Ирина Яковлева – Четвертое измерение (страница 7)

Забегая вперед, скажем, что в следующем, 1990 году, на ПНЗ было закуплено уже десять километров труб для проведения дальнейших научно- исследовательских работ и строительства опытных участков трубопроводов. Эти десять километров стали новой вехой истории Инженерно-производственного центра, связанной со строительством нефтегазопромысловых трубопроводов. А в дальнейшем на Первоуральском заводе был построен цех, в котором выпускались 12-метровые трубы исключительно под заказы ИПЦ. На трубопроводы, сооруженные из высококачественных труб ПНЗ, строители с уверенностью давали юридическую гарантию пять лет, а безаварийный срок эксплуатации – 20 и более лет.

В тот первый свой приезд Айдуганов и Чахеев долго сидели в кабинете Отто Вольфовича. Хозяин поил их чаем и засыпал вопросами: где будете строить? Из какой стали сделали установку? На каких расчетах основывается размер муфт? Когда осенний уральский день сменился ранними сумерками, Рабинзон предложил гостям заночевать здесь же, расположившись на протертом диване и нескольких составленных в ряд стульях. В те годы это было делом обычным: номер в гостинице даже командированным от государственных организаций не всегда доставался, и приезжие с радостью довольствовались любой крышей над головой. На следующее утро, загрузив в кузов грузовика 173 трубы, составлявшие те самые тысячу метров, и даже с полуметровым «хвостиком», предприниматели пустились в обратный путь.

Дома отдыхать было некогда: их уже ждали в Лениногорске. Именно в Лениногорском нефтегазодобывающем управлении предстояло построить первые метры опытного участка нефтепровода из металлопластмассовых труб, соединенных неразъемными муфтами.

Лениногорское управление считалось первенцем татарстанской нефти: в числе разрабатываемых им площадей было Шугуровское месторождение, на котором еще в 1943 году были получены первые тонны промышленной нефти «второго Баку». Именно Лениногорское подразделение Татнефти стало полигоном для промышленного внедрения научных технологий добычи нефти в Татарстане. Сейчас, спустя почти полвека, инженерам приходилось решать новые, еще более сложные задачи – как поддерживать нефтеотдачу истощенных девонских пластов, обновлять стремительно стареющее оборудование. Первоочередными проблемами стали надежная система транспортировки добываемой из недр агрессивной жидкости, а также сопутствующая ей – сохранение чистоты водных и земных ресурсов. Поэтому руководство НГДУ с интересом отнеслось к предложению Центра НТТМ о строительстве опытного участка трубопровода с неразъемными муфтовыми соединениями вместо традиционных сварных швов.

Айдуганов знал лениногорцев как сторонников перспективных технических новшеств. Помимо этого, сотрудничество с ними было удобным, потому что небольшой, с вековым провинциальным укладом Лениногорск располагался всего в тридцати километрах от Бугульмы.

Главный инженер Галимов подъехал к управлению одновременно с ними. Пожимая прибывшим руки, посетовал:

- В ЦДНГ-1 пришлось срочно выехать. Опять порыв, вызывали ремонтные бригады. Система нефтесбора ни к черту не годится, трубы постоянно выходят из строя. В одном месте залатали – жди, где завтра прорвет. Надо что-то с этим делать, но кардинального решения нет. Понятно, когда разваливаются старые трубы. Но и новая труба через полгода дает течь! Это деньги на ветер, огромные деньги.

- Разиф Хиразетдинович, мы как раз и предлагаем радикальное решение.

- Читал я ваши предложения, начальник НГДУ мне их передал. Красиво написано, но надо посмотреть, что на деле получится. Если бы хоть где-нибудь делали подобным образом, было бы с чем сравнить. Я уж по своим каналам в Главке справки навел – не знаем, говорят, такой технологии. Поэтому решил, что попробуем на маленьком участке, подальше от любопытных глаз. Если из этого что-то хорошее получится, представим в Татнефти. А не выйдет – никто на меня пальцем показывать не будет. Айда, поедем, покажу, где работать будете.

Отправились в галимовском уазике. Ехали мимо лесистых холмов, расцвеченных тусклым золотом поздней осени, по берегу извилистой речки Шешмы.

- Наш район называют родниковый край, - увлеченно рассказывал попутчикам главный инженер. – Сколько себя помню, в каждой деревне пили исключительно ключевую воду. Травяной чай на такой воде – лекарство от всех болезней. Только в последние годы родники и луга отравлены солеными пластовыми водами. Нефть добываем, а природу губим. Такие дела…

Участок под опытную нитку нефтепровода находился на вершине холма, и через несколько дней айдугановская бригада приступила к работе. Однако ее пришлось прервать в тот же день: буквально на второй муфте сломалась новенькая, замечательная установка. Вячеслав Михайлович засел за расчеты, внес конструктивные поправки. В Ишимбае в срочном порядке был сделан другой, усовершенствованный образец, который работал безотказно.

Но теперь не хватало практических навыков. Плеть собирали вручную. Это впоследствии для монтажа в полевых условиях будет создана поточная автономная мобильная технологическая линия. Вдоль трассы будет двигаться трактор с прицепленными к нему санями, на которые укладываются трубы и соединительные элементы. Гидравлическую установку разместят над санями, и она будет работать от гидросистемы трактора. Пока же звенья будущей трассы перетаскивали вручную, а каждая шестиметровая труба весила около центнера. И это еще были тонкие внутрипромысловые трубы, 114-го диаметра – именно с них начинали внедрять технологию неразъемного муфтового соединения.

Так вот, о нехватке практических навыков. Через несколько дней произошел второй казус: когда была собрана уже довольно длинная плеть, под собственной тяжестью она съехала с холма и, набирая скорость, понеслась вниз. А там, через овраг, стояла ГЗУ – групповая замерная установка, предназначенная для автоматического замера жидкости, получаемой из скважин. К счастью, плеть, весившая несколько тонн, спружинив перед оврагом и взмыв одним концом вверх, перелетела его и улеглась рядом с установкой, не повредив ее. Все, кто наблюдал сверху этот головокружительный трюк, облегченно выдохнули: обошлось без жертв и разрушений, а главное, ни один стык не сломался.

Вскоре экспериментальный участок трубопровода был подключен к системе нефтесбора. Он успешно выдержал гидравлические испытания с коэффициентом почти 2 вместо 1,25, как положено по СНИПу. Нефтяники остались довольны и в ожидании, как покажет себя неразъемное муфтовое соединение в эксплуатации, выделили подрядчикам новые объемы.

Слух об удивительной технологии быстро разлетелся по объединению «Татнефть», и руководители многих подразделений заинтересовались новшеством. Однажды на объект приехали главные инженеры нескольких НГДУ, чтобы увидеть рабочий процесс своими глазами. Вот как об этом вспоминает ведущий инженер, мастер-конструктор ИПЦ Игорь Ахметов:

- Мы работали на трассе, тащили очередной трубопровод. Дело было зимой. Бригада небольшая, три человека. Приехала к нам группа специалистов и просят показать, в чем суть технологии, как мы ухитряемся за пару минут сделать стык. Для сравнения: методом сварки стык делается минут двадцать, причем работают несколько человек, ведь стык надо соединить очень плотно, без зазоров. Мы показали не торопясь, специально, чтобы можно было посмотреть нашу работу. И вот стык готов. Гости стоят молча и словно еще чего-то ждут. Наконец один из них, прокашлявшись, произносит: «А можно еще раз? Признаться, мы ничего не поняли!» Повторять пришлось раза четыре. Потом были вопросы, восхищенные возгласы, пожатие рук… Некоторые из них впоследствии стали нашими заказчиками.

*

За четыре года на промыслах управления «Лениногорскнефть» было смонтировано более тридцати километров нефтепроводов. Они работали без единой аварии два десятка лет. Сотрудничество с лениногорскими нефтяниками позволило молодой фирме встать на ноги и выжить в непростой период развала Советского Союза.

КСТАТИ

Вспоминает Вячеслав Владимирович Ануфриев, начальник технического отдела ИПЦ в 2007 – 2017 гг.:

Говоря о партнерах Инженерно-производственного центра, в первую очередь надо назвать компанию «Татнефть». Во-первых, большинство сотрудников нашего общества в период его становления были выходцами из института «ТатНИПИнефть», и их разработки были связаны, в том числе, с интересами татарстанских нефтяников. Во-вторых, первый трубопровод был смонтирован на территории НГДУ «Лениногорскнефть». Да и в дальнейшем было немало примеров совместной работы с «Татнефтью». Это плодотворное сотрудничество продолжалось с 1989 по 1996 год, затем было возобновлено в 2000-м году.

Например, в структуре НГДУ «Альметьевнефть» существовало подразделение, которое занималось вопросами борьбы с коррозией. Именно через них проходили все внедрения разработок. Для нас это тоже было актуально, поскольку в своей деятельности мы занимались именно этой проблематикой. Чтобы продукция была одобрена для использования в «Татнефти», в этом подразделении проводили ее испытания. Разумеется, в первую очередь они были заинтересованы во внедрении разработок собственной компании. Но, надо отдать им должное, когда видели, что наши изделия по своим параметрам лучше, давали объективные оценки и не чинили надуманных препятствий.