Ирина Васильева – Системная ошибка (страница 3)
Паника ледяной волной окатила Илью, пробиваясь даже сквозь эмоциональную анестезию его дара. Это было животное чувство опасности.Мужчина сделал шаг вперед.
— Не стоит убегать, Илья Валерьевич, — его голос был спокойным и ровным, но в нем слышались стальные нотки. — Это лишь осложнит ситуацию.
Илья попятился назад, к парапету набережной. Дальше отступать было некуда — только в темную воду.
— Кто вы такие? — хрипло спросил он.
— Мы — Департамент Контроля Реальности, — ответил мужчина так буднично, будто представлялся службой доставки пиццы. — Вы создали аномалию нулевого уровня. Вы несанкционированно используете протокол «Сингулярность». Это нарушение директивы 7.
— Я ничего не нарушал! Я просто... я не знаю, что это! Это случилось само!
— Ничего не случается само, Илья Валерьевич. Дар требует контроля. А неконтролируемый дар — это угроза национальной безопасности.
Мужчина сделал еще один шаг. В его руке что-то блеснуло. Это не было пистолетом в привычном понимании. Больше походило на футуристическую указку или медицинский сканер с толстым матовым стеклом на конце.
— Мы предлагаем два варианта развития событий, — продолжил Антон Сергеевич. — Вариант первый: вы добровольно идете с нами для установки стабилизатора и дальнейшего обучения в рамках программы «Авангард». Вы получите все необходимое для развития своего потенциала без вреда для здоровья.
— А второй вариант? — Илья чувствовал, как по спине катится капля холодного пота.
— Второй вариант предполагает принудительную изоляцию и полную нейро-рекалибровку вашего сознания с целью деактивации дара. Процедура необратима и... неприятна.
Мужчина поднял прибор и направил его на Илью. На матовом стекле загорелся тусклый красный огонек.— Выбор за вами.Илья посмотрел на прибор, затем на спокойное лицо мужчины в сером костюме. Выбор? Какой тут выбор? Между клеткой с золотыми прутьями и лоботомией?
Внутри него начала закипать уже знакомая ярость. Та самая ярость от встречи с Мариной у кулера. Та самая ярость из гаража перед уничтожением жесткого диска.
Он не целился в человека. Он направил всю свою волю на ближайший источник света — огромный рекламный щит над дорогой за спиной у Антона Сергеевича.
Щит мигнул и погас с громким электрическим треском и хлопком короткого замыкания. Улица погрузилась в полумрак.Антон Сергеевич даже не вздрогнул.
— Как я и говорил... неконтролируемый выброс.Илья не стал ждать продолжения разговора. Он развернулся и перемахнул через парапет набережной одним отчаянным прыжком, не обращая внимания на высоту и боль в лодыжке от удара о землю внизу.
Он приземлился на узкую полоску асфальта у самой воды и бросился бежать вдоль реки, петляя между опорами моста и какими-то заброшенными складами. Сзади раздался звук сирены — слишком близко.
Он бежал вслепую, спотыкаясь о мусор и арматуру. Каждый шаг отдавался болью во всем теле, но страх гнал его вперед. Он понимал: это конец его старой жизни. Отныне он либо беглец вне закона, либо подопытный кролик государственной машины. Третьего не дано.
Впереди замаячили огни оживленной магистрали. Там были люди, машины... шанс затеряться в толпе. Он собрал последние силы для финального рывка......и замер как вкопанный.
Из-за угла ближайшего склада вышли еще двое. Такие же безликие фигуры в темной одежде. Они не бежали к нему. Они просто стояли полукругом, перекрывая путь к спасению.
Илья оглянулся назад. В темноте у парапета уже никого не было. Охотник исчез так же бесшумно, как и появился.
Он был окружен. Клетка захлопнулась.
Глава 4. Побег.
Илья замер. Время, казалось, замедлилось, превратившись в густой, тягучий сироп. Он стоял в полумраке под мостом, зажат между черной, пахнущей мазутом водой и тремя безмолвными фигурами. Выхода не было. В груди билась паника, но странным образом она не мешала, а наоборот — подстегивала. Страх стал топливом.
Двое спереди сделали синхронный шаг вперед. В их руках не было оружия, по крайней мере, видимого. Но Илья знал: они и есть оружие. Живое, натренированное, смертельно эффективное.
«Бежать назад — в руки Антона Сергеевича. Бежать вперед — на этих двоих. Слева — стена склада. Справа — река».
Река.
Это была безумная идея. Самоубийственная. Но альтернатива — стертая личность или вечная клетка — пугала его еще больше.
Он не стал тратить силы на слова. Он просто сжал зубы и позволил ярости заполнить пустоту внутри себя. Это было похоже на то, как в холодный двигатель плеснули чистого нитрометана. Мир на мгновение обесцветился, а затем вспыхнул неестественной, болезненной четкостью.
Он не целился в людей. Он ударил по окружающему их миру. По хрупкой, зависимой от электричества реальности.
Слева, на стене склада, висел распределительный щит, от которого тянулись кабели к уличным фонарям и камерам наблюдения. Илья представил его внутренности: медные шины, предохранители, тугие скрутки проводов.
Раздался оглушительный хлопок, похожий на выстрел. Из щита вырвался сноп ослепительно-белых искр, и вся набережная погрузилась в абсолютную темноту. Лампочки фонарей погасли все разом. Даже фары проезжающих по мосту машин на секунду мигнули.
— Вижу всплеск! — крикнул один из бойцов куда-то в темноту. — Он здесь!
Илья не стал ждать, пока они адаптируются. Он рванул вперед, прямо на них. Это было последнее, чего они ожидали.
Первый боец попытался схватить его за куртку, но его пальцы поймали лишь пустоту и воздух. Илья проскользнул у него под рукой, чувствуя жар чужого тела. Второй попытался поставить подножку, но Илья перепрыгнул через неё, используя инерцию бега.
Он был уже почти свободен, когда услышал за спиной звук, от которого кровь застыла в жилах. Это был не топот ног.
Это был тихий, вибрирующий гул.
Вспыхнул ослепительно-яркий луч света, который не имел ничего общего с обычным фонариком. Он был плотным, почти твердым, и бил не рассеиваясь на десятки метров вперед. Это был поисковый прожектор тактической группы ДКР.
Луч прошелся по бетону набережной всего в метре от Ильи и замер.
— Объект обнаружен! — прогремел усиленный мегафоном голос Антона Сергеевича откуда-то сверху, вероятно, с парапета моста. — Блокируйте сектор! Активируйте «Сеть»!
Илья побежал зигзагами, но луч света неотступно следовал за ним, не давая скрыться в тени опор моста. Он чувствовал себя крысой на лабораторном столе.
А затем он услышал новый звук. Высокочастотный писк, который мгновенно проник в мозг и заставил зубы заныть. Писк становился все выше и выше, переходя в ультразвук, от которого закладывало уши и подкашивались ноги.
«Сеть». Они называли это «Сетью».
Илья упал на одно колено, зажимая уши руками. Перед глазами поплыли цветные круги. Он чувствовал, как его дар, его единственное оружие, начинает отказывать под воздействием этого звука. Он пытался сосредоточиться на чем-нибудь — на луже у ног, на камне... но сознание расплывалось.
Внезапно писк оборвался так же резко, как и начался. Наступившая тишина казалась оглушительной. Илья поднял голову и увидел причину.
Сверху, с эстакады моста, на набережную летел огромный кусок строительного мусора — тяжелая бетонная плита с торчащей из нее ржавой арматурой. Она рухнула точно на то место, где была установлена «Сеть», разнеся устройство вдребезги и заставив бойцов ДКР отскочить в стороны.
Это был шанс. Илья не знал, случайность это или чья-то помощь, но он не собирался его упускать.
Собрав остатки сил, он вскочил на ноги и бросился к самой кромке воды. Там, у бетонной стены, покачивалась старая моторная лодка, привязанная ржавой цепью к кольцу в стене. Владелец давно забыл про неё.
Илья прыгнул в лодку так, что она закачалась и зачерпнула бортом ледяную воду. Цепь... Он лихорадочно зашарил руками по мокрому носу лодки в поисках замка.
Замок щелкнул и раскрылся сам собой. Цепь с лязгом упала в воду. Лодку подхватило течение и понесло прочь от берега, во тьму под мостом.
— Огонь по движущейся цели! — донесся крик Антона Сергеевича сквозь шум воды и удаляющийся гул города.
Но выстрелов не последовало. То ли они боялись задеть случайных свидетелей на мосту, то ли у них был приказ брать его живым любой ценой.
Лодку вынесло из-под моста в основное русло реки. Холод пробирал до костей. Илья лежал на дне дряхлой посудины и смотрел на удаляющиеся огни набережной. Его трясло — то ли от холода, то ли от отката после использования дара. Пустота внутри стала бездонной пропастью. Он чувствовал себя абсолютно выжженным изнутри.
Он спасся от них сегодня. Но он понимал: это была лишь временная передышка. Они знают его имя. Они знают его лицо. Они найдут его снова.
Илья сел, обхватив себя руками за плечи. Впереди виднелись темные силуэты других мостов и огни спальных районов на другом берегу. Ему нужно было добраться туда. Выбраться из воды и найти место, чтобы спрятаться и подумать.
Он был один против государственной машины с безграничными ресурсами.
Но он был жив.
И он все еще мог ломать их систему изнутри.
Глава 5. Подполье и предложение.
Лодка ткнулась носом в илистый берег где-то в районе промзоны на другом конце города. Илья выбрался из неё, чувствуя себя столетним стариком. Одежда промокла насквозь, его бил озноб, а пустота внутри стала такой всеобъемлющей, что даже страх притупился, превратившись в глухую, ноющую тревогу. Он бросил лодку и, пошатываясь, побрел прочь от реки, через железнодорожные пути, мимо заброшенных складов с выбитыми окнами.