Ирина Юсупова – Границы существующего-1 (страница 29)

— Ничего плохого ведь не случится, — томно говорит она, а я уже представил ее с луком в лесу, — мы в этом с Кириллом практически ничего не понимаем, но ты то разбираешься, Денис.

— Бог с вами, — отмахиваюсь я, неосознанно употребляя несвойственное мне выражение. — Ладно. Я согласен. Час-полтора после основной работы.

Виктория просияла, легонько сжала мое запястье, от чего в мой эльфийский лес вторгся еще и единорог, Кирилл пожал мне руку, как настоящему мужику, еще раз назвав меня братом, и я невольно подумал о том, сколько кавказцев могли бы носить широкие штаны и читать реп, так как именно они обычно братаются друг с другом.

Зря я разрешил. Будто открыл ящик Пандоры. А так хорошо все начиналось…

***

Григорий начал меня терроризировать. А именно давать все больше и больше заданий. И в то же время Кирилл и Виктория начали откровенно понемногу халтурить. Я перестал успевать что-либо, а из-за этого уже впадать в небольшую депрессию. Вика злилась на меня, я динамил ее с записью на студии уже около недели. Своих песен у нее не было, а Кирилл отказывался заниматься ею. Я бы написал и записал в студии, но никакого опыта не имел, скорее просто выполнял то, что говорил мне Кирилл, механически, не придавая этому никакого значения.

Мы обсуждали с Григорием проект белого шума и некоторые абсолютно секретные эксперименты в Освенциме. Он говорил, что мне не хватает чувства звука, я был не согласен. Механизм воздействия звука на психику человека был мне довольно ясен, об этом я и сообщил Григорию, на что он поставил для меня сроки, сказал, что моя программа должна практически резонировать с импульсами головного мозга испытуемого, когда он предоставит только для одного эксперимента, а также предоставит штатного психолога, вроде по имени Анна, фамилию не вспомню. Я согласился, подумал, что это не так сложно, сделать это за короткий срок. Если Вика добьет расчеты, которых копилось все больше и больше, а Кирилл поможет мне свести программу и подать звук, дело решено.

В приподнятом настроении, но немного уставший, я вернулся в студию, где увидел не очень хорошую картину. Если Вика и Кирилл раньше иногда грызлись, то сейчас я лицезрел настоящий скандал. Они стояли напротив друг друга и воздух между ними был буквально раскален.

— Зачем я тогда поддержала тебя?! Студия не только твоя, Кирилл! Она общая! — я попал в самый разгар их ссоры, я замялся в дверях, эльфийский гнев мне кажется самым страшным.

— Если бы ты что-то умела, могла бы претендовать, — Кирилл резал воздух ножом. Я прям чувствовал, как плавится ее женская облегченная броня.

— Я что для тебя не человек что ли? Почему тебе так сложно сделать что-то не только для себя?!

Дорогая Вика, ты вряд ли человек. Ты нимфа.

— И какое у тебя образование, Вик? Ты хоть чего-то добилась? — Кирилл снова нанес ей удар. — Ты сидишь и ничего не делаешь, за что деньги получаешь? Пол дня спишь, ночью танцуешь. Денис скидывает тебе расчеты, где отчеты?? С чем работать?? Мы в ступоре только из-за тебя, ты абсолютно никчемная, эта работа не для баб. Особенно не для таких никчемных, как ты.

Тут Вика заметила меня в дверях, ее голубые глаза наполнились слезами, во мне проснулись все мужские инстинкты, я захотел ее защитить всей душой.

Она, видимо, увидела это, подбежала ко мне и обняла, я почувствовал все изгибы, выпуклости и впадины ее тела, она прильнула ближе ко мне, я обнял ее за талию одной рукой. Это похоже взбесило Кирилла, он схватил свою спортивную сумку и поспешил покинуть студию, остановшись лишь для того, чтобы смерить меня и Вику уничтожающим взглядом, я мысленно защитил ее и себя магическим щитом.

— Слабак, — кинул в меня Кирилл и ушел. Вика плакала, я отпаивал ее чаем, она рассказала мне про свою жизнь сквозь слезы, про свою дочь, показала ее фотографии, я увидел маленькое и чудесное существо, наверное, впервые в жизни. Я не перебивал, только слушал.

Она сказала, что «Силикат» ее единственный шанс перестать танцевать, она бы не хотела, чтобы ее дочь видела маму в подобной роли.

Я проникся. Редко, когда мне девушки рассказывали что-то подобное, да и вообще что-то. Я проводил ее до дома (она жила около Пушкинской) и отправился домой. Ночью я не мог уснуть. Я вскочил с кровати посередине ночи с внезапным приливом энергии. Я пытался писать стихи для Виктории. Это было очень сложно, я все же смог написать нечто похожее на песню. Потом я вырубился. Мне снился космос.

Как итог, я абсолютно не выспался. Я взглянул на себя в зеркало, пытался исправить свое плачевное положение, пару раз умылся и пошел на работу, собрав вещи.

Когда я пришел, на рабочем месте никого не оказалось. Я включил компьютер Виктории, в папке нашел ее расчеты, и они были разве что начаты. Честно, это отвратительное чувство, когда тебе бешено приходится гнать вперед, рассчитывать и выверять, чтобы успеть в срок. Ее расчеты мне были слишком важны, я занялся ее работой. Я попробовал позвонить Кириллу, но тот не брал трубку или сбрасывал.

Вика пришла где-то через час. Застав меня за компьютером, она раскраснелась и попыталась ретироваться, но я остановил ее. Посадив ее рядом с собой, я стал подробно объяснять ей все про программу. По тому, как ее брови поплыли наверх, я понял, что не в ее силах было сделать это задание. Но надо отдать ей должное, она умела слушать.

Спустя еще два часа мы распечатали отчеты, я выдал ей новое задание и ушел.

Я спустился вниз и купил себе энергетик в автомате, не уснул я только потому, что сидел с Викторией, ее духи пахли цветами и персиками, а еще каким-то мускусом.

Около автомата я услышал голос Кирилла. Не знаю почему, но я спрятался за автоматом, тихонько попивая свой напиток. Я подслушал телефонный разговор.

— Да…да, конечно, приходи… Да он ахринел!.. Мол босс все дела, пацан, а возомнил о себе…Да смысл?… и че я вот приду? Считай, место наше, брат, всё, давай, забились…

Я собрал все силы и вышел на свет. Кирилл увидел меня, смерил взглядом, я не отвел глаза. Я где-то прочитал, что животные выбирают равных, сильных, подобных себе по зрительному контакту. Он закончил разговор.

— Не мог бы ты, наконец, прийти и закончить то задание, которое я выдал тебе? — произношу я, слегка пугаясь своих эмоций.

— Безусловно, начальник, — делая акцент на слове «начальник», говорит Кирилл, поднимая руки наверх.

Особо мы больше не говорили. Я сказал, что не стоит приходить на работу после обеда. Он взбесился, стукнул по столу, хлопнув дверью, вышел на 15 минут, но затем вернулся, продолжил стучать по клавишам на своем рабочем месте, мне показалось, что гневно.

— Видел, что делает твоя Вика? — процедил он сквозь зубы.

— Что? — спросил я.

— А ты сам посмотри.

Я зашел к ней. Виктория сложила руки на столе, спрятала лицо в своих мягких волосах. Она спала. Я вернулся на свое место, где меня уже ждал Григорий. Кирилл выдавал ему все отчеты, он подготовил всё, чего я не успел сделать, явно выручая меня. Этого я не ожидал от него.

— Здравствуйте, Денис, — говорит Григорий, — Вы же помните зачем я здесь?

Я забегался и слишком устал, чтобы помнить это.

— В принципе, я получил всё, что хотел, — продолжает Григорий, собирая папки. — Ну что же, Денис, пойдемте в мой кабинет проверять.

Я отправился с ним. То, что мы собрали за несколько часов, вряд ли можно сложить в картинку целого паззла. За свою работу я был уверен, чего не мог сказать о других. Мы сели с Григорием, начали проводить исследования, через некоторое время Григорий удивленно произнес:

— Ничего не понимаю. Совсем другой результат. Что-то не так.

Мы стали перепроверять. И тут меня осенило. Ошибка была в самом начале. В самом простом, что я выдал Вике, но сделал сам. Из-за этого можно было выкидывать абсолютно безупречную работу Кирилла. Всё, что мы сделали, было зря. Из-за меня. Григорий тоже нашел.

— Это ведь с компьютера Виктории? — говорит он, показывая мне на цифры.

— Да, — говорю я, глотая слюну.

Григорий покачал головой. Он отодвинул от себя бумаги.

— Кажется, у Вас большие проблемы, Денис Васильев. И проблемы эти заключаются в Вашем руководстве. «Силикат» не просто так набирает сотрудников и дает им ту или иную работу. Вам нужно что-то делать. То, что Вы мне показали, откровенная халтура. Вы должны сами это понимать.

— Что же мне делать? — восклицаю я, у меня сдают нервы. — Помогите мне, пожалуйста, Григорий Петрович.

— Разберитесь с Вашими сотрудниками, я отсрочу Ваш проект, закрою глаза на то, что Вы мне сегодня предоставили, но учтите…второго шанса у Вас не будет.

Я собрал все бумаги с его стола, поблагодарил, почти убитый пошел в свою студию. Подходя, я услышал очень громкую музыку. А когда зашел, обнаружил около тридцати незнакомых мне людей. Едва нашел место, куда положить папки. Все эти мужики были одеты, как Кирилл, и похожи на него. Они курили так, что дым стоял, как туман. Они писали музыку. Один из этих мужиков как следует толкнул меня. Я начал возникать, спрашивать кто они и что они здесь забыли, меня стали отталкивать к двери. Лишним здесь был я, а не они, их было большинство. Последним, кого я увидел, был Кирилл. Он пробился сквозь эту толпу ко мне и произнес:

— Думаю, тебе лучше уйти, пока мои парни тебя не избили.