Ирина Высоцкая – В лабиринтах моей памяти (страница 5)

Далеко уйти я не успела: входные ворота приоткрылись и впустили огромный тонированный джип черного цвета. «Видимо, пожаловало начальство в лице моего супруга», – решила я, заметив, как напряглась домработница.

Машина поравнялась со ступенями, ведущими к входу в дом. Передняя пассажирская дверь распахнулась, из джипа вышел молодой человек в солнечных очках и, несмотря на жару, темном костюме. Скорее всего, охранник. Следом показался Тимофей с небольшой папкой из белой кожи в руках.

– Как ты? – спросил он и поцеловал меня в висок.

– Лучше, чем вчера, – уклончиво ответила я. – Кстати, вчера мы так и не договорили. Где мой телефон?

– Можно, я приму душ и пообедаю? – попытался отмахнуться он. – На улице очень жарко… Утром я не успел позавтракать.

– Не уходи от вопроса. Мне нужен телефон, – я начала злиться. – Что все это значит? Почему бы просто не вернуть мне мой телефон?

– Понимаешь, Лана, за день до твоего падения с лестницы мы были на речной прогулке. Ты была несколько рассеяна. Когда неожиданно раздался звонок, телефон выскользнул у тебя из рук и упал в воду. Естественно, спасти его было невозможно. Но не переживай, я купил тебе новый, – закончил он и протянул мне небольшую коробочку. – Там уже стоит сим-карта. В записной книжке – мой номер и номера, которые могут пригодиться.

– Какое это имеет значение?! – взорвалась я. – В новом телефоне нет ни одного прежнего контакта! Как же я, черт побери, должна дозвониться до Дашки? Ну или хотя бы до кого-нибудь, кто может рассказать, как я жила все эти годы, чем увлекалась, где работала?

– Ты слишком много нервничаешь, – произнес он. – В этом нет никакой трагедии, обо всем ты можешь спросить меня, не забывай: я твой муж, и последние шесть лет, нравится тебе это или нет, ты прожила со мной! – нотки голоса стали стальными, я поежилась.

Что-то знакомое резануло слух. Или просто показалось?

Тимофей развернулся и пошел в дом. Я безвольно поплелась следом. Было ощущение полной безысходности. Мы поднялись в комнату мужа, и он сразу отправился в душ.

– О чем ты хотела бы поговорить? – спросил он, выходя из ванной.

– Может, ты присядешь? Разговор, скорее всего, будет долгим.

Я внимательно посмотрела на него и, немного смутившись, отвела глаза. Мокрые волосы слегка взъерошены, по рельефной груди стекают капельки воды. «Все-таки он определенно хорош, – мелькнула мысль. – Любая другая на моем месте только обрадовалась бы такому вновь обретенному супругу. Но почему же мне так неспокойно?»

Вслух же произнесла:

– Расскажи, чем ты занимаешься? Мы живем в шикарном доме, вокруг день и ночь ходит прислуга. Навряд ли это моя заслуга. Помнится, я всего-навсего заканчивала факультет журналистики.

Он улыбнулся немного самодовольно и ответил:

– Я депутат местного областного совета. Когда мы познакомились, я как раз баллотировался на эту должность. Кроме того, у меня строительный бизнес, также есть сеть ресторанов в области, – Тимофей пожал плечами, – ну а скоро я собираюсь выдвинуть свою кандидатуру на должность губернатора.

– Выходит, я современная Золушка… И где же меня так угораздило?

– Если вкратце, ты брала у меня интервью как у преуспевающего бизнесмена и подающего надежды политика. Ты была прекрасна. Впрочем, как и сейчас, – он окинул меня быстрым взглядом, – плюс острый ум и неимоверное обаяние. Я был покорен… И через две недели сделал тебе предложение.

Глава 10

Вот так новости! Сказать, что я была удивлена – это просто промолчать. Помнится, я всегда очень серьезно относилась к выбору второй половины. В школе за мной бегал Ярик Белинский. Хороший мальчишка с копной светлых волос и озорными зелеными глазами. Мечта всех наших девчонок. Я же считала, что школьная любовь – это несерьезно. Нужна проверка временем, обстоятельствами. Сдав экзамены, я поступила в институт. Вот тут и появился Славка Ковалев – высокий красавец-брюнет. Через два года томных объятий на скамейках и поцелуев под окнами моего дома я всерьез задумалась о том, что не сегодня завтра Славка сделает мне предложение. Ну а я подумаю для приличия и, конечно, соглашусь! Вот тут в мои планы и вмешалась судьба в лице длинноногой красавицы Инночки. Не погнушавшись моими высокими чувствами, мерзавка увела предмет обожания прямо у меня из-под носа. После этой любовной драмы я два часа белугой проревела у Дашки на плече и торжественно поклялась, что впредь будущему кандидату на роль мужа придется изрядно помучиться, чтобы убедить меня в своей искренности. А тут две недели – и прямиком в загс. Неужели деньги?

Глава 11

– Как же так, Тимофей? – удивленно произнесла я. – Две недели – это не тот срок, чтобы понять, что мы сможем пройти вместе через всю жизнь. Как мы приняли такое решение? Я была беременна?

– Ну что ты, Лана. Какая беременность? У нас нет детей. Я всегда считал, что ребенок должен быть запланированным и ко времени. Думаю, после избрания меня губернатором мы как раз займемся этим вопросом, чтобы закрепить позиции.

«Для него ребенок – это не счастье, дарованное небесами, а просто часть имиджа. И за этого человека я вприпрыжку побежала замуж спустя две недели после знакомства? Как же такое могло произойти? Ладно, разберемся чуть позже. Сейчас ни к чему выяснять отношения», – решила я.

– Ну а торопились мы, – продолжил Тимофей, – потому что у меня была предвыборная кампания. Через пару дней после свадьбы я стал депутатом в нашем областном совете.

От всего услышанного я находилась в легкой прострации. Тимофей же, видимо, понял мое состояние по-своему.

– Я вижу, что мой рассказ не совсем прояснил ситуацию, – сказал он. – Хорошо, объясню более доходчиво. Какая разница, когда играть свадьбу, если решение уже принято? Никакой! А свадьба накануне выборов добавила мне статус женатого человека. Людям семейным, как известно, доверия всегда оказывается больше. Стабильность, статус и прочее…

«Статус – это, конечно, во главе угла, – думала я. – Даже смерть мамы не смогла встать на пути предвыборной кампании моего мужа».

Напрашивался один вывод: я всего лишь деталь. Неважно чего – интерьера, карьеры, жизни. Или я ошибаюсь?

– Тимофей, а мы любили друг друга?

– Почему ты спрашиваешь, Лана? Конечно да. И тогда любили, и сейчас любим, – ответил муж не терпящим возражений голосом, тем самым ставя очевидную точку в разговоре.

Из нашего диалога я поняла следующее: мы молодая любящая друг друга обеспеченная семейная пара без детей, но в перспективе планирующая продолжение рода. Не жизнь, а сказка. И именно эту сказку меня угораздило забыть по причине болезни, которую я подхватила, разъезжая от нечего делать по миру. Что-то в этой истории мне однозначно не нравилось. Вот только что? Этого я никак понять не могла. Разберемся, а пока у меня есть еще пара вопросов.

– Тимофей, а где мой паспорт?

– Он в моем кабинете, в ящике рабочего стола.

– А почему он находится у тебя? – в очередной раз удивилась я.

Муж закинул ногу на ногу и сцепил руки в замок.

– Паспорт был необходим врачам, приехавшим на вызов после твоего падения.

«Значит, были врачи, – подумала я. – А то я считала, что, кроме прислуги, Фёдора Игнатовича и охраны, в этот дом никого не пускают».

– Я хочу забрать его.

– Конечно, дорогая, – с легкостью согласился Тимофей.

Я подошла к окну и посмотрела на улицу. «Кстати, в доме нет камер, которые ведут запись внутри, да и те, что расположены по фасаду, смотрят на придомовую территорию», – отметила я про себя.

– Я работаю? – продолжила я расспрос.

Было бы здорово, окажись у меня шанс пообщаться с коллегами. Возможно, это поспособствовало бы моему выздоровлению.

– Нет, дорогая, при нашем положении работать тебе ни к чему.

Тимофей встал и направился в сторону гардеробной.

– Мне необходимо одеться. Продолжай спрашивать, хотя думаю, что уже ответил на все твои вопросы.

– Практически, – сказала я. – Остался один, но самый важный. Да это и не вопрос вовсе, а скорее просьба. Я хочу видеть Дашку.

Судя по паузе, которая длилась не меньше десяти секунд, муж задумался.

– Какую именно Дашку? – голос был напряжен.

– Брось, Тимофей, что значит – какую Дашку? – разозлилась я. – Мою Дашку. О которой я пытаюсь узнать у тебя хоть что-то уже вторые сутки. Дарью Андреевну Архипову. Мою подругу. Не может быть, чтобы ты ее не знал.

– А… Ты имеешь в виду твою свидетельницу на нашей свадьбе?

Вот так номер. Муж с трудом вспоминает мою лучшую, да что уж там, единственную подругу. Тут два варианта: либо Тимофей просто делает вид, что ее не помнит, и на это у него своя причина, либо он тоже слегка болен, и страдает своеобразной формой амнезии, касающейся одного человека.

– Да, представляешь, именно ее я и имею в виду, – с долей сарказма ответила я, слегка раздраженно поведя плечом. – Не хочешь ли ты сказать, что и с ней произошло какое-то несчастье?

Тимофей наконец вышел из гардеробной.

– Ну почему же, – невозмутимо ответил он. – Очевидно, твоя Дарья жива-здорова. Но чем она занимается и где сейчас находится, я не имею ни малейшего представления, впрочем, полагаю, как и ты.

Я вновь почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. И нервы натянулись до предела. Я могла поверить во все, что до сей поры рассказывал супруг, но в то, что мы с Дашкой потеряли связь друг с другом, попросту не поверила бы никогда.