Ирина Юсупова – Границы существующего-1 (страница 23)
***
— Я тебе одновременно завидую… и не завидую, — изрек Антон.
— Почему? — спросил я.
— Ты просто представь себе, что на глубине около 300 километрах под землей, при 100 % влажности, пот с поверхности твоего тела перестанет испаряться, а значит твое тело начнет перегреваться, а легкие перестанут функционировать.
— Сто процентная влажность? — хмыкнул я. — Это ж вода.
— Я говорю о концентрации паров в воздухе. Это насыщенный воздух. При определенной температуре при 100 процентной влажности, к примеру, создается дождь.
— Чушь. При какой температуре? Сколько градусов температура внизу?
— Мне кажется около 60 по Цельсию. А потом выше. Чем ближе к ядру.
— Ну так при этой температуре, наверняка, дождь и создается.
— Нужно понизить температуру, тогда влага сконденсируется и превратиться в воду.
— Ясно. Я сварюсь заживо.
— Вполне вероятно. Ни один гидрокостюм не выдерживает. Но я тебя спасу, ты только сразу вызови меня по часам. Просто. На самом деле. И аппаратура должна выдержать. Никто не знает что там внутри. И что тебя ждет. Но факт остается фактом туннели пробиты до центра Земли и люди там ходят. Значит и ты сможешь. Ты увидишь все по-настоящему. То место, где не был обычный человек. И при спуске ты поймешь, что это совсем другой мир и он будет меняться вместе с тем, как ты будешь спускаться глубже и глубже, пока не достигнешь ядра! Я слышал, что гравитационные силы будут противодействовать друг другу. И тогда эти силы будут тянуть во все стороны одновременно. Температура ядра почти такая же, как на поверхности Солнца. А давление запредельное.
— Если во все стороны одновременно, значит невесомость?
— Да. Силы сбалансированы…Средний радиус Земли 6370 километров. Мы где-то около 6 тысяч находимся. Я не думаю, что можно спуститься за день. Только если использовать лифты. А все они охраняются ниже твоей лаборатории экосистем. Колоссальная работа. Так что ВладЫ не просто так сидеть будут, — Антон чуть замешкался, а потом посмотрел мне в глаза. — Тебе не страшно?
— Честно сказать, Тох, — ответил я. — Я не знаю
— И все же я завидую, — вздохнул Антон. — Возможно, величайшее открытие!
— Открытие, которое уже сделали до нас, — уточнил я.
— Пусть так, — огорчился он и занялся моим костюмом. Он старался сделать его как можно более приспособленным к среде, в которой я буду находиться. Я узнал, почему Антон так хорошо разбирается в технике «Силикат» и совершенствует ее. Он работает инженером, и, кстати, микророботы-уборщики — одна из его задумок. Как он сказал, роботов разрабатывала группа ученых, но изначально они предназначались для других целей. Антону всего нравится то, что ему дали свободу самореализации. Ему пришла идея, он пошел, высказал, и вот роботы уже бегают по комнатам. Я спросил где патент, но Антон отмахнулся и сказал, что робота придумал не он, а значит патента быть и не должно. Пожалуй, Антон очень талантливый человек. Научиться в краткий срок тому, что он умел, невозможно. Однако в своем городе он не смог многого добиться. В науке куча деятелей помимо него, а его книги совсем не покупались. Антон безусловно странный. Настолько странный, что идеально бы подошел Гвидону, на мой вгляд. Почему же я работал там, куда Антон бы пошел, не раздумывая? Он лучше меня. И смог бы сразу решать все Гвидоновские проблемы. Почему я?!
Почему я спускаюсь к центру Земли? А не идиот ли я? Кому может прийти в голову что-то подобное? Самоубийца. Прав ли я был в своих решениях? Может, отказаться пока не поздно? От этих мыслей меня отвлек Антон. Он заставил меня надеть костюм и стал его краштестить. Наверное, я уже слишком далеко зашел, чтобы что-то менять.
После тестов Антон что-то подкорректировал, я почувствовал себя как слишком толстая золотая рыбка в маленьком аквариуме. Я попросил Антона сделать нагрузку на ноги минимальной, ему пришлось еще повозиться и снять материал. Как раз в то же время с нами связались Владислав и Владимир. Причем их проекция возникла у меня перед глазами, и я ударился от неожиданности о дверцу шкафа, из которого Антон брал кое-какое оборудование. Благо, шлем, а именно так теперь выглядел мой капюшон с пластичной пленкой около лица, выдержал удар, на что Антон положительно хмыкнул. Я не знаю, как им удалось этого достичь. До чего дошли технологии…но… я ни раз представлял что-то…фантазировал…и образ моих мыслей картинкой отражался в моей голове. И теперь точно так же я видел ребят в другой комнате на их рабочем месте. Это как когда читаешь захватывающую книгу, перед тобой постоянно всплывают образы. Только теперь та грань, в которой я понимал, что сам воображаю это, отпала. Я мельком взглянул на Антона и понял, что Владислава и Владимира вижу только я. Кажется, они меня тоже видели, потому что Владимир как обычно загадочно улыбнулся и сложил пальцы в знаке «peace». Влад попросил что-то нажать в часах, чтобы и Антон смог их увидеть. Я возился около 5 минут, затем выполнил просьбу. Теперь они спроецировались на стену, и я вздохнул с облегчением, что они больше не сидят у меня в голове
— Забавная штука, да? — во всю ширь улыбнулся Владимир, и я очень удивился, впервые услышав его голос. Кстати, он был довольно приятным.
— Привыкнешь еще, — успокоил Влад. — Это Жене спасибо, она рядом с производством передатчиков работает. Как там дела у вас?
— Все идет хорошо, — заверил Антон. — Мы почти закончили. А у вас?
— Мы сделали карту, высчитали лучший маршрут. Пришлось попотеть. Посмотрели во сколько открывается какой проход и взломали систему лифтов.
— Лифтов? — удивился я.
— А ты думал ты километров 50 за ночь своими ногами пройдешь?
— Я думал Тоха пошутил, — пробормотал я себе под нос.
— Судя по маршруту, Петру придется самостоятельно проходить пещеры? — спросил Антон, открывая карту сбоку появившегося экрана на проекции на стене. Он водил по карте рукой, как если бы играл на планшете, используя тачпад.
— Всего пару. В обход. Это может быть опасно, однако другого выбора у нас нет. Некоторые залы очень хорошо охраняют, а в некоторых просто живут люди, которые могут поднять панику.
— Хотелось бы этого избежать, — вздохнул Антон.
— Посмотрим по ситуации, — ответил Влад. — Я тоже не хочу подвергать Петю риску. Мы будем направлять вас в процессе. В любой момент придем на помощь. Арсений готов всех на уши поднять, если с тобой что-то случится. Если вы закончили, отдохните. Часа три в запасе имеете. Пете лучше поспать. Только костюм не снимай, пусть тело привыкает. Там в костюме запаса воздуха на два дня. И баллон на всякий случай в рюкзак положи. Я видел. Потрясающая вещь с регулировкой килограммов. Ладно. Отдыхайте. Через два часа выйдем на связь.
Владислав потянулся, чтобы выключить связь, тем временем Владимир улыбнулся мне еще шире и выдал:
— Чувак, видел бы ты свое лицо…
И они выключились.
— Я когда первый раз увидел, когда со мной первый раз так связались, подумал, что с ума сошел, — сказал Антон, посмотрев мне в глаза, — но потом, правда, привыкаешь и смотришь на многие вещи совсем иначе. Ты лучше приляг, полежи, я еще кое-что проверю и исправлю.
— Ты знаешь как работает такой передатчик?
— Хм, я тебе попроще скажу. Передача сигнала происходит благодаря волнам, которые имеют определенную частоту. И человеческая мысленная деятельность тоже имеет волновую природу. Просто нужно найти эту частоту и подстроиться под нее. Это, как если бы два человека говорили на разных языках и пытались бы найти общий язык. Это и в жизни в простых вещах тяжело, о технически вообще запредельно…
— Но ты настроил…
— Это не я настроил. Это Женя. Она общалась со мной.
— И вы нашли общий язык? — ухмыльнулся я.
— Я думаю да, — вполне серьезно ответил Антон, слегка задумавшись. Потом он улыбнулся:
— Женя очень необычная девушка…
***
В том, что Евгения очень необычная девушка, мне пришлось убедиться самому. Через некоторое время мы вышли с Антоном, как я назвал, на дело ИКС. Это напомнило мне одноименных супергероев и очень забавляло, если, конечно, исключить историю Циклопа и его школы в подземельях.
Я вышел уже одетым в мой суперкостюм, готовым практически ко всему. Около зала, в котором я ходил в бассейн, мы встретили Арсения. Он выглядел довольно воинственно, постоянно пытался запахнуть свою униформу, она топорщилась, Арсений прятал оружие.
— Здоров, парни, — произнес он, когда мы подошли к нему. Потом, взглянув на меня, добавил, совсем как Владимир:
— Ну и видок у тебя.
Мне это не очень понравилось. Такое чувство, что все с утра поздравляют тебя с похмельем после бурной вечеринки.
— Ну ты, Антох, конечно, даешь. Еще бы чуть-чуть подкорректировал, Петрович в точь-точь бы повторил микроволновку.
— Что ты прячешь? — спросил Антон, чуть испуганно.
— Пушку, — ухмыльнулся Арсений, демонстрируя. — Есть у меня чуйка такая. Палка раз в год стреляет, а пушка стреляет всякий раз, как я беру ее с собой.
— Лучше бы мозги брал с собой, — сказала Евгения, появившись из неоткуда. — Блистал бы интеллектом каждый раз.
— Привет, Жень, — просиял Антон. Она просто отмахнулась, разглядывая меня.
— И что ты с ним сделал? — после осмотра заявила она, обращаясь к Антону. — Нормально что ли не мог припаять? Не видишь что ли, что провода торчат? Сходи в кружок какой что ли. Почему я все всегда сама должна делать?