Ирина Ваганова – Стажёры. Клятвы и тайны (страница 5)

— Она ненавидит меня за то, что лишилась родителей! Я тут не виноват. Разыскивал обеих: Матину и Тильду... То есть теперь Даниэлу. Тогда девочку называли Тильдой.

— Я в курсе, — кивнул я, желая услышать продолжение.

— Мне, да и дочери тоже, сказали, что малышка погибла. Поэтому я успокоился, заполучив одну дочь.

— Вот что трудно объяснить... — не выдержал я. — Почему вы противились браку Матины и её возлюбленного? Шер Даниэт — достойнейший человек. Он богат, умеет вести дела, его уважают все. И они любили друг друга!

— Не всё решает любовь, — скептически отреагировал граф. — У меня для Матины была куда более перспективная партия.

— Ладно бы вы гнались за титулом или состоянием для дочери. Но это и без того было! Почему бы не позволить единственной дочери быть счастливой?

— В том-то и дело, Эдвард. Единственной! Я обещал руку дочери очень влиятельному человеку. Если бы у нас с женой была хотя бы ещё одна девочка, мы бы легко отпустили Матину. А так...

— Вы сказали, влиятельному... — заинтересовался я. — Я так понимаю, речь не о знатности? Чем он вас заинтересовал?

— Кое-чем заинтересовал, — мечтательно произнёс винодел, покручивая в пальцах ножку бокала. — Власть! Вы знаете, что это за награда?

— Не заставляйте меня думать, что вашим зятем собирался стать император, — недоверчиво усмехнулся я.

— Разумеется, нет, — без тени улыбки ответил граф. — Но ведь властвовать можно не только в империи. Править Хетинаей тоже почётно.

— Вас обещали назначить губернатором вместо герцога Вальтеса Ритона?

— Ставленник императора тут совершенно ни при чём, — нахмурился визави. — Дело провалилось, и хватит об этом! Скажите лучше, почему вы приехали один? Упрямая девчонка по-прежнему не желает меня видеть?

Я одним глотком допил «Хетинское», звонко поставил бокал и, наконец, решился сообщить тревожную весть:

— Даниэла пропала. Её похитили.

— Похитили? — побледнел старик. — Нашу девочку?

— Сегодня утром её подстерегли в парке, скрутили, усадили в экипаж и увезли неизвестно куда, — немного смягчил я факты.

— Это он — держась за сердце, простонал граф, — ему нужна наша кровь. Не получилось с Матиной, решил забрать Данечку!

— Кто? — вскочил я. — О ком вы говорите? Имя!

— Это лорд Э-э-э

Перед тем как граф повалился в сторону, я заметил, как его пальцы на мгновение сжались на подлокотнике кресла — будто он хотел что-то сказать, но не смог. Этот жест застрял в моей памяти, как заноза. Что он знал? И почему не мог рассказать?

Прибежали слуги. Они помогли графу подняться и, поддерживая с двух сторон, повели в спальню. Девчонку отправили в ближайшее село за лекарем. Я прошёл в спальню графа вместе со всеми, а когда его уложили в постель, наклонился:

— С вас взяли магическую клятву о неразглашении?

— Нет, — асимметрично улыбнулся больной. — Не такой уж я идиот, чтобы соглашаться на это. Он просто наложил запрет. Прости, Эдвард. Не смогу ни сказать, ни написать. Разыщи его сам! Спаси мою внучку, умоляю. Времени мало.