.
– А кто же первый? – усмехнулся Хранитель.
– Пока что ты, Арнбьёрн, – Удо взглянул на собеседника и увидел его удивлённый взгляд.
– Так поэтому Альрик не хочет со мной заниматься уроками силы? Чтобы не расстраивать свою матушку?
– Нет, – Удо опять отвернулся к окну. – Это я ему запретил.
– Но, Ульвбьёрн, я могу его многому обучить! – спокойствие Хранителя было пробито, он вскочил на ноги и подошёл к главе Императорского дома. – Пусть я не отвечаю на вопросы, но я могу помочь Альрику овладеть его силой.
– Поэтому я привёз его к тебе сейчас, Арнбьёрн, – Удо опять тяжело вздохнул. – Дай ему время вопросов в ближайшие дни. Так вы сможете вместе разработать план ваших уроков. Я его просмотрю и внесу свои корректировки. Мой сын может быть хоть трижды Хранителем всех этих ваших Срединных миров, но в первую очередь он – будущий глава Императорского дома! А теперь я тебя оставлю, – Удо повернулся к Хранителю и вежливо поклонился.
– Знаешь, почему ты до сих пор так и не смог поговорить со своими предками, ушедшими по дороге восхождения? – остановил его вопросом Хранитель, Удо вопросительно приподнял бровь, но не проронил ни слова. – От твоего взгляда и мне порой хочется закопаться под какую-нибудь гору, а проход завалить камнями, – усмехнулся Арнбьёрн, но Удо опять не ответил. – Я помогу твоему сыну на его пути взросления, только позволь мне это сделать.
– Я уже позволил это, – сухо ответил Удо. – Так почему я не смог дозваться своих предков в мире Тишины?
– Ты звал свой народ у этого огня, – Хранитель показал на подставку народа Айны. – С таким же успехом ты мог бы звать их у всполохов этой стены, – он показал на узоры народа Пифий. – Дарьяна часто коротала время рядом со своим Учителем на завалинке в лесу у костра во время походов. Там она его и нашла по эту сторону жизни.
– Мой отец терпеть не мог каминов. Хотя этот точная копия того, что есть в его комнате на Сканде, – Удо махнул в сторону погасшего камина. – Но, насколько я себя помню, огонь там не разводили ни разу.
– Многое не имеет значение по эту сторону жизни, Ульвбьёрн, а многое, что не имело значение при жизни, становится путеводной нитью к ушедшим за её грань. Дело не в камине. И даже не в огне.
– Я услышал тебя, Хранитель. А теперь позволь всё же попрощаться, – Удо склонился ещё раз.
– Я не прощаюсь надолго, – усмехнулся Хранитель.
Кромешная темнота накрыла комнату, и всё исчезло.
подглавка
Реальность
За окном было ранее утро. Птицы уже вели свою перекличку, встречая первые лучи солнца. Из открытого окна, занавешенного плотными шторами, тянуло приятным ароматом свежей травы, окроплённой росой.
Удо с наслаждением потянул носом, набрав полную грудь воздуха, и открыл глаза. Тира спала в его объятьях, закинув одну ногу на его бедро и прижавшись к мужу всем телом. Глава Императорского дома нежно улыбнулся, стараясь не шевелиться, чтобы не разбудить жену. Он любил такие моменты, чувствуя, что Тира всё ещё безоговорочно ему доверяет. Так он лежал около часа, закрыв глаза и ещё крепче прижимая жену к себе. В его голове проносились тысячи мыслей касательно не только их пребывания на Сольгерде, но и дел в Империи. Он не оставлял свой пост даже тут, регулярно просматривая сводки глав секторов и вестей с фронтов зачистки планет Мрака от драгондов в двух рукавах галактики. И сейчас ему нужно было вставать, чтобы успеть кое-что сделать до завтрака, но ему так не хотелось будить Тиру и прерывать эти минуты спокойствия их семейной жизни. Удо пошевелился.
– Удо, не уходи, – Тира крепко обняла мужа, не открывая глаз.
– Мне нужно вставать, любимая, – Удо нежно погладил жену по щеке и увидел, как она посмотрела на него своими невероятно голубыми глазами с лёгкой зеленцой, в них было много солнца для него. – С каждым днём я люблю тебя ещё больше, Тира, – Удо прильнул к её губам.
Она ответила на его поцелуй, но когда Удо прижал её к себе и провёл по спине рукой, то резко отстранилась. Вдруг солнце в её глазах превратилось в ненавистный ему страх. Удо тяжело вздохнул и откинулся назад на подушку.
– Не здесь, Удо. Я не могу здесь, – Тира приподнялась на локте.
– Под «не здесь» ты имеешь в виду планету Сольгерд или нашу супружескую постель? – Удо холодно взглянул на Тиру, та поёжилась от его колючего взгляда.
– Не в Пустоши, Удо. Я остерегаюсь её Хранителя. Ведь он же из Срединных миров. Да?
– Он не враг нашему сыну, Тира, а друг, – Удо резко сел на кровати, спустив ноги на пол и повернувшись спиной к Тире. – И он ни при чём в наших с тобой отношениях, как и сама Пустошь. Между нами стоит Альрик. Твоя материнская забота переросла в паранойю, Тира. А наша с тобой любовь ушла на второе место в твоей жизни, если не на последнее.
