Ирина Жалейко – Посвящение. Книга первая. Трилогия четвёртая «Хранитель миров» Фантастическая сага «Воины Света». (страница 10)

Порой отец водил нас с матушкой к берегу океана, где отдыхали люди из дворцового комплекса со своими детьми. Я помню счастье матери, которая смеялась над нашими шалостями. Я помню крепкие руки отца, когда он подкидывал меня над собой, как обычного ребёнка. Я помню счастье моих родителей в эти минуты. Но я также помню вежливое отношение к нам со стороны людей. Уважительные поклоны, постоянные «ваше величество» и «ваше высочество». Я не понимал эти слова тогда, но видел, как люди были вежливы с нами. Я задал отцу вопрос, он сказал, что ещё не пришло время для этого ответа. На тот момент мне было уже два стандартных галактических года.

Может, именно тогда ушла моя беззаботность?

В начале третьего года своей жизни я ушёл в тишину. Темнота накатила на меня, но потом вдруг отступила, и я увидел огонь народа Айны. Я присел возле него, не понимая, куда я шагнул на этот раз. Ко мне вышел представитель народа Айны:

«– Я приветствую тебя, наследный принц Императорского дома Альрик, – он присел с другой стороны костра. – Меня зовут Андриус. Я давно шагнул на дорогу Богов.

– Мне о тебе рассказывал отец. Ты спас мою тётю Снижну, отдав за неё свою жизнь, – я внимательно вглядывался в его лицо.

Он был ярким представителем своего народа. Его красная кожа отливала огненными бликами от пламени костра. Миндалевидные глаза медового цвета, почти чёрные волосы. Я в нём чувствовал силу духа и спокойствие его души.

– Да, я отдал за неё свою жизнь. Она должна была жить не только ради моего народа, но и вашего.

– Почему ты не назвал меня Хранителем миров? Ведь я не только наследный принц народа Императорского дома и их будущий их глава.

– Всё верно, но ты ещё не вступил в права Хранителя миров. Пока ты лишь ученик, идущий этим путём. А я пришёл тебе помочь осознать Срединные миры.

– Ты расскажешь мне о моём пути?

– Время этих вопросов ещё не пришло, – Андриус улыбнулся мне.

– Всему своё время?

– Всё верно, наследный принц Альрик.

– Но ты ответишь мне на другие вопросы?

– Именно для этого я вышел к твоему огню, наследный принц Альрик. Спрашивай, я постараюсь ответить».

Когда я в тот раз вышел из тишины, то понял, что моё детство окончено. Моим учителем стала не только тётя Снижна, но и шаманы народа Айны. Я начал овладевать силой своей реки жизни, а моя матушка мрачнела с каждым новым моим достижением на этом пути. Я пытался разогнать тучи в её глазах, но не мог. Я старался во всём быть хорошим сыном для неё. И мне это удавалось. Видеть её улыбку, было счастьем для меня. Слышать её смех, это была радость для меня. Я видел любовь своих родителей друг к другу. Они были воистину неделимы. Их реки жизни практически слились в одно русло. Это было их единение. Поэтому моя душа смогла родиться в этом теле именно у них. Я был частью их любви, частью их самих. И я был горд этим.

Я учился в обычной младшей школе шаманов. Но я видел, как меня сторонятся дети. В какой-то момент я понял, что они стараются отдалиться от меня. Они не принимали меня в свои игры. Купание на пляже не доставляло больше мне радости с тех пор, как я построил замок из песка взмахом своих рук. Окружающие меня взрослые застыли в благоговейном восторге, а дети со странным блеском в глазах. Это не была зависть. Нет. Они склонили передо мной головы и назвали «наследным принцем». Может, тогда я стал отдаляться от них, а моя беззаботность ушла от меня навсегда?

В пять лет я мог победить не только любого гвардейца, но и шамана из народа Айны. Моя сила росла, и я стал ходить в школу тёти Снижны для взрослых. Именно тогда и пришло время ответов моего отца о наследии Императорского дома. Хотя я уже и так знал ответы на многие свои вопросы.

Так моё детство и закончилось. Как и моя беззаботность.

Я не смог приобрести настоящих друзей. Для детей моего народа я был наследным принцем. Я был символом в их глазах, и это ставило между нами преграду, которую они не могли или не хотели преодолевать. Даже дети, живущие в дворцовом комплексе. Мой титул, моя сила реки жизни, моя спецподготовка. Всё это делало меня чужим в их детских играх.

Всемир и Всесвет.

Весельчаки и балагуры. Они всегда были рады мне. Их нисколько не пугала моя сила реки жизни. Я это чувствовал. Я это видел. Я это знал. И пусть по рождению они были моими племянниками, по духу они стали моими кровными братьями и настоящими друзьями. Я всегда мог рассчитывать на их дружеское плечо.

Ружана.

Рядом со мной с самого рождения была Ружана. Дочка дядьки Переслава и тётушки Жданы. Душа моей родной сестры Дарьяны пришла в этот Явный мир во второй раз. А в первой она была старшей сестрой тётушки Жданы. Моя матушка отказалась от этого родства, считая, что та семья отобрала у неё самой право называть Дарьяну дочерью. Она не была с ними холодна, но и не считала своими родственниками. Порой я не понимал поведения матушки рядом с тётей Жданой. Ведь та всеми силами старалась поддержать нашу семью, полностью переселившись с мужем на Сканду. И это несмотря на то, что их семеро сыновей так и остались жить на далёкой от нас планете в другом рукаве галактики. Со временем моя матушка с радостью приняла дружбу тетушки Жданы. И называла своей подругой. Об этом рассказал мне мой отец.

Жизнь сделала так, что Ружана имела со мной странное родство. Но мне было на это наплевать. Ружана предпочитала меня называть братцем, за что я ей был очень признателен. А я назвал8 её своей сестрой. Этому моя матушка оказалась не против. Наоборот, словно похвалила меня за это решение. Воспитанная миссис Льювой в традициях Императорского дома, Ружана была примером для подражания многим. В том числе и для меня. Её не пугала моя сила, а наоборот восхищала. Она была для меня глотком воды из журчащего ручья в полуденную жару.

Мия.

Моя злорадная двоюродная сестра Мия. Дядька Градимир, как-то пошутил, что его дочь характером пошла в свою мать. Но тётя Снижна не была такой зловредной. Она всецело отдавала свои силы школам шаманов народа Императорского дома. Она возглавляла малый совет шаманов и была очень предана своей семье. Тётя Снижна всей душой любила своего родного брата, моего отца. Мия была не такой. Она ненавидела во мне всё. Мою силу, мой титул, мои способности. Да всё! В какой-то степени мне это помогало быть собранным всегда. Я не знал, с какой стороны прилетит очередная её пакость, поэтому постоянно был с ней на чеку. И при этом, что странно, я любил её братской любовью. Она была членом моей семьи, и я всегда был готов встать на её защиту.

Мой отец.

Я не знаю, как у других детей, но он не только обучал, а порой и поучал меня, но и любил всей своей огромной душой. Для всех он был непререкаемым главой Императорского дома. Но не для меня. Он был моим отцом. Моим наставником. Он был самым настоящим моим другом. Он, как никто другой, понимал путь, который я проходил. И я был горд тем, что родился именно у него.

Моя милая, нежная и любимая матушка Тира.

Она всегда была со мной и за меня. Солнце в её глазах для меня освещало всю мою жизнь. И я был готов защищать это солнце ценой своей жизни.

Так, когда я перестал быть беззаботным? Теперь я готов ответить на этот вопрос:

Как только появился на свет, пройдя при этом дорогу единения сознания Пифий самостоятельно.

Глава 3

подглавка

Междумирье

Я сидел в тишине.

Именно в эти минуты никто не смел мне мешать. Именно в такие минуты я находил покой. Я старался не сотворять огонь, чтобы никто не смог выйти к нему. Поэтому, чаще всего, в минуты своей тишины я сидел в полнейшей темноте. Хотя для меня и этот мир имел свои оттенки. При желании я мог окрасить его в разные краски, но предпочитал кромешную тьму.

Я пытался обрести внутренне успокоение.

Моё будущее предназначение Хранителя миров держалось в строжайшей тайне от всех людей нашего народа. Первым посвящённым стал дядька Рагнар, капитан гвардейцев главы Императорского дома. Он был четвеюродным братом моего отца по мужской линии, а также его верной правой рукой. Отец также рассказал обо мне дядьке Переславу, маршалу императорского флота. Их дружба с отцом после его плена у драгондов крепла с каждым днём. Он стал его верным товарищем не только в делах Империи, но и в совете Лиги народов Света из другого рукава галактики. Дядька Переслав не только вошёл в нашу семью, но и стал её полноправным членом. Третьим человеком, посвящённым в мою тайну, стал муж моей родной сестры, наследник Предтечей, Радомир. Он дал клятву моему отцу, что никто, даже моя родная сестра Дарьяна не узнает об этом до поры до времени.

Для всех остальных, даже членов нашей семьи, я всё ещё оставался всего лишь наследным принцем Императорского дома с сильной рекой жизни.

О моём предназначении знали Пифии с самого момента моего рождения. Но этот народ был настолько скрытен от других, что даже со времени вступления в Империю моего отца они не многим народам открыли свои двери. А точнее всего лишь одному – народу Айны. Только те имели право бывать на их планетах. Исключение делалось лишь для моей семьи и гвардейцев моего отца. Именно они и возглавили представительство Императорского дома на их Землях.

Другим народом, хранящим мою тайну, был народ Айны. Точнее только их совет шаманов во главе с моей прабабушкой Ритвой. Она позволяла так себя называть мне, но не Мие. Хотя именно её мать, моя родная тётя Снижна, первая в истории этого народа была принята в каждую их семью. После этого мой отец прошёл тот же обряд вхождения в рода народов Айны. Я всё пытался понять, почему только мне было дано позволение называть шаманку Ритву прабабушкой. Никто из их народа так и не дал мне ответ на этот вопрос. Прабабушка Ритва однажды сказала мне, что нехорошо для будущих поколений менять своих предков на чужих. Это и есть предательство. И никто не имеет право на это, даже Мия. А вхождение Снижны–Айны в их семью – это ритуальное единение, а не физическое, как и моего отца. Поэтому Мие не было позволено называть её прабабушкой, которой она для неё не является. Я же стал исключением. Это было ритуальное единение меня и всего народа Айны. Клятва этого народа приравнивалось к клятве гвардейцев, вручающих жизнь действующему главе Императорского дома. А значит, любой человек из народа Айны уже вручил мне свою жизнь.