Ирина Успенская – Разрушитель (СИ) (страница 37)

— Откуда вы это узнали? Кроме Мэтью и... Берт? Вот сукин сын!

Они вышли в кабинет Мара Маргана, тот, что находился при библиотеке, и Алан отпустил Учителя, с негодованием глядя в улыбающееся старческое лицо.

— Я лично выпорю это трепло!

— Нужно просто уметь задавать вопросы, мальчик мой. Просто уметь задавать правильные вопросы. А образованием бастарда займись! Негоже ему быть таким лоботрясом.

— Эх, отец Крамер, вы не представляете, насколько Берт умеет притворяться бездельником. На самом деле, он не так уж и глуп.

— Я не говорю, что он глуп, я говорю, что он невоспитан! — со старческим упрямством повторил ксен и сел за стол. — Ваш старший сын – большая умница, он все приготовил. Надеюсь, именно ему вы передадите власть.

— До власти еще дожить надо, — буркнул Алан себе под нос и встал у стола, приветствуя гостей.

Когда все расселись за большим столом (Ксан изображал секретаря графа и расположился справа от него с ворохом бумаг), Алан громко объявил:

— Ну что же, киры, я готов выслушать ваши предложения. Судя по лицу Мэтью, он опять ляпнул что-то не то...

— Вождь Алан Бешеный Кузнечик не любит условности и не всегда им следует, — с легкой улыбкой завуалированно извинился Мэтью. — Герцог Вас’Хантер предлагает начать сразу с главного.

— Граф, уполномочены ли вы принимать решения? — Алан откинулся на спинку стула, внимательно следя за Чавдаром Цоневым — главой посольства.

— Прежде чем ответить на ваш вопрос, сир… — медленно, взвешивая каждое слово, ответил граф. — Позвольте задать и вам вопрос? — Алан кивнул. — Я вижу по правую руку от вас кира Мэтью, по левую – вашего приемного сына, но еще я вижу ушедшего много лет назад в отставку Наместника Храма. В каком качестве присутствует здесь Учитель?

— В качестве моего духовника, — не моргнул глазом Алан.

— А брат Чех?

— Брат Чех – духовник моей семьи. Это все, что вас волнует?

— Нет, сир, но остальные вопросы я задам позже. — Граф дипломатично улыбнулся. — В вашем окружении много странного и непривычного, сир. Мы слышали, что новый герцог Белой крепости не придерживается правил и этикета, но до последнего момента не верили всем слухам.

— Например? — живо поинтересовался Алан.

Нет, ну любопытно же, что о нем болтают за границей.

— Что у вас гарем, — позволил себе легкую улыбку посол.

Алан обратил внимание, что Ксан передернул плечами, будто ему было неприятно это слышать.

— Ну, гарем не самая большая моя странность, граф. Итак, приступим.

Алан внимательно слушал посла. Картина вырисовывалась интересная. В настоящее время за трон боролись два брата: старший Ксан и Ирван, который был на год младше него, но рожден от второй жены. Мать Ксана умерла родами. Старый король, перед тем как его хватил удар, успел поссориться с Ксаном и при свидетелях заявить, что лишит его права наследования и отдаст трон следующему сыну, а сразу же после ссоры его хватил удар. Судя по описаниям, банальный обширный инсульт, что было равноценно смерти в этом мире. Конрада разбил паралич, он лишился речи и доживал последние дни.

А братья рассорились окончательно, младший обвинил старшего в болезни отца и нашел поддержку среди других детей и знати. Ксан занимал при короле должность военного советника, если говорить просто. Гарнизон и стража подчинялись ему, и первое, что он попытался сделать, это арестовать брата. Но Ирвана предупредили, и он скрылся за стенами укрепленного замка, где и ждал сторонников.

Если верить словам графа, он раздавал обещания направо и налево, делил земли и казну, сорил деньгами и потихоньку собирал вокруг себя баронские дружины.

Регулярной армии в Мирии не было, как и в большинстве местных стран (Алан сделал пометку: создать регулярную армию и на первых порах ввести всеобщую воинскую повинность). Были крепостные гарнизоны и личные войска. Дворцовая дружина пока оставалась на стороне Ксана, но этого было недостаточно, чтобы выбить Ирвана из его замка и при этом не упустить королевский дворец.

Через полчаса общая картина стала понятна, и Алан заподозрил, что Ксан будет просить у него войско, которого в герцогстве не было... но знать об этом послу не обязательно.

— И что вы хотите от меня? Конкретно? — сложив руки на груди, спросил Алан, когда граф замолчал. При этом смотрел он на «секретаря». — Я сам на пороге войны, и лишнего войска у меня нет, да и причины, по которой я смогу вам помочь на законных основаниях, тоже не вижу.

Учитель рядом тяжело вздохнул, Мэтью улыбнулся, а Турен, не сдержавшись, хихикнул.

— Знаю, — буркнул Алан. — Дипломат из меня никудышный, но раз решили, чтобы я был на переговорах, то терпите.

— Кир Алан, вам обязательно нужно создать дипломатическую службу, — мягко произнес отец Крамер. — И я думаю, что мы сможем вам помочь...

— Выделите преподавателей для академии? — оживился Алан.

— Давайте обсудим это позже, — многозначительно произнес Мэтью.

В дверь постучали, и в нее просунулась довольная физиономия Иверта.

— Вождь, генерал прибыл!

— Отлично! — Алан встал. — Пригласи маркиза Рамана сюда и вели, чтобы подали чай и легкие закуски. И сам тоже приходи! — крикнул он в закрывающуюся дверь.

— Итак, пока нет моих силовиков, я хочу получить ответ на свой вопрос, ваше высочество.

— Как вы меня узнали? — Ксан нахмурился.

— Молодой человек, это нетактичный вопрос, — укоризненно покачал головой отец Крамер и тут же лукаво спросил: — Или вы тоже не любите официальные переговоры?

— Я просто пока не владею должным умением и навыками, но я учусь и полностью доверяю графу Цоневу, — честно признался Ксан. — Поэтому и дальше переговоры будет вести граф.

— Кир Алан, мы хотели предложить вам союз, скрепленный браком. Его высочество Ксан готов взять в жены вашу дочь или вашу воспитанницу. Тогда на правах тестя вы сможете оказать военную помощь законному королю Мирии.

— А если его высочество женится на вдове герцога Ли Вас’Хантера, то, кроме поддержки кира Алана, он получит и поддержку Ратии. Потому что кирена Валия – племянница здравствующего короля, — с неизменной улыбкой предложил отец Крамер.

— У Эвелин Вас’Хантер тоже родственные связи с королевским двором Ратии, — с такой же улыбкой парировал граф.

— Дочь кира Алана слишком юна для брака, а кирена Эвелин была обещана другому, — задумчиво произнес Мэтью, бросая на Алана вопросительный взгляд.

— Мертвецу жена ни к чему, — холодно ответил Алан, а про себя подумал, что Алвис ему еще спасибо скажет, если выживет, конечно.

— Из кирены Валии получится идеальная королева. — Отец Крамер не собирался отступать. — Она умна, красива и хорошо воспитана. Достойная партия. Эвелин же... Молода, эмоциональна, не особо умна, зато хитра и изворотлива. Умом не блещет, но любит интриговать в свою пользу. Лет через десять она доставит вам массу неприятностей, если, конечно...

— Если, конечно, не полюбит мужа и не станет его опорой и соратником, — закончил Алан, в котором проснулась раздраженная Виктория.

Устроили тут аукцион!

Турен напряженно смотрел на Алана, и тот понял, что сейчас все зависит от его решения. Кого из женщин отдать в угоду политике?

«А стоит ли отдавать?» — шепнула Виктория. Для нее все это звучало дико и неприятно, свадебный торг ничем не отличался от продажи невольников. Женщины, даже королевских кровей, имели столько же прав, сколько рабы. И это злило неимоверно.

— Кир Алан, есть еще вариант. — Граф тонко улыбнулся. — Мы слышали, вы присматриваете супругу для старшего сына, имеем честь предложить вам ее высочество Карол, ей уже пятнадцать лет. Вам или его светлости Турену Алан Ли Вас’Хантеру.

— Тур, ты как? Жениться хочешь?

— Я бы сначала посмотрел на портрет, — без улыбки ответил парень. — И дождался, когда родит Зира.

— Ах да, конечно, конечно, — многозначительно покивал Алан, с усмешкой наблюдая за собеседниками. — Киры, скажу откровенно, мне не нравится этот торг, потому что решение о военной помощи еще не принято, и обсуждать его мы будем только после того, как ваши предложения и планы услышит мой главнокомандующий. Если маркиз Генри Раман посчитает, что для Игушетии выгоден на троне Ксан Тихий, мы вам поможем при условии, что плата за помощь нас устроит. — Это был очень жирный намек, и Виктория надеялась, что его услышали. — А если его высочество захочет взять в жены маркизу Эвелин, мы возражать не станем, но при условии, что она даст свое согласие. На этом тему женитьбы предлагаю закрыть и до прибытия генерала обсудить другие вопросы.

Последние фразы прозвучали достаточно властно и немного грубо, но Виктория едва справилась с нахлынувшей злостью, поэтому решила не церемониться. Она заметила, как облегченно вздохнул Турен. Ну да, конечно, у него только начало налаживаться с матерью, а тут... Черт бы побрал эту политику!

Диалог продолжился, но Алан уже почти не слушал, что говорит граф и что ему отвечает Мэтью. В голове крутилось много мыслей, и все они были далеки от политики. Что делать с Валией? Куда девать Зиру, когда он уйдет в храмовый монастырь? Кого брать с собой? Как поступить с Алвисом и чего ожидать от приезда отца Пауля? И успеет ли он до того, как Алвис протянет ноги в своем склепе?

— Итак, что вы можете нам предложить за военную помощь? — раздался голос Мэтью.

— А что вы желаете? — тихо спросил Ксан, глядя на Алана.