Ирина Виноградова – Путеводитель Москва – Тверь – Нижний Новгород. по Волге на теплоходе (страница 13)
Александр Сергеевич Норов. Поэт и переводчик с французского языка. Эта деятельность и сыграла с ним неприятную шутку. В 1836 году был опубликован перевод «Философического письма» Петра Чаадаева. Скандал разгорелся серьезный, редактор журнала Н. И. Надеждин был сослан, а комиссия, расследовавшая это дело, стала устанавливать личностью переводчика. На допросе Чаадаев сказал, что «письма сии переведены были давно, каким-то Норовым, но очень дурно…», хотя Норов и Чаадаев не только дружили, но и были соседями. Только вмешательство Авраама Сергеевича (старшего брата) отвело беду от Александра. П. Я. Чаадаев жил в соседней усадьбе Алексеевское (не сохранилась) и частенько гащивал у Норовых.
Возможно, причиной тому была Авдотья Сергеевна, которая была влюблена в поэта. Известны 49 писем, написанных ей Чаадаеву. Ответных писем не сохранилось.
При Норовых в Надеждине была построена церковь Покрова Пресвятой Богородицы, которая, несмотря на разрушения 1930-х годов, забвение и запустение все же восстала буквально из пепла. Огромную роль в восстановлении сыграл Алексей Матвеевич Поливанов, сын последнего владельца усадьбы. Владения Поливановых, породнившихся с Норовыми еще в 1829 году, находились поблизости, но, к сожалению, до наших дней не сохранились.
Многое меняется со временем. Вырастают новые города и поселки, бесследно исчезают старые. Меняются их облик, статус, состав. С левого борта теплохода небольшая деревня Надмошье. Когда-то с этими местами были связаны фамилии Шокуровых, Нарбековых, Долгоруких. В старой грамоте говорится: «Надмошье Повельского стана. В первой половине XVII века находилось в поместье за вдовою Василия Шокурова с детьми, писано за ними то поместье по ввозной грамоте 1611 года».
В 1770 году владел деревней поручик Александр Васильевич Нарбеков из старинного дворянского рода, происходящего от крестившегося при Василии Темном ордынского мурзы Багрима.
Местные крестьяне выращивали хлеб, держали скотину. С конца XIX века в соседних деревнях занялись плетением корзин и производством дранки. Помните, мы говорили о том, что места здесь болотистые, торфяные? А значит, растет ивняк, из податливых веток которого очень удобно плести короба, корзинки и прочую хозяйственную мелочь. Но каждому крестьянину по отдельности неудобно сбывать свой товар, вот и везли все в Надмошье, к скупщикам. Там продукцию грузили на телеги и перевозили уже в Москву. Последним хозяином этих мест был князь М. Р. Долгоруков, при котором действовали земское училище, кустарное производство драночных корзин, красовалась деревянная часовня Казанской иконы Божией Матери. А сейчас на месте старинной помещичьей усадьбы – колхозное поле.
В названиях населенных пунктов часто можно встретить отзвуки истории или отражение природных особенностей. Как будто мошка вьется над болотом в Надмошье. Ну а название Запрудня (это уже с правого борта теплохода) подсказывает, что поселок находится за прудом. И действительно, возник он у запруды речки Куновки. С другой стороны прудика стояло село Гарь. Места эти упоминаются с начала XVI века.
Много сменилось хозяев с того времени. Был среди них и Карл Иванович Яниш. Профессор медицины, ординатор в палатах Главного московского военного госпиталя (сейчас Главный военный клинический госпиталь имени Бурденко), преподаватель Московского университета. А его дочь, Каролина Карловна, в замужестве Павлова, была известной поэтессой, переводчицей и хозяйкой московского литературного салона.
Дальнейшая история этих мест связана с крестьянином Фаддеем Тимофеевым. Обучившись стекольному делу, он решил сам «стекло делать». И в 1860 году зашумела на берегу Куновки маленькая мастерская на одну печь. Стекло, будто варенье, варили в большом тазу, потом специально обученные мастера набирали в длинные трубки нужное количество горячей массы и выдували предмет, придавая ему определенную форму при помощи различных щипцов. Нелегкий труд…
До конца XIX столетия на маленьком производстве изготавливали в основном простую аптекарскую, кондитерскую и другую посуду. Особого размаха это не требовало, поэтому производство развивалось очень медленно.
В начале XX века хозяином становится И. И. Китайгородский. При нем меняется тихая запрудненская жизнь. Начинается выпуск колб для электрических ламп накаливания, которые до этого были дефицитнейшим товаром и поставлялись в основном из Германии. Удивительно вовремя был разработан и протестирован русский рецепт создания колб. О каких поставках из Германии могла идти речь, если в 1914 году началась Первая мировая война? Завод приобретает общегосударственную значимость. После Октябрьской революции производство было национализировано и развитие продолжилось. В 1932 году село Гари, поселок Запрудня и деревня Хохловка объединяются в рабочий поселок Запрудня. Основным местом работы остается завод. Это продолжалось вплоть до войны, пока цеха не эвакуировали в Томск. После Победы начинается восстановление производства. В 1950-х годах именно в Запрудне выпускали кинескопы для первых отечественных телевизоров – «КВН-49» и «Ленинград Т-2» – мечты каждой советской семьи. Потом были «Рекорд» и «Старт», крупногабаритные черно-белые кинескопы с диагональю экрана до 61 см и кинескопы для маленьких переносных телевизоров. Позже наладили производство кинескопов для цветных телевизоров. Расширялось производство, разрастался поселок. С задачами отечественной промышленности завод справлялся легко, а вот с рыночной экономикой, с хлынувшим потоком разнообразных европейских и японских моделей телевизоров справиться не смог. Теперь на стекольном заводе производят бутылки для пива.
Вербилки. Темпы. Шлюз№2
Всему есть место в жизни. И пивным бутылкам, и изящным фарфоровым чашечкам для кофе или чая. В поселке Вербилки (тоже справа от нас, за Запрудней) находится старинный завод по изготовлению фарфора.
Когда-то располагалась здесь, на берегах рек Дубны и Якоти, пустошь Вербилово. Местные крестьяне охотой да рыболовством промышляли, грибы-ягоды собирали. По весне верба пушилась, соловьи пели.
Возможно, от вербы и пошло название поселения.
В 1766 году шотландский купец Франц Гарднер выкупает Вербилово у князя Урусова для постройки фарфорового завода и с этого момента начинается в сельце новая жизнь.
На высоком берегу Дубны, там, где впадает в нее маленькая Якоть стоял домик перевозчика Феофана. Новый владелец повелел выделить Феофану другое жилье, а на этом месте вскоре выросли фарфоровый завод и мельница. Выкупленные предприимчивым шотландцем крестьяне учились новому сложному делу, кто на точильщика, кто на гончара, а особо талантливые стали первыми живописцами Вербилок.
Мы уже упоминали понятие «по родителям». Означает это, что традиции и накопленный опыт передаются из уст в уста, от родителей к детям. На заводе старожилы передают новому поколению свои знания и секреты, полученные от своих предков, которые поставляли фарфор ко двору самой Екатерины II. И хранит в себе тонкий фарфор тепло рук мастера, передает в рисунке те образы, которые видел старый художник.
Есть еще одна версия происхождения названия Вербилки. От глагола «вербовать». По закону того времени иностранец не имел права приобретать «работных людей» в собственность. Поэтому Гарднер оформил покупку крестьян на русского дворянина Вырудова, который был его должником. А после сделки взял их «в аренду». Но производство было большим, людей не хватало. Поэтому много работников было оформлено уже по документам, завербовано.
Какая версия правильная до сих пор спорят краеведы. А мы просто вспомним это название, когда возьмем в руки чашку с чаем.
…
А. А. Фет
Какая неспешность и плавность заложена в стихах, в чашке кофе или чая. Совсем о других скоростях говорит название населенного пункта Темпы (справа от нас). Он образован в 1937 году, в связи со строительством Канала имени Москвы. Незадолго до войны, в мае 1941 года стал поселком городского типа, а в 2002 году преобразован в сельский населенный пункт. Дома в Темпах в основном двухэтажные, довоенной постройки. До недавнего времени функционировала железнодорожная ветка Вербилки – Большая Волга, возникшая в 30-х годах для нужд строительства канала.
Для нас же Темпы интересны в первую очередь шлюзом №2.
На верхних башнях расположены скульптурные группы. Сверху смотрят, провожая нас в путь, строители канала и военные (авторы работ- скульпторы А. А. Стемпковский и Ю. П. Поммер). В башнях высокие окна, прорезающие все три этажа. Архитектура строгая, без излишеств. Автор этого шлюза В. М. Лисицын. Самые известные его работы- проект пешеходного тоннеля и второго вестибюля станции метрополитена «Сокол» и павильон «„Мясная промышленность“» (бывший «„Главмясо“)») на ВДНХ. После спуска в шлюзе №2 мы вышли на уровень Иваньковского водохранилища.
Шлюз №2
Мельдино. Река Сестра
Вот и пройдена последняя ступень спуска. До Волги осталось около 15 километров.