Ирина Волкова – СССР и Гоминьдан. Военно-политическое сотрудничество. 1923—1942 гг. (страница 18)

Весной 1937 г. Токио развернул переброску воинского контингента в стратегические пункты Северного Китая и к концу мая сосредоточил в них более 20 тыс. человек³¹⁷. 7 июля 1937 г. в районе Пекина у моста Лугоуцяо произошло столкновение императорских и китайских войск. 8 июля командующий японским гарнизоном в Пекине предъявил ультиматум местным властям. Он требовал наказания виновных в «нападении», а также вывода армии ГМД из зоны железной дороги Пекин – Тяньцзинь. Это было неприемлемо для китайской стороны. Согласие ГМД оставить район Пекин – Тяньцзинь открыло бы интервентам путь к реализации плана по созданию «автономного» Северного Китая под контролем Токио. Ультиматум был отклонен, что и послужило поводом для фактического начала японо-китайской войны³¹⁸. Хотя формально в 1937 г. ни Нанкин, ни Токио о состоянии войны не объявляли.

Тем не менее японские части, расположенные в районе Пекина, перейдя в наступление, захватили ряд населенных пунктов. 11 июля 1937 г. кабинет Ф. Коноэ согласился на отправку резервов в Китай, где к концу сентября того же года была сосредоточена группировка численностью более 300 тыс. человек³¹⁹.

Учитывая превосходство вооруженных сил Японии в технике и уровне подготовки личного состава, наиболее перспективной для Нанкина являлась тактика затягивания конфликта в расчете на постепенное истощение противника и помощь Китаю, как жертве агрессии, со стороны мирового сообщества. В частности, Чан Кайши рассчитывал на военную и политическую поддержку СССР, с которым на протяжении двух предшествовавших лет он вел интенсивные переговоры, а также содействие США и Великобритании.

Международный фактор, оказавший существенное влияние на дальнейшее развитие событий, заслуживает отдельного внимания. Вооруженное вторжение Японии в Китай изменило обстановку в Азии. По сути, начало полномасштабных боевых действий, пусть даже без объявления войны, было заявкой Токио на пересмотр принципов Версальско-Вашингтонской системы международных отношений. За два года до нападения Германии на Польшу Япония бросила вызов договорам, обеспечивавшим защиту позиций европейских держав и США на Дальнем Востоке и являвшимся после Первой мировой войны гарантией стабильности международной обстановки. Это создавало угрозу интересам США, Англии, Франции, Германии и Италии, рассматривавшим Китай в качестве выгодного рынка сбыта своих промышленных товаров и источника сырья с огромными возможностями для инвестиций капитала.

Наиболее прочными экономическими позициями в Китае обладали США и Англия. К 1937 г. в стране насчитывалось около 400 филиалов американских фирм. Их капиталовложения равнялись 295,2 млн долларов. По объему товарооборота США принадлежало первое место. Их доля в китайском экспорте составляла 30 %, в импорте 20 %³²⁰. Английский капитал занимал еще более весомое положение. Сумма британских инвестиций к 1936 г. достигала 1141 млн долларов США³²¹. В Китае действовала разветвленная сеть английских банков. Британия являлась главным судовладельцем в стране. В 1930-х гг. монополии Германии добивались восстановления позиций, утраченных в Первую мировую войну. Немецкие концерны и банки предоставляли кредиты, строили предприятия и железные дороги, поставляли в Китай продукцию машиностроения, военно-промышленного комплекса, химической отрасли.

Захватническая политика Японии вызывала серьезные опасения западных держав за судьбу своих капиталов и сфер влияния. Они понимали, что Токио добивался не только господства в Китае, но в перспективе – и установления контроля над всем Азиатско-Тихоокеанским регионом. В этих условиях Америка, Британия и Франция были заинтересованы в оказании помощи Гоминьдану. Но многие деятели в администрации Ф.Д. Рузвельта и в европейских правительствах отстаивали политику «изоляционизма». Стремясь оградить собственные страны от участия в вооруженных конфликтах, правящие круги Вашингтона, Лондона и Парижа склонялись к тактике нейтралитета³²².

Кроме того, японский милитаризм воспринимался на Западе также в качестве эффективной силы, нацеленной как против роста национализма в Китае, так и против СССР. Великобритания, Франция и США рассматривали экспансию Японии в Китае как подготовительный этап к ее войне с Советским Союзом. Направив агрессию Токио на север, они надеялись защитить свои коммерческие проекты³²³. Приемлемым являлся и вариант путем небольших экономических уступок втянуть Японию в противостояние с СССР и ослабить ее.

В итоге позиция европейских держав и США в отношении событий в Китае оказалась непоследовательной и противоречивой. Вашингтон не спешил с официальными заявлениями. Лишь 16 июля 1937 г. Государственный департамент опубликовал декларацию, в которой основными принципами внешней политики США обозначались: соблюдение международных соглашений, свобода торговли и уважение принципа равных возможностей. Об ответственности Японии за агрессию на континенте ничего не говорилось. Документ был вручен 62 странам, что имело целью подчеркнуть намерение США выступить в роли «международного арбитра» на Дальнем Востоке³²⁴. Лондон опасался, что США перехватят посредничество в разрешении японо-китайского конфликта. 15 июля 1937 г. поверенный в делах Доддс посетил министра иностранных дел Японии, чтобы выяснить, может ли Британия быть полезной в урегулировании отношений между Токио и Нанкином. Министр иностранных дел Англии Иден заявил, что война в Северном Китае не спровоцирована Японией и что акта агрессии она не совершила. Происходившие события оценивались им как локальный конфликт³²⁵. Таким образом, ни Вашингтон, ни Лондон не признали действия Токио нарушением норм международного права.

США и Англия являлись главными поставщиками стратегических материалов в Японию, чем в немалой степени способствовали углублению конфликта. В 1937 г. Соединенные Штаты увеличили объемы продажи ей стали, меди и нефти. Американские поставки дефицитных товаров возросли в 1937 г. более чем в 3 раза по сравнению с 1936 г. В экспорте США резко вырос удельный вес военных материалов³²⁶. В 1937 г. из общего объема экспорта Америки в Японию в размере 288,6 млн долларов 168 млн, то есть 58 %, приходились на сырье для ВПК- В 1938 г. доля стратегических материалов возросла до 66 %. В авиационной технике и комплектующих поставки из США в 1937 г. составили 76,9 % японского импорта³²⁷.

2 декабря 1939 г. газета «Юньнань жибао» опубликовала выступление члена мирного комитета ГМД Чжан Силина, заявившего на встрече с американскими врачами: «По имеющимся данным, 65 % поступающего в Японию оружия получается из Америки. Другими словами, это значит, что из 100 человек, убитых японцами, 65 убито с помощью Америки»³²⁸. Товарооборот с Англией и субъектами Британской империи был меньше, но он обеспечивал Токио 17 % импорта военных материалов³²⁹.

Совершенно иной была ситуация в торговле с Китаем. В связи с войной и особенно японской морской блокадой США и Англия быстро сократили ее объемы. Если экспорт США в Китай за первое полугодие 1937 г. составлял 115 386 тыс. китайских долларов³³⁰, то за второе полугодие того же года он упал до 73 473 тыс. китайских долларов. В сентябре 1937 г., по сравнению с июлем того же года, товарооборот Америки через Шанхай снизился в 7 раз, а Англии в 4,5 раза³³¹. Таким образом, к началу японо-китайской войны Запад был более склонен к сотрудничеству с Токио, чем с Нанкином.

Неблагоприятная для ГМД международная обстановка на начальном этапе японо-китайской войны способствовала укреплению контактов Нанкина и Москвы. Присоединение Японии 25 ноября 1936 г. к Антикоминтерновскому пакту фактически исключало для НКИД СССР возможность получения от нее дипломатическими методами даже условных гарантий предотвращения военного конфликта. Сдерживающее влияние могли оказать только меры по укреплению обороноспособности СССР и союзнические соглашения с другими государствами, заинтересованными в противодействии Токио³³². Однако все попытки СССР добиться заключения Тихоокеанского пакта остались безрезультатны³³³.

Принимая во внимание быстрое продвижение императорской армии во внутренние районы Китая, было крайне важно не допустить, чтобы его территория и ресурсы были использованы Японией в предстоящем конфликте с СССР. В результате угроза безопасности Советского Союза на Дальнем Востоке стала одним из ключевых оснований для сотрудничества с Нанкином³³⁴.

В то же время японо-китайская война привела к изменению в характере отношений Кремля и КПК В новых условиях Сталин не мог допустить, чтобы ГМД направлял основные силы против коммунистов. Кроме того, революционный всплеск не был выгоден Москве, поскольку он мог привести к обострению ее отношений с Англией и США, а также подтолкнуть Чан Кайши на соглашение с Японией. В связи с этим СССР использовал фракционную борьбу в КПК для стабилизации формирующегося единого антияпонского фронта.

В 1937 г. положение Мао Цзэдуна в руководстве КПК было еще не вполне прочным. Кроме оппозиционной группы, возглавляемой вернувшимся в Китай Ван Мином, конкуренцию ему были способны составить такие крупные партийные лидеры, как Чжан Готао, Чжоу Эньлай, Чжу Дэ, Пэн Дэхуай. В любой момент они могли как выступить на стороне Мао, так и инициировать его отставку. В этой ситуации Москва через Коминтерн, поддерживая Ван Мина, стремилась оказать давление на Мао Цзэдуна, склоняя его к сотрудничеству с ГМД³³⁵.