Ирина Яковлева – Кадо. Сказки, рассказы, повести (страница 15)

Мама обернулась и заткнула дырку пучком мха.

Целый день жестокая буря терзала сибирскую тайгу. Целый день не знала покоя Мама-Белка – следила за тем, чтобы вода не проникала в гнездо.

Утро следующего дня выдалось ясным. Солнечный лучик пробрался в беличье гнездо и запутался в блестящей Рыжиковой шёрстке. Потом медленно пополз дальше. Коснулся Тишкиной мордочки и брызнул прямо в глаза Маме-Белке.

Зашевелилась беличья семейка.

– Ого! как прибыла вода!

Мама-Белка высунулась из гнезда. Тут же рядом с ней появились мордочки Рыжика и Тишки. Лес ослепил их миллионами брызг, усыпавших деревья и траву.

– Пора за орехами, – сказала Мама-Белка. – Сидите и ждите меня.

Она взглянула на реку и добавила:

– Нам лучше перебраться в другое наше гнездо, если вода ещё будет прибывать.

И вот сидят бельчата у входа, вертят во все стороны головами. Ждут свою маму. Шумит, ревёт под ними река. Чего только ни несут её пенящиеся воды!

Тут и сучья, и стволы деревьев, и птичьи гнёзда, и кусты, целиком смытые с прибрежных склонов.

– Посмотри, Рыжик, ведь они отправились в далёкое путешествие, – мечтательно произнёс Тишка.

– Да-а, – в тон ему протянул Рыжик. – Счастливые! Вот бы и нам так поплыть… поплыть…

– И ты бы не испугался?

– Нисколечки!

– А я бы испугался, – признался Тишка. – Всё-таки страшно вот так плыть… Без мамы…

– Конечно! – перебил его Рыжик. – Лучше всё время жить да жить в нашем лесу и ничего не знать, что делается на свете. Нет уж, лучше опасности и приключения, чем такая жизнь!

Вдруг, над самой водой, распластав широкие крылья, пронёсся большой орёл. Шустрые бельчата юркнули в гнездо и прижались друг к другу.

– Как ты думаешь, он нас заметил? – спросил Рыжик.

– Не знаю, может, и заметил, – прошептал Тишка. – Давай посидим тут до Маминого возвращения.

Рыжик не возразил и братья замолчали. Вдруг они почувствовали, что сползают к стенке гнезда. И тут же раздался треск, а за ним и сильный всплеск. Не успели бельчата опомниться, как холодный поток окатил их с головы до ног. Потом вода ушла, а перепуганные братишки боялись двинуться с места.

– Что это случилось? – спросил наконец Тишка.

Рыжик жался к брату и ничего не отвечал.

Рыжик молчал и дрожал. Тишка ещё немного подумал и двинулся к выходу. Рыжик с опаской за ним.

– Рыжик, сюда, скорее! Смотри – мы плывем! – закричал Тишка.

– Куда плывем? – пропищал Рыжик. – Не хочу плыть! Хочу к маме!

– Перестань хныкать! Иди сюда, – строго сказал Тишка.

Рыжик подобрался к брату и осторожно высунул нос из гнезда.

Их родное дерево, которое так красиво стояло над рекой, упало в воду и неслось в окружении сучьев, тины и просто всякого сора вниз по течению. А вместе с ним неслись в неизвестность и два маленьких бельчонка в своём промокшем гнезде.

К полудню жаркое солнце высушило и обогрело путешественников. Но в гнезде было сыро. Его дна касалась набегающая волна и мягкая подстилка из мха превратилась в настоящую губку. Правда, бельчата и не думали забираться в гнездо. Первый страх прошел, а яркое солнце и полное безветрие делали мир весёлым и удивительным. Бельчата забрались на сучки повыше и с любопытством разглядывали проплывающие мимо леса и долины.

Рыжик посмотрел на воду. Совсем рядом с их деревом плыла еловая шишка. У Рыжика даже слюнки потекли и в животе забурчало. Он смотрел на лакомство и тихо плакал.

– Ты что это, Рыжик, плакать собрался? – спросил его Тишка.

– Е-е-есть хочу! – всхлипнул Рыжик. – Шишки, такие вкусные, мимо плывут, а у нас совсем ничегошеньки нет.

Тишка тоже очень проголодался, но крепился, понимал, что слёзы не помогут.

– Ну, не плачь, не плачь! Что-нибудь придумаем, – старался он подбодрить брата. – Вот постой-ка! Мне тут кое-что пришло в голову.

Тишка внимательно осмотрел каждую ветку их дерева и выбрал одну, крепкую и длинную. Острыми зубами он скоро перегрыз её у основания. Теперь с веткой в лапе он спустился к самой воде и стал выжидать. Вот их догнала и медленно проплывала мимо еловая ветка, а на самом её конце висела крупная шишка. Тишка попробовал хворостиной зацепить шишку. Ему это удалось. Довольный бельчонок понёс шишку Рыжику. Тот сидел с закрытыми глазами и как будто спал.

– Смотри, что я принёс тебе, – протянул ему Тишка свой улов.

– Ой, откуда это? Где ты взял? – обрадовался Рыжик.

– Да я её выудил, – с гордостью сообщил Тишка. – На вот, ешь, а я пойду ещё ловить. Приходи потом ко мне.

И Тишка снова спустился к воде.

– А нельзя ли эту ветку сделать рулём? – вдруг подумал он. – Тогда наше дерево поплыло бы туда, куда нам нужно – к берегу.

И бельчонок крепко вцепился задними лапами в ствол дерева, а двумя передними погрузил ветку в воду. Дерево чуть повернулось к берегу.

Тишка чувствовал себя победителем. Но течение было слишком стремительным, дерево слишком большим, а бельчонок слишком слабым. Ветку рвануло из Тишкиной лапы и сам он едва не свалился в воду. Придя в себя от испуга, бельчонок взглянул на Рыжика. Тот ничего не заметил. И Тишка принялся выуживать шишки и орешки, которые иногда река проносила мимо них.

Рыжик перестал бояться и теперь помогал брату. К вечеру бельчата натаскали в гнездо столько шишек и орехов, что теперь даже самое длительное путешествие не грозило им голодом. Насытившись, братишки опять влезли на ветку повыше и принялись разглядывать берега.

Вот с правой стороны выглянули из-за кустов деревенские постройки и ровный ряд аккуратных домов замигал бельчатам стёклами своих окон.

Сразу за деревней начался густой еловый лес, перерезанный во многих местах оврагами с крутыми зелёными склонами. По дну этих оврагов бежали ручьи, обычно мелкие, едва заметные, а теперь полноводные и бурные. Они выносили в реку множество всякого мусора. Вода в местах их впадения пенилась и была особенно мутной.

Река делала небольшой поворот, и дерево, на котором сидели бельчата, проплывало близко от берега. И с этого берега до них донесся визгливый голос:

– Эй, бельчата, плывите сюда, а то вас на пороги унесёт. Братья обернулись на голос. На берегу у самой воды на задних лапах стояла большая водяная крыса и махала им лапой.

– Ну, что же вы? Смелее! – нетерпеливо визжала она.

– Рыжик, а ты знаешь, что такое пороги? – спросил Тишка.

– Нет. А ты?

– Я тоже не знаю. Но наверное это что-нибудь страшное. Они переглянулись.

– Эй вы, трусы! – донёсся уже издалека голос водяной крысы.

– Трусы! Трусы! – повторило эхо…

– И ничего мы не трусы! – возмутился Тишка. – Давай же, Рыжик, поплывём!

Но в этот момент дерево развернуло и стремительно вынесло на середину реки. И тут они увидели, что в полуметре от их дерева барахтается и отчаянно кричит какой-то зверёк.

А около него, то с одной, то с другой стороны появляется огромное туловище тайменя. Видно было, что зверёк выбился из сил и рыба вот-вот его одолеет.

– Да это хорёк! – воскликнул Рыжик.

Дяденька Хорь! Сюда! Сюда! – закричали бельчата. Хорёк собрал последние силы и рывком достиг дерева. Бельчата протянули ему лапы. Ещё миг – и зубастая пасть тайменя содрала намокшую кору у самых ног спасённого Хорька.

– Дяденька Хорь, он не поранил тебя? – участливо спросил Рыжик.

– Нет! – буркнул Хорёк, тяжело дыша. Вода ручьями стекала с его шкурки. Он не очень-то любезно посмотрел на своих спасителей, отряхнулся и залез на сучок повыше, чтобы обсохнуть.

– Да он совсем дедушка, – шепнул Рыжик Тишке. – Он совсем, совсем седой и шерсть на нем клочьями висит.

Братья участливо смотрели на Хорька. Зверёк уже отдышался и теперь, зажмурившись, сушился на солнышке. Он казался таким мирным, беспомощным, что бельчатам захотелось сделать ему что-нибудь приятное.

– Пойдем, Тишка, принесём ему орешков, – предложил Рыжик. И бельчата скрылись в гнезде.

Хорёк остался один. Он приоткрыл глаза и внимательно огляделся. Коварные мысли бродили в его старой голове: