Ирина Ваганова – Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу (страница 11)

Отец пожелал мне успехов на новом поприще, выразил уверенность в том, что я достигну немыслимых высот и расширю целевую аудиторию своего бизнеса. Его добрые напутствия помогли мне обрести уверенность и отринуть сомнения. Всё-таки, даже став самостоятельными, мы нуждаемся в родительской поддержке. Это важно и особенно ценно, когда похвалы не рассыпаются, словно зёрна пшеницы на пашне, а взращиваются, как редкий цветок.

Утром я поднялась в мастерскую и стала работать над баннером. Отец посоветовал начать с него для представления, как будет выглядеть бутылка с моей этикеткой в окружении других предметов — на прилавке, на столе или полке. Она должна привлекать внимание, запоминаться, но не раздражать вкус потенциального покупателя. Нужно вызвать у клиента желание взять в руки бутылку с такой этикеткой, выбрать её из ряда других.

Помня, что фермерше приглянулся мой натюрморт с кувшином в окружении ярких фруктов, их я и стала изображать на эскизе баннера. Работа спорилась, и я с неохотой оторвалась от неё, когда Жульена позвала нас к столу.

Выставив перед нами с отцом тарелки с пшённой кашей и розетки разнообразных конфитюров, она не торопилась уходить, хотя господин Леви посматривал на неё угрюмо.

— Вы собираетесь посетить арену казино? Вот, улица Зелёных фонарей, дом тринадцать. — Она выхватила из кармана фартука уже знакомую нам афишку и придвинула ближе ко мне. — Я вчера видела бои! Это, скажу вам, самое глубокое впечатление в жизни. Никак нельзя пропустить.

Честно говоря, я так увлеклась непривычным и увлекательным заказом, что совсем забыла о знаменитом огре по имени Вихря Вуоре. Не так-то я люблю смотреть на избиения кого бы то ни было. К моему удивлению, увидев афишку, я испытала просто непреодолимое желание побывать в «Драконьей удаче» и спросила:

— Пап, ты сегодня свободен?

— Можно сходить, — кивнул отец.

— Вот! — почему-то воодушевилась кухарка. — Первый в десять часов утра. Рекомендую. Бойцы ещё свежи, полны сил. Хотя, Вихря прекрасен в любое время. Он вообще не утомляется.

— Да, — согласилась я, — и мы успеем вернуться к открытию салона почти вовремя. На всякий случай напишу объявление, что возможна небольшая задержка.

Хомяк радостно выкатился с кухни, сказав, что собирается на рынок, а мы с папой разошлись по комнатам, чтобы переодеться к выходу в люди. До начала боя ещё оставалось время, чтобы добраться до казино, приобрести билеты и занять места.

Планам помешала скромная леди, перехватившая нас у выхода. Я как раз вешала объявление.

— Ах! — воскликнула она со слезами. — Вы уходите?

— Да, салон ещё закрыт.

— Умоляю! — кинулась ко мне, обойдя моего отца, незнакомка. — Уделите мне совсем немного внимания. Это жизненно важно.

— Приходите к двенадцати…

 — Нет-нет, это будет поздно.

Вообще-то я впервые слышала, что покупка картины может быть настолько срочной. Взъерошенный вид клиентки, её полные мольбы глаза подкупили меня. Я кивнула, попросила папу идти вперёд, обещая догнать его в пути, убрала объявление и распахнула дверь:

— Заходите, только попрошу не задерживать меня.

Ситуация оказалась довольно комичной. Роззи — так звали юную леди — собиралась познакомить родителей своего возлюбленного со своими. Будущие родственники неожиданно перенесли намеченный визит на сегодня.

— Они придут к нам на обед! — в ужасе объявила девушка.

— Не совсем понимаю, при чём тут картины? Вы хотите попросить о помощи мою кухарку?

— О, нет! С угощением всё будет в порядке. Матушка привлекла подруг, они накроют чудесный стол.

— В чём тогда проблема? — мой голос прозвучал недовольно. — Желаете выбрать подарок для свекрови?

Лицо Роззи засветилось озарением.

— Пожалуй, я смогу приобрести одну картину для родителей жениха, но этого мало. — Заметив, что моё раздражение её многословием растёт, девушка зачастила: — Наша гостиная давно требует ремонта. Поэтому мы и откладывали встречу. Мы, конечно, постарались навести лоск, но три облупленных пятна сразу же бросаются в глаза. Если же их закрасить, запах не выветрится дня три или четыре!

— Вам нужно четыре картины? — уточнила я.

— Столько денег у меня, к сожалению, нет. Я бы хотела купить одну, а ещё три взять в аренду.

— В аренду? — её запрос немало удивил. — Откуда такая идея?

— Мама знакома с Веддой Кроэл, иногда навещает её…

— Вам рассказали, что я на время дала больной женщине картину?

— На две недели, — кивнула Рози, — мне же нужно лишь на сутки! Как только гости уйдут, я обязательно верну их в целости и сохранности!

— Хорошо, — согласилась я, — только сама выберу эти три, а вы пока посмотрите, какую подарить будущей родне.

Невозможно было не порадоваться тому, каким счастьем засветились глаза невесты. Она отбежала от прилавка и устремилась к изящной миниатюре, где были изображены две длинноногие лошадки, положившие головы друг другу на холки. Одна —серебристая и долгогривая, другой — вороной, мускулистый, лихой.

— Мой жених очень любит лошадей! — пояснила девушка свой выбор.

Я запросила с неё три серебрушки за подарок и две за аренду, обещав, что верну их, как только Роззи принесёт картины обратно. Продешевила, конечно, но меня так умиляла вся эта ситуация, что я была готова рискнуть. Пока клиентка записывала свой адрес — спросила его на всякий случай — я упаковала картины, взвесила в руках два свёртка и спросила:

— Это тяжело, быть может, закажем курьера?

 — У меня есть помощник.

Она обернулась к витрине и помахала. Тут же от стены противоположного дома отделился довольно просто одетый парень, забежал в салон и с пиететом поклонился мне.

Оказывается, влюблённые в сговоре. Меня это порадовало. Нехорошо начинать семейную жизнь с обмана. Пусть родители молодых стремятся произвести друг на друга впечатление, жених с невестой должны быть заодно.

Счастливая пара упорхнула, я же стала заносить сведения о покупке в журнал. Удачно, что заранее придумала, как оформлять аренду. Спешила, мне всё же хотелось успеть на бои, да и папа ждёт. Убрала документы, осмотрелась и сделала шаг в сторону выхода, как сверху раздался жуткий грохот. Как будто стены рушились!

Глава 8

Замерев около порога, я прислушалась. Методичные удары не прекращались. Да что же там такое? Стало не по себе, вот и папа ушёл, я одна в доме. Снова мысленно упрекнула отца за упрямство, была бы в салоне охрана…

Он говорил, что за «Долиной уюта» присматривают снаружи, но не могла же я бегать по улице и хватать первых попавшихся мужчин за руки, зовя их на помощь. А помощь мне требовалась. Уйти, так и не выяснив, что происходит в доме, тоже не могла.

Заглянула в ящик с материалами для упаковки, вытащила из него нож для разрезания бумаги — не слишком грозное оружие, но где искать отцовский магострел, я не представляла. Скорее всего, он спрятан в сейфе, ключей у меня нет. Решила воспользоваться тем, что имею.

Быстрым шагом пересекла выставочный зал. Поднималась по ступеням с осторожностью. Прислушивалась. Грохот перестал, и я теперь сомневалась: идти дальше в мансарду, или сначала осмотреть второй этаж.

Вряд ли грабителям понадобились мои неоконченные полотна, кража холстов и красок тоже не была особенно прибыльной. Значит, всё-таки кто-то залез за моими украшениями, или отцовскими деньгами, хотя это глупо, всё ценное мы хранили в банке.

Выйдя в коридор, замерла на мгновение и отчётливо различила звуки возни со стороны кухни. Очень странно, Жульена ушла на рынок и вернётся ещё не скоро. Кто же сумел проникнуть в дом, и что ему здесь нужно?

Больше не медлила, выставила руку с острым лезвием вперёд и устремилась на кухню. Открывшийся мне вид заставил снова остановиться в немом изумлении. Дверь, давным-давно забитая гвоздями, за которую мне много лет запрещалось заглядывать, была распахнута. На полу валялись щепки, ошмётки штукатурки, ещё какой-то мусор. Я перебежала ближе, увидев, стоящую ко мне спиной кухарку. Она держала в руках, волочащуюся по полу пыльную ткань, снятую с большой картины, большую часть которой Хомяк загораживал своей тушей.

Бросив беглый взгляд вокруг, я догадалась, что здесь раньше была мастерская художника, почему-то теперь заброшенная. В одной стене имелось окно, через которое бил солнечный свет, играя танцующими пылинками. В другой имелась ещё одна дверь, завешанная гардинами.

Я подкралась к взломщице, резко обхватила её левой рукой, крепко прижав спиной к себе, а правой поднесла к толстой шее холодное лезвие ножика.

— Что вы здесь забыли, госпожа Грис? — прошипела ей в ухо.

Женщина задрожала всем жирным телом, но вырываться не рискнула. Она не могла видеть, каким оружием я ей угрожаю.

— Кто вы-ы-ы? — проблеяла она, вероятно не узнав меня с перепугу.

— Я хозяйка этого дома, а вот кто вы, Жульена, и зачем нанялись к нам на работу?

— О-о-у… Леди Маэлиса! — облегчённо вздохнула она и трепыхнулась, но я сильнее прижала лезвие к её горлу, немного поранив кожу, после чего толстуха смиренно замерла. — Простите, госпожа, я проявила неуместное любопытство. Мне очень хотелось посмотреть, почему эта дверь заколочена.

— Как точно вы заметили, это любопытство неуместное, даже преступное. Не думаю, что после такого вы останетесь у нас. И рекомендации вам будут даны далеко не хвалебные. Более того, я намерена обратиться в мэрию с жалобой. Полагаю, лицензию у вас отберут.