Ирина Яковлева – Четвертое измерение (страница 5)
С 20 июля 1941 г. по 16 сентября 1945 г. в Бугульме располагался эвакуационный госпиталь №2784.
Открытие в 1948 году на юге-востоке Татарстана крупных залежей нефти (Ромашкинское месторождение) дало мощный импульс развития Бугульме. Производственное объединение «Татнефть» было официально создано в 1950 году в Бугульме.
Здесь же с начала 1950-х годов концентрировались учреждения по разведке и разработке нефтяных скважин, научные центры по добыче и транспортировке «черного золота». Это за короткое время привело к значительному расширению города и увеличению его населения в десять раз.
Застройка города производилась по разработанному Ленинградским государственным институтом проектирования городов генеральному плану. В советские годы здесь, в частности, были построены: спортивный комплекс «Юность», институт «ВНИИнефть», гостиница «Бугульма», Дворец молодежи и многое другое.
В городе сохранились многочисленные памятники историко-культурного наследия: народный дом (1898 г.), здание типографии Викторова (1891 г.), здание мукомольного производства Н. А. Безпалова (начало ХХ в.), и многие другие.
В Бугульме сохранились братская могила членов Бугульминского Ревкома, расстрелянных белогвардейцами в 1918 г. (объект культурного наследия республиканского значения), братская могила жертв кулацко-белогвардейского террора 1920 г., братская могила 14 коммунистов-железнодорожников, расстрелянных белогвардейцами в 1918 г.
Город известен и другими памятниками истории и культуры, а также современными учебными, культурными и спортивными заведениями.
Глава 4.
Сделать первый шаг
Комсомольцы лишь частично выполнили распоряжение Романова: в райкоме Айдуганову выделили только половину письменного стола, да и кабинет пришлось делить с райкомовскими инструкторами. Правда, парни были покладистые: вопросами не докучали, делились бумагой для печатной машинки, поили чаем. Не стеснял их и новый сотрудник, поскольку в основном находился в разъездах по своим коммерческим делам и в кабинете засиживался, как правило, по вечерам.
Как мало было у него этих часов, которые он мог посвятить главному, ради чего все это затеял – доработке технологии, которая должна была дать жизнь Центру! Технологии, которая изменит способ строительства трубопроводов и навсегда решит проблему их порывов. Пока что коррозия не сдавалась, несмотря на то, что трубы стали футеровать полиэтиленом. Она вкрадывалась в трубу исподволь и настойчиво, миллиметр за миллиметром нащупывая слабые места. Таковыми были сварные соединения. Три четверти порывов трубопроводов происходили именно здесь. При этом сама труба оставалась целехонькой и, казалось бы, могла служить еще долгие годы. Но какое это имело значение, если рвались стыки, и ценное сероводородное сырье в очередной раз становилось источником огромных убытков – и для природы, и для нефтяников.
Таким образом, защита от коррозии зоны сварных соединений труб становилась самой актуальной и сложной темой. А значит, и самой интересной – так считал Айдуганов, любивший находить варианты решений там, где другие заходили в тупик.
Темой защиты сварных швов Вячеслав Михайлович начал заниматься еще в ТатНИПИнефть и даже теоретически нашел решение проблемы. Оно заключалось в том, что швы не должны быть сварными. Плети трассы надо соединять другим способом, и это могла быть, по его мнению, специальная неразъемная муфта. Теперь идею надо было конкретизировать и доработать: рассчитать размеры и форму муфты, толщину металла для нее, силу давления при обжиме трубы, оборудование, с помощью которого будут соединяться плети трассы… При этом необходимо было учесть все СНиПы – строительные нормы и правила, ГОСТы, технические условия, согласовать разработки с экологами, пожарными, службами по охране труда, и прочее, и прочее.
Когда он пройдет все эти круги ада, начнется самое сложное: надо будет организовать выпуск соединительных элементов и оснастки для монтажа трубопроводов. Теперь за плечами изобретателя нет влиятельной организации – научного института, накрепко срощенного с гигантом нефтедобычи – Татнефтью. Прекрасные времена, когда по команде нефтяного «генерала» под перспективные изобретения строились цеха и целые заводы, остались в прошлом. Он выпал из обоймы и остался со своими планами один на один. Ему нужен будет металл, много металла! Нужны будут километры футерованных труб. Надо как-то построить по уже разработанным чертежам установку для строительства трубопроводов в полевых условиях… Пока дело касалось непосредственно работы за его половинкой письменного стола, Айдуганов был хозяином положения. Но когда он думал о практическом воплощении разработок, мысль заходила в тупик.
- Николай, где можно купить токарный станок и металлорежущий инструмент? Еще нужна труба диаметром хотя бы 114 миллиметров, - допрашивал он Романова.
- Слава, в стране плановая экономика, ты об этом не забыл? Нефтяники не могут себе выбить дополнительные трубы, если не сумели протянуть год с выделенными им фондами. НГДУ латают нефтепроводы или перекидывают комплектующие из одного подразделения в другое, если у них что-то залежалось ненароком. И это ведущие предприятия отрасли, на которую работают Госплан и Госснаб. А мы с тобой кто?
- В таком случае объясни, из чего и на чем я буду делать опытный образец?! Должен же быть выход!
- Выход давно найден. Как там у Райкина: «через завсклад, через директор магазин, через товаровед, через заднее кирильцо…».
- В таком случае, объясни: если есть закон о развитии кооперации, должен быть проработан и механизм обеспечения частников всем, что им необходимо для производства товаров?
- Увы! Законодательная база как таковая отсутствует. Нет вообще никаких правовых актов, которые регулировали бы деятельность Центров НТТМ, равно как и кооперативов. Одни циркуляры: «развивать, способствовать, создавать…» У меня ощущение, что государство, давшее зеленый свет предпринимателям, теперь само не знает, что с ними делать. А частные предприятия множатся, как грибы после дождя. И, предполагаю, каждый выживает, как может.
- Вот и мы со свояком пока что выживаем, и неплохо этому научились: кое-какой капитал уже скопили. Торговлей заниматься выгодно, но не мое это! А как вложить деньги в производство и в инженерные разработки, ума не приложу.
- Да и не твоего ума это дело, не за обиду сочти, а за комплимент. Один ты не потянешь все эти проблемы. Ты же ученый, изобретатель, тебе и надо интеллектуальные ценности создавать. Есть у тебя Сергей Чахеев – золотой человек, строитель-практик, он твои разработки сумеет на реальную почву поставить. Но одного его мало. Нужны еще надежные помощники – ездить, договариваться, закупать, бухгалтерию вести. Особенно про бухгалтера подумай, чтобы каждый заработанный вами рубль был учтен и работал на вас.
*
Бухгалтер появилась в сентябре того же, 1988 года. Роза Валитова именно появилась: ее никто не рекомендовал, не искал, не уговаривал. Однажды она просто вошла в кабинет и поинтересовалась:
- Я слышала, вам нужен бухгалтер?
Перед Айдугановым стояла совсем молодая девушка, и он ответил ей, как мог – откровенно:
- Очень нужен. Но вряд ли смогу предложить вам хорошие условия. У нас тут, сами видите… Все только начинается.
- Я тоже начинаю, - улыбнулась Роза. – Только два года стажа после техникума. А сейчас ищу работу.
Роза Завдатовна проработает в Инженерно-производственном центре 13 лет. В этот самый сложный период становления не только предприятия, но и системы бухгалтерского учета, налогового законодательства в новых, рыночных условиях она блестяще освоит бартерные схемы, взаимозачеты, вексельные операции – все новые инструменты, благодаря которым коллектив и производство развивались, невзирая на все кризисы девяностых годов.
А тогда, зимой 1988-го, на улицах Бугульмы нередко можно было встретить нетипичную для рабочего городка пару. Высокий, представительный мужчина в синем пальто и интеллигентском берете, с чемоданчиком-«дипломатом», являл собой образ как минимум преподавателя института. Рядом, подстраиваясь под его широкий «профессорский» шаг, почти бежала миниатюрная девушка лет двадцати в модных, на толстой подошве-«манке», сапогах и стильной курточке. Директор и бухгалтер всюду ходили пешком, поскольку «имущество» их фирмы ограничивалось пока что расчетным счетом и печатью, а вот транспорт к ним не прилагался. Им надо было успеть и в горисполком, и в налоговую, и в типографию… Однажды так же, на себе, они с присоединившимся к ним Сергеем Чахеевым тащили по улицам тяжеленный сейф, подаренный Центру какой-то организацией.
Тогда же, в конце 1988-го, коллектив Центра вырос до пяти сотрудников. Сергея Леонидовича Чахеева, друга и партнера руководителя, наконец официально приняли на должность замдиректора по производству. Еще одного квалифицированного специалиста фирма получила в лице Зинаиды Яковлевны Ильиной. Из ТатНИПИнефть Вячеславу Михайловичу удалось перетянуть к себе Ирека Зиннуровича Зарипова. Инженер с большим опытом, он немало вложил в разработку и внедрение технологий ЦНТТМ, а затем Инженерно-производственного центра. Помимо этого, он во время службы в армии хорошо научился обращаться с техникой, поэтому первое время был и за водителя, и за тракториста. Из отдела информации института пришла еще одна коллега Айдуганова, Людмила Салимовна Исрафилова. Ей поручили кадровый учет. Семнадцать лет Людмила Салимовна была тем человеком, который знал производственные и семейные проблемы каждого работника. Новичкам она помогала адаптироваться в коллективе, умела кого-то морально поддержать, за кого-то замолвить слово перед руководством…