Ирина Ячменникова – Бессветные 1 (страница 6)
– Ха! Ну тогда я Гейб! Некромант! – ехидно улыбнулся белобрысый.
– Не слушай его! – возмутился ассистент, ускоряя шаг. – Он шутит. Некромантов не существует.
– Зато умников хоть отбавляй! – донеслись вдогонку слова Гейба.
Мэтис был бы не прочь ещё пообщаться, подозревая, что все обитатели лесного поместья умеют что-нибудь эдакое, как и он сам, но провожающий неумолимо шёл вперёд, а лишаться возможности попасть домой не хотелось. Он и так уже сильно опаздывал, а возможно, и переполошил родных тем, что не отвечал на звонки. Хотя дядя с тётей, скорее всего, уже носились со своим Эдом, а значит, о племяннике не вспоминали.
Они вышли из дома, пересекли парк и оказались у знакомого джипа. Водитель курил, привалившись к капоту.
– Руно, пожалуйста, отвези его домой, – тихо попросил Фор. – И телефон верни.
– Куда?
– Залесье. Тополиная четырнадцать, – деловито сообщил Мэтис. – О, а можно я спереди сяду?
– Валяй, – не стал возражать водитель.
Устроившись на козырном месте, медиум почувствовал новое волнение, осознав, что на этом его приключение заканчивалось.
– Фор, – позвал он из окна, – я правда что-то вижу!
Ассистент посмотрел на него долгим грустным взглядом, а потом отступил от машины на шаг, видя, что водитель уже обходит капот.
– Я верю, но тебе этого не нужно. У тебя всё хорошо. – После этих слов помощник Ллойда медленно пошёл к дому, не дав Мэтису шанса продолжить разговор.
Глава 4. Последний шанс
Навстречу шли люди. Они озирались знакомыми лицами, смотрели с жалостью или упрёком, а иные в ужасе бросались прочь или начинали биться в припадке. Мэтис петлял между ними, пытаясь догнать ускользавшую тень.
– Парень! – Щелчок пальцами перед носом. Это был усмехающийся санитар. – Куда ты смотришь?
– Я…
– В чём дело, парень? Померещилось что-то? – Санитар пошёл рядом подпрыгивающей походкой. – Оглянись вокруг, здесь все такие – особенные.
Мэтис ускорил шаг, а потом сорвался на бег. Он гнался за кем-то, но сильно отстал. И он мчался, расталкивая людей с искажёнными лицами, пока не выбился из сил.
Погоня привела его в крыло Весёлого дома с дверью на приём. Опять? Мэтис робко заглянул в кабинет.
За столом сидел человек в деловом костюме. Он улыбался и жестом пригласил Мэтиса войти, хотя напротив него уже сидели пациенты – мужчина и женщина.
– Мама? Папа? – окликнул их Мэтис.
Женщина вздрогнула, и мужчина заботливо приобнял её.
– Спокойно, дорогая, наш сын в лучшем мире, – с болью произнёс он.
– Я здесь! – закричал Мэтис и бросился к родителям, но ни на шаг не приблизился.
– Ах, доктор, – вздохнула миссис Вайерд, – не могу поверить, что его больше нет!
– Живите дальше, – предложил психиатр. – Вы молоды, вы есть друг у друга. У вас ещё будут дети. Много детей. А этого не вернуть.
– С того света уж точно! – Женщина истерически засмеялась, потом зарыдала.
Мэтис не мог пошевелиться. Сначала он решил, что оцепенел, но, покрутив головой, обнаружил на себе смирительную рубашку. Он снова и снова звал родителей, срываясь на крик.
Мама обернулась. Её глаза потускнели, спрятались за веками, припухшими от пролитых слёз.
– Как же больно, – прошептала она.
– То, что умерло, не болит! – жёстко отрезал доктор и растворился во мраке и мокрой подушке.
– Нет! – выкрикнул Мэтис, не осознавая, что проснулся. – Вы лжёте! Не слушай их!
Он кричал что-то ещё, колотя руками по дивану, не замечая обеспокоенно смотревших на него опекунов.
***
Каждый день состоит из противоборства мыслей и действий, и мысли, как правило, побеждают. Порой невозможно увлечься делом, когда в голове гудит нескончаемый монолог. Мэтис откровенно залип в своих думах. Он смотрел под ноги, не видя асфальтовой дорожки, и тасовал дурные образы сна. Необъяснимое чувство потери засело внутри, сжимало горло, затрудняя дыхание, – чувство, словно опоздал на последнюю маршрутку, помноженное на тысячу вселенских неудач. Сон остался сном, но напомнил о скитаниях по равнодушному миру, о погоне за призраками, о том, что ни живые, ни мёртвые не слышат и не откликаются.
– Мэт! Вообще-то, по всем приличиям, это ты должен за мной бегать! – прозвучал за его спиной девичий голосок. – Нет чтобы подождать две минуты!
Мэтис обернулся, кисло посмотрел на одноклассницу и ничего не ответил.
– Ну и лицо! – Гнев Келли сменился беспокойством. – С тобой всё в порядке?
Он отрицательно помотал головой.
– С домашними проблемы? Из-за вчерашнего? Я, кстати, звонила. Почему трубку не брал?
– Ты не поверишь… Вчера такое было! – воодушевился Мэтис. – Доктор отвёз меня в Прилесье к тому снежному человеку, а там, оказывается, что-то вроде академии для экстрасенсов!
Келли похлопала длинными ресницами, а потом залилась смехом.
– Ты чего?! – возмутился Мэтис. – Я правду говорю! Там такое было! Я думал, меня… – И тут он вспомнил предупреждение лже-доктора. – Не важно. Ты всё равно не поверишь.
– Я верю! – тут же смущённо закивала подруга. – Так, значит, ты будешь учиться в академии для экстрасенсов?
– Нет. – Мэтис помрачнел, чётко понимая, что «вступительный экзамен» провалил. – Нет, Келли, это просто такая шутка! Дурацкая.
Дальше они шли молча. День не задался у обоих, и оба не желали изменить его к лучшему. Келли изобразила обиду, Мэтис – страдальческий вид. Если бы они продолжили общаться, то каждый поочередно поддевал бы другого словами, и разговор перерос бы в грандиозную ссору.
Они жили по соседству и с первого класса учились вместе. Раньше у них было много общего, а теперь Мэтис всё больше бродил в одиночестве, носил один и тот же свитер и интересовался странностями Прилесья, а Келли превратилась в хорошенькую девушку, играла на скрипке и читала классику… правда, с последним никак не вязалась её любовь к чёрному, цепям и ботинкам на шнуровке. Нет, она не была готом, но выбирала всё с налётом брутальности, балансируя на грани: рыжая девочка-рок с лицом и душой ангела – конечно, если она не раздражала и не поглядывала обиженно, прямо как сейчас, стоя на светофоре.
Мэтис качнулся и отступил назад. Откровение, посланное призраком, случилось, как всегда, неожиданно.
– Что такое? – обеспокоенно спросила Келли. – Тебе плохо?
– Всё нормально.
– Ты всегда так говоришь, но это вовсе не нормально! Ты бы видел себя!
– Это всего лишь один из призраков, в которых ты не веришь!
– Если бы призраки существовали, их бы изучали учёные, а тебе не приходилось бы таскаться к врачу.
– А тебя никто и не заставляет с психом общаться! Вали к нормальным! Смотри телевизор и собирай наклейки из гастронома! – зло прокричал Мэтис и пошёл в противоположную сторону.
– Мэт, постой! – звала Келли. – Ты куда? Занятия скоро начнутся!
Но Мэтису было не до школы.
Он приехал в Весёлый дом после долгого, но бесплодного расследования: нигде в соцсетях не нашлось никакого доктора Ллойда, да и самого Ван-Кляузера. На часах было 14:37, а значит, вторая смена должна была уже начаться: вчера те врачи (пусть и не настоящие) работали с утра в чётный день; выходит, сегодня, в нечётный, они должны работать с двух часов дня. Ну и что, что притворяются? Ведут приём, значит, должны притворяться по общему расписанию!
В регистратуру Мэтис решил не обращаться, но у кабинета натолкнулся на первое препятствие – недовольную толпу. В такой очереди можно было проторчать часа три, и не факт, что лже-доктор Ллойд за это время не нашёл бы ему замену. Мало ли сколько их тут таких – экстрасенсов, которых заклеймили психами всякие узко мыслящие обыватели! Поэтому Мэтис решил набраться наглости и воспользоваться экспресс-приёмом «Я просто спросить…», что, в общем-то, было практически правдой.
Отягощенный собственным нетерпением и подозрительными взглядами окружающих, Мэтис немного постоял у двери, дождался, когда из кабинета выйдет пациент, и юркнул внутрь, оставив за собой волну негодования. Про оправдательное «спросить» он попросту забыл. Ну и ладно: его миссия казалась слишком важной. Окрылённый фантазиями, он был уверен, что всё пройдёт так, как задумано, но стоило поднять глаза на психиатра, как реальность тут же дала ему затрещину и быстро опустила его на землю.
За столом сидела тучная дама в старом мятом халате, выданном государством лет десять назад, выглядевшая на пятьдесят с лишним. Её тяжёлый взгляд поверх очков идеально дополнял образ женщины, занимавшейся самым ненавистным для себя делом, но не способной остановиться и всегда готовой излить всю свою неудовлетворённость жизнью на окружающих, и в первую очередь – на пациентов.
От этого образа Мэтис застыл и потерял дар речи.
– Ну что, так и будешь там стоять?! Очереди не видел?! Нет у нас времени на всякие придверные топтания! Проходи и садись! – тут же выплеснула она накопленное за долгие годы недовольство.
– А где вчерашний доктор? – спросил Мэтис, но, увидев потемневший взор врача, уточнил: – Доктор, который вёл здесь приём вчера днём: Кристофер Ллойд, кажется.