Ирина Успенская – Тьма моего сердца (страница 23)

Дуал цепко следил за происходящим, но, не услышав ни слова в ответ, удовлетворенно занял стол рядом со мной и взялся за крышку на своей тарелке. Вместо запеканки у него в тарелке оказался большой кусок мяса. Любопытно, как он будет есть? Его маска закрывала лицо до подбородка. Снимет? Хотелось бы увидеть его физиономию, чтобы не дай бог не столкнуться лишний раз. Но дуал меня разочаровал, он просто поднял маску вверх, открывая губы.

– Так нечестно, – буркнула я и уткнулась в тарелку.

Вот как их различать, если и цвет глаз, и форма губ, и даже голоса у них похожи! Только Градис выделялся светлыми волосами, остальные все как на подбор были темноволосые.

В ответ раздался тихий смех.

Завтрак прошел в тишине. Не то чтобы она была неприятной, но немного напрягала. Я решила, что буду приходить раньше всех, чтобы спокойно поесть, не ловя неприятные взгляды. Но…

Я пила горячий напиток и смотрела в окно. За ним виднелись только небо и соседние крыши, но все равно это было интереснее, чем глазеть в пустую тарелку и слушать звон приборов и чье-то сопение. Наконец дуал поел, он отложил вилку и посмотрел на избранниц. Жевала только Агнеша, даже ее подруга сидела, сложив руки на коленях и уткнувшись носом в тарелку. Но никто не уходил.

– Сатэ! – Натан встал из-за стола, и девушки дружно подняли на него взгляды. – Вижу, вы поели, тогда прошу проследовать в библиотеку, там я расскажу, как будет протекать ваша жизнь в стенах дворца. Но пока мы здесь, хочу предупредить, что на обед вы должны собраться ровно в полдень. Недопустимо, чтобы кто-то приходил раньше, а кто-то позже. Еду будут подавать, только когда все вы соберетесь за столом. Сегодняшний завтрак был исключением.

Он бросил быстрый взгляд на Агнешу, и та густо покраснела.

Да он все знает! Следит при помощи своей тьмы за девушками. Поэтому и Дю так тихо себя ведет.

– Меня это не касается? – решила я все же уточнить. – Я ведь не…

– Я помню, кто вы. Но, как я говорил утром, пока вы здесь, вы подчиняетесь моим правилам.

Буду питаться в комнате. Мне упрямства не занимать! Терпеть не могу, когда меня пытаются загнать в рамки.

– Питание в комнатах с этого момента под запретом. Голодовки тоже, – ухмыльнулся он, посматривая на меня с вызовом, мол, что ты еще придумаешь…

А я ничего придумывать не собиралась, вот уж! Не жили вы впроголодь, дуа Натан, не знаете, что это такое. От еды я ни за что не откажусь. Поэтому я мило улыбнулась дуалу и отвернулась.

– Дуа Натан, мы не ваши легионеры, мы девушки и иногда болеем, – начала одна из избранниц. – Неужели даже при головной боли нельзя будет остаться в комнате?

– Забудьте про болезни, – перебил ее дуал. – Тьма позаботится об этом. И мне жаль, что вы не мои легионеры. Я люблю, когда приказы выполняют четко и без пререканий.

– Но я не пререкаюсь, – возразила девушка, но замолчала под тяжелым взглядом.

– Вот теперь ты не пререкаешься. Следуйте за мной! Элина Никс, вы тоже.

Да-да, знаю! Мне хотелось закатить глаза, но вместо этого я первая направилась к выходу. Мне было интересно послушать, что нам расскажет этот гений воспитания и устрашения.

Глава 17

За дверью с книгой был обычный класс. Три ряда письменных столов, кафедра для преподавателя и небольшая графитовая доска на треноге. Единственное, что делало его похожим на библиотеку, это стеллажи с книгами, стоящие вдоль всех четырех стен, свободным от книг оставался лишь проем узкого закрытого окна.

Я с ностальгией прошла вдоль рядов и, подойдя к доске, не удержалась, подняла мел и нарисовала улыбающуюся рожицу. С каким бы наслаждением я сейчас вернулась в колледж! Даже физкультура больше меня не пугала.

– Миленько, – раздался ехидный голос. – А главное, как талантливо. Коллекционеры на аукционах будут биться за обладание этим шедевром.

Я дорисовала рожице пышное платье и кудри, положила мел в специальное углубление и медленно повернулась.

– Могу нарисовать ваш портрет, элина?…

– Элина Кэти Жакой, – высокомерно вздернула подбородок фигуристая брюнетка.

– О, тогда даже со скидкой, – препротивнейше ухмыльнулась я и села за первую парту.

Я оценила и фигуру, и лицо, и наряд. Хороша! Даже не буду спорить с глазами. Кэти из второго рода Жакой действительно могла бы составить прекрасную пару его высочеству наследнику, но, судя по высокомерному выражению на холеном личике, она метила выше. Хотя куда выше-то? Если только в жены командору или его сыну…

– Сатэ, прошу садиться, – раздался голос Натана, и он решительно прошел к кафедре.

Девушки зашуршали юбками, рассаживаясь за партами, и вскоре наступила тишина. Мне очень хотелось оглянуться, чтобы посмотреть, кто куда сел, и сделать выводы о расстановке сил в группе, но я сдержалась. На первом ряду за соседними с моим столами сидели Кэти и та самая блондинка из беседки. И обе они мне не нравились.

– Сатэ, с некоторыми из вас мы знакомы, некоторых я вижу впервые. Прошу представиться. Начнем, как в школе, с последних рядов.

А мне кажется, они здесь не знают, что такое школа. Аристократки, домашнее воспитание, личные дуэньи и наставники…

– Мира Анешка Ростич! – раздался знакомый голос. – А это моя подруга – мира Аиса Пуко…

– Я думаю, у миры Аисы есть голос, – твердо перебил прыткую девицу дуал.

– Аиса Пукоро, – пискнула девушка.

Натан кивнул, оперся о кафедру и сложил руки на груди. Я смотрела на него и пыталась представить, что он чувствует? Раздражение из-за того, что ему приходится возиться с девицами, безразличие, или все это для него неизбежное зло, которое нужно пережить? Я следила за внимательным цепким взглядом и понимала: ему это представление не нужно, он прекрасно знает, кто есть кто, но дает остальным возможность познакомиться. А еще мне казалось: он хочет как можно быстрее закончить с нами и сбежать на полигон помахать мечами. Или чем там машут дуалы? Оружия я у них ни разу не видела… А вот интересно, они как воюют? Тьмой?

Пока я рассуждала, дошла очередь до блондинки.

– Элина Розалия Кейтс, – высокомерно сообщила она. – Дочь второго советника Кейтса. Но можете не запоминать мое имя, дуа, я здесь, среди этих… не задержусь.

– Было бы чему тут задерживаться, – фыркнула Кэти и благосклонно кивнула дуалу. – Мое имя – элина Кэти Жакой. Но мы уже знакомы, дуа Натан.

Дуал перевел взгляд на меня, и я громко и отчетливо отрапортовала:

– Элина Никс Этери. Маг.

Девушки зашептались, блондинка посмотрела на меня с ужасом, быстро сменившимся пониманием. Интересно, что там у нее в голове щелкает?

Дуал отошел от кафедры и застыл напротив меня.

– Я бы хотел, чтобы вы познакомились друг с другом, вам предстоит жить рядом и много времени проводить вместе. Сатия дуала – это не просто жена и мать его детей, сатия – это хозяйка дома и хранительница семейных обрядов и ритуалов. Она пример для сына, ее поведение должно быть безукоризненно как в семье, так и с окружающими.

– У вас нет нянь? – спросил кто-то.

– Нет. Наши женщины сами воспитывают детей. У них есть помощники, наставники, но до пяти лет мать всегда находится рядом с сыном.

– А что в это время делает отец? – не удержалась я.

– Элина Никс Этери, – повернул голову дуал, – я слышу в вашем голосе иронию. Отец по долгу службы не может проводить с ребенком много времени, но это не значит, что мы не участвуем в воспитании наших детей.

Воспитание, воспитание, воспитание… Вот уж любители повоспитывать… Что-то меня все злит…

– Поэтому вам следует научиться сдерживать негативные эмоции, быть уравновешенными и доброжелательными друг с другом. Вы основа нашего будущего, и не стоит начинать его со склок, – последовал быстрый взгляд на Розалию. – Это мое первое пожелание, сатэ. Теперь о распорядке. Вам придется многое узнать, прежде чем вы пройдете через свадебную арку. Нашу историю, этикет, правила, и, конечно, вам придется научиться жить некоторое время с тьмой, чтобы потом легко передать ее своему ребенку.

– А это не опасно? – голос Аисы прозвучал тихо и испуганно.

– Мы не подвергаем жизнь наших женщин опасности. Поверь, когда придет время, ты с радостью отдашь тьму сыну.

– А обращение на… – открыла я рот.

Вот что меня постоянно тянет влезать в чужой разговор?

– Сатэ – избранницы нашей тьмы, элина Никс Этери, а значит, они нам почти равны. Между равными не принято выканье. Я ответил на ваш вопрос?

– Вполне доходчиво.

Я широко улыбнулась и кивнула. Значит, я для них не ровня. Я выше! Вот так и буду думать. Очень, знаете, полезно для самооценки.

Натан рассказал о расписании. Подъем в шесть тридцать, в семь – завтрак, учеба до полудня, потом обед, час отдыха, еще час занятий, потом пара часов свободного времени и каждый вечер…

– Вы называете это салон. – Глаза дуала весело блеснули. – Каждый вечер вас будут навещать мои сослуживцы, и я очень надеюсь, что через некоторое время у нас появятся первые сатии.

– А в чем разница?

– Сатия – это невеста, сатэ – только кандидатка в невесты, – снисходительно объяснила Кэти, глядя на меня с превосходством. – Но тебе какое дело, ты же не помечена тьмой. Мы все видели, как тебя с позором выгнали с отбора.

– Да-да, я тоже помню, как ты, визжа, носилась по залу и даже пыталась залезть на шею охране, когда дуал выпустил тьму, – радостно кивнула я на этот выпад. – И это возвращает меня к вопросу, что я здесь делаю, дуа Натан? И зачем мне учиться вашей истории, обычаям и умению отдавать тьму?