Ирина Успенская – Зови меня Смерть (страница 62)
— Очень любезное предложение, мой темный шер, — поклонился Дайм. — Я им воспользуюсь, но не отсюда.
— Как тебе будет угодно, мой светлый шер. — Роне поклонился в ответ.
Дайм успел пройти половину дороги до своих покоев, когда его перехватил один из гвардейцев Люкреса с требованием немедленно явиться к его высочеству. Пришлось отложить разговор с учителем. Ненадолго. Совсем ненадолго.
Отбрехаться от вопросов Люкреса тоже оказалось несложно. Правда, пришлось подтвердить, что он не ошибся — и вчерашние фейерверки в самом деле были следствием инициации Линзы. Потому и они с Бастерхази не смогли явиться вчера. Обеспечивали безопасность королевской семьи Валанты и самого Люкреса.
— У нее получилось? О боги, Линза! Линза! Дамиен, как же я тебя люблю, брат мой! Линза! — Люкрес с горящими от предвкушения глазами обнял Дайма и закружил по спальне. — Я знал, я знал, что на тебя можно положиться! Добрые боги, жена с Линзой! Мы с тобой возродим силу Брайнонов! Дамиен, я уже люблю ее! О прекрасная Шуалейда, моя мечта!
— Безусловно прекрасная, брат мой. Позвольте помочь вам одеться.
— Я сам! Сам, да! Я могу… шис, надо чаще практиковаться… — От ничтожного усилия Люкрес вспотел, но по крайней мере справился с задачей. — Вчерашний выброс силы был таким… как лучшее вино! Дамиен, но почему она не сказала мне? Почему ты сам не сказал мне, ты же знал!
— Чтобы тебя, мой возлюбленный брат, не осенила идея сунуться в смертельно опасное место. Посмотри на шера Бастерхази, чего ему стоили всеобщий покой и безопасность.
— А тебе, брат мой? Ты выглядишь свежим и бодрым… Нет, ты не прав. Ничего бы со мной не случилось. Ведь ты рядом, Дамиен!
— Вот поэтому ты жив, здоров и полон сил, Люка, что я рядом и забочусь о тебе.
— Зануда. Ну, улыбнись же, Дамиен! Сегодня — прекрасный день! Я женюсь на Шуалейде, ты — на Ристане, и мы оба вернемся в Метрополию счастливыми семейными людьми. Кстати, у меня есть для тебя подарок. Тебе понравится!
— Подарок?
— Конечно. К свадьбе. Ты же мой любимый брат!
— Ты интригуешь меня, Люка.
— Да-да. Интригую. Наслаждайся предвкушением и маленькой местью за твое занудство. Я тоже тебе ни слова ни скажу, пока… — Люкрес радостно подмигнул своему отражению в зеркале. — Пока… ладно, я не такой жестокий, как ты. Получишь свой подарок сегодня. Сразу после помолвки. Нашей! Дамиен! Я женюсь на лучшей девушке империи! Знаешь, я понял вчера — я люблю ее! Все эти фрейлины, герцогини и прочие бездарные кокетки ни динга не стоят рядом с моей Шуалейдой! Она чудесна! Она великолепна! О боги, какая будет императрица! Знаешь, нехорошо так говорить о покойных, но ты был прав, а Саламандра — нет. Мне не нужны все эти глупые ритуалы, опасные эксперименты и прочая дрянь! Мне нужна лишь она, моя прекрасная Шуалейда! Лея, я буду звать ее Лея. Так нежно звучит, правда же, Дамиен?
— Несомненно, Люка. Только прошу тебя, будь сегодня к ней снисходителен. Ей всего шестнадцать, она вчера инициировала Линзу, у нее эмоциональное потрясение.
— Шестнадцать, это же прелестно! Я вылеплю из нее идеал! Юная дева… мм… никаких глупых идей в голове…
— Люка, она сегодня может быть не совсем адекватна. Прошу тебя, помни — она юна и воспитана в глуши.
— Ерунда, — отмахнулся Люкрес. — Лея — совершенство! Что мы стоим? Дамиен! Бастерхази! Идемте, друзья мои, сегодня самый счастливый день моей жизни!.. Бастерхази, скажи-ка мне, друг мой, ты же хорошо разбираешься в Линзах?
— В Линзах никто не разбирается достаточно хорошо, сир, но я владею некоторыми данными.
— Твоя скромность неуместна, друг мой. — Люкрес похлопал Бастерхази по плечу. — Так скажи мне, ведь хозяин Линзы может открыть доступ к ней возлюбленному?
— Несомненно, сир.
— Для этого требуются какие-то специальные ритуалы?
— Только ясно и четко выраженное желание, идущее от сердца, сир.
— Чудесно! Просто чудесно!
Дайму очень хотелось отправить его одного. Сказаться занятым, придумать страшную катастрофу где-то на границе с Тмерла-Хен, такую страшную, что без полковника МБ мир немедленно рухнет. И нет, это не было трусостью. Лишь четким пониманием того, что катастрофа неизбежна — прямо тут, в Риль Суардисе. В парадной столовой. Не далее чем в ближайший час.
И что-то подсказывало Дайму, что предотвратить он ее не сможет, хоть наизнанку вывернется.
Потому что он уже сделал свою ставку — и проиграл. Судьбе, дери ее семь екаев.
Глава 30. Ость и узел
— Шельма, — шептал под нос Стриж, шаря по ящикам комода. — Какого дысса брату понадобилось у прохиндейки? Всему свету известно, что Шельма и есть Шельма, хоть сто раз назовись гадалкой. Навешает тины, недорого возьмет.
Сапоги и рубаха капитана оказались великоваты. Френч Стриж отбросил, осмотрев все карманы, швы и ничего интересного не найдя. Кошель, потяжелевший на дюжину империалов и несколько ожерелий и серег, подвесил на пояс, рядом с капитанской же шпагой.
Следовало торопиться. Назначенный Риллахом срок — следующая полночь. А Стрижу надо не только найти брата, но и выяснить, что за шисовы руны и как их обойти. Жаль, до Ульриха не добраться. Добыть у местных гномов хоть крошку антирунной охры не стоило и мечтать. Если только сделать самому? Но время, время!
Стриж тихонько пробрался на кухню. Из комнаты служанки доносился храп с присвистом, на всем этаже не горело ни огонька. Стриж зажег огарок, съел кусок копченого окорока и хлеб. Запил водой из кувшина, оставив бутыль вина нетронутой.
«Корень асфодели, точеный глазной зуб медведя, настойка гульей сыти… Ладно, это все куплю в лавке. — Стриж перебирал баночки со специями в поисках шафрана и морской розы. — Но где добыть фейскую пыльцу? Шисов дысс!»
Водоросли и шафран нашлись, а кроме них нашлась настойка красного ореха. Размышляя, что сначала — наведаться к Шельме или взглянуть на руны, Стриж ножом обкорнал спутанные грязные волосы. Разделся донага, тщательно втер в кожу и волосы вязкую жидкость. Бледная кожа потемнела до смуглости портового грузчика, клочья волос загрубели и стали похожи на слипшиеся вороньи перья. Для полноты картины Стриж перепачкал и порвал в нескольких местах белоснежный батист капитанской рубахи и перевязал лоб полосой темного полотна, отрезанной от кухаркиного фартука.
Из дома Ниньи неслышно вышел изрядно опустившийся наемник с узелком на поясе и большим свертком в руке и, никем не замеченный, направился к центру города. Единственный раз он остановился на одной из бедных улочек, чтобы кинуть сверток с окровавленными тряпками и обрезками волос в кучу мусора. Наверняка утром муниципальный маг примчится искать убийцу капитана Лопеса, так не стоит облегчать ему работу. Копавшаяся в отбросах лисица отскочила, злобно тявкнула и, едва Стриж отошел на три шага, вернулась и снова чем-то зачавкала.
До площади Близнецов Стриж добрался без приключений. Даже ночные бродяги, голодные до бесстрашия и опасные, как крысы, лишь скользили по нему липкими взглядами и отворачивались. Всем известно, что с вольного наемника взять нечего, кроме куска стали под ребра.
Если по дороге у Стрижа еще теплилась надежда, что капитан приврал, то при взгляде на темный храм она растаяла. Алью Хисс окружала прозрачная стена высотой до половины шпиля. Что-то вроде бледной мерцающей дымки, которая текла, переливалась и свивалась в завораживающие узоры. Наверняка ее могли заметить лишь истинные шеры и мастера теней, а обычные граждане империи увидели бы лишь неровный круг, нарисованный мелом по булыжнику, и разбросанные вдоль него детские рисунки: солнышко с разновеликими лучами и вписанными в него закорючками. Одна из рун показалась Стрижу знакомой. Ключ единства сути. Остальные встречались в книгах Ульриха, но до их объяснения дело не дошло. Что в принципе не имело значения — что бы ни означала каждая руна по отдельности, вместе они были смертью для любого, кого коснулась благодать Ургаша.
Разумеется, кроме ловушки магической, городская стража позаботилась и о самой обыкновенной засаде. Обвешанные амулетами стражники бдели чуть не под каждым кустом. Правда, несмотря на амулеты, ни один из них не заметил окутанного пологом Тени Стрижа. При желании он мог бы передушить вояк, как цыплят, и позаимствовать их амулеты. Но толку-то? Солдатские амулеты скорее успокаивали самих солдат, чем приносили какую-то реальную пользу.
Полчаса наблюдения за стеной так и не подсказали Стрижу способа пройти в храм, кроме как стереть руны. Погружение в Тень почти до полной потери осознания себя тоже не помогло. Мерцающая стена никуда не делась, наоборот, чем глубже на тропы Ургаша уходил Стриж, тем плотнее и опаснее она казалась.
Еще одна смутная надежда — лишить руны силы, прервав их связь с начертавшими их светлыми шерами — тоже не оправдалась. Связей не было. Не только связей, а вообще никаких следов тех, кто ставил барьер, словно светлые шеры чего-то опасались.
Оставалась только гномья охра. Надо как угодно добыть охру. И найти Шороха — он сам может не распознать ловушки, ведь он пока не заключил договора с Хиссом. До рассвета всего пара часов, как раз чтобы расспросить гадалку: то, чего Шельма не сказала страже, мастеру теней выложит на блюдечке.