Ирина Успенская – Ее высочество Аномалия (страница 23)

— А кто? Как вы посмели привести меня в этот… апчхи! В этот кошмар! — потерев несчастный нос, Шу сделала в носу воздушный фильтр, не пропускающий пыль. Отвратительное свербение и щекотка в горле тут же прекратились.

— Я не знаю, ваше высочество! Сегодня утром здесь было чисто! Клянусь, ваше высочество, я ни при чем!

— Так кто при чем? Кто вам приказал сделать это, Ристана?..

Ну кто ж еще-то! Если не удалось убить Кая, так хоть мелко напакостить, чтобы деморализовать противника! А может быть, и не только мелко напакостить, но и испортить отношения Шу с сенешалем. Окончательно испортить. Он и так смотрит на младшую дочь короля как на божеское наказание.

— Я ни при чем, ваше высочество! — Сишер чуть не рыдал от страха.

— Не пугай бедняжку. — Из комнаты вышла Бален, посеревшая от пыли и со слезящимися глазами, но уже не чихающая. — Сиятельный бы не смог сотворить такого непотребства. Только истинный шер, воздушник.

— Шер воздуха?.. — переспросила Шу, и тут же ее осенило. — Конечно, она приказала Бастерхази! Хиссов сын! Ну-ка, скажите мне, сишер, а не заходили ли сюда их темность?

— Заходили! — радостно закивал сишер: нашлось, на кого спихнуть вину. — Сегодня и заходили!

Правда, кивать и радоваться тут же перестал, а вместо этого попятился. Несмотря на ментальные амулеты, до Шу донеслась его паническая мысль: только бы Бастерхази не узнал, что я показал на него! О боги, только не обозленный Бастерхази! О боги, что это?!

— Бастерхас-си… — прошипела Бален из-за спины Шу.

Шу оглянулась — и поняла, почему бедняга сишер побледнел еще сильнее и даже позабыл про ужасного Бастерхази. Зеленые светящиеся глаза, оскаленные клыки, волосы дыбом во все стороны и кривые кинжалы в обеих руках Бален произвели на него неизгладимое впечатление. На Шу — тоже.

— Не пугай бедняжку, — усмехнулась она, повторяя слова самой Бален. — Подумаешь, пыль. Глупости. Ерунда. Шутки, подобающие деревенскому дурачку! Я была о Бастерхази лучшего мнения!

Решительно шагнув в комнату, Шу потоком воздуха выгнала пыль в раскрытые окна. А потом прошлась еще раз, и еще… Но странное дело, комната так и оставалась серой! И некогда зеленые обои с растительным орнаментом, и секретер светлого дерева, и шелковая обивка кресел и диванов, даже расписной потолок, и тот был гнусно-серым, словно пыль въелась намертво.

— Я не понимаю… — пробормотала Шу, устало падая на одно из серых кресел и щупая резной бук кончиками пальцев. — Здесь нет ничего опасного, да вообще ничего активного. Но пыль… или это не пыль?

Бален, осматривающая и обнюхивающая оконную раму, по-солдатски емко пояснила, что это не пыль, а ширхаб знает что. Возможно, зуржье дерьмо.

Шу попробовала применить к соседнему креслу те же самые бытовые заклинания, что помогали ей с платьями — цвет, форма, фактура… И ничего не вышло. Стихийные потоки соскользнули с дерева и ткани, ничего не изменив. Разозлившись, Шу попробовала еще раз, не трогая суть предмета, только наложением иллюзии — и это сработало. Теперь кресло выглядело так же, как любимое кресло Бертрана, стоящее в его кабинете. Вот только прикинув, сколько сил и времени придется потратить на иллюзии, чтобы вся комната стала похожей на человеческое жилье, а не обитель пыльных демонов, Шу пришла в ужас.

— Не стоит, — сказала Белочка, рухнув в «кресло Бертрана». — Будем смотреть, что в других комнатах? Их, если не ошибаюсь, три.

— Не будем, — покачала головой Шу и позвала: — Сиятельный шер, вы тут? Как ваше имя, напомните!

— Здесь, ваше высочество. — Бледный сишер бочком вошел в гостиную и остановился у порога. — Шер Вондьяс, если позволите.

— Так, говорите, утром здесь все было?..

— Идеально, ваше высочество! Новая обивка, навощенный паркет, свежие цветы в вазах! Фрески на потолке обновлял лучший придворный мастер! Ни единой пылинки, Двуединые не дадут соврать! Я лично проверял, ваше высочество, лично!..

— Тише, тише, шер Вондьяс. Я вам верю.

— Если ваше высочество прикажет, я сию же секунду позову темного шера Бастерхази, пусть исправляет это… это…

Сишер так явственно представил, как отомстит шер Бастерхази, если его позвать, что едва не упал в обморок. А Шу мысленно поставила плюс к словам Альгредо: темному шеру доверять нельзя.

— Нет, — милосердно оборвала шера Вондьяса Шу. — Я не желаю, чтобы в мои комнаты заходил шер Бастерхази. И оставаться здесь я тоже не желаю.

— Но… ваше высочество… — у сишера сделались совершенно несчастные глаза, — это единственные достойные вас покои… ох, простите…

— Достойные? — Шу поморщилась, еще раз оглядев серые стены. — Найдите недостойные, только чистые и светлые.

— А… как же… — сишер нервно сглотнул, — что скажет барон Уго…

— …если узнает, что нашему высочеству приходится жить в этом ужасе? Думаю, ничего хорошего. Но ведь барон Уго не так страшен, как шер Бастерхази?

— А… что ваше высочество… при чем тут… вовсе не страшен, нет! — отчаянно соврал сишер.

— Вот и правильно. Не надо бояться…

— …того, кого здесь нет, — продолжила за ней Бален и покрутила в пальцах кривой кинжал. — Ее высочество желает другие покои.

Сишер мелко закивал, не отрывая взгляда от кинжала в руках Бален. Его паника снесла напрочь все ментальные амулеты, и теперь Шу видела его поверхностные мысли совершенно ясно. Сейчас сишер прикидывал, удастся ли ему выйти отсюда живым, и сожалел, что не ушел в отставку два года назад.

— Есть покои рядом с библиотекой, две комнаты, там только мебель заменить…

Образ маленьких комнаток со щелястыми окнами и рассохшейся кроватью Шу не вдохновил, и она покачала головой.

— Не годится. Еще? — потребовала Бален.

— Гостевые… — обрадовался было сишер, припомнив большие и светлые комнаты с видом на парк, но тут же в ужасе погас, — их приготовили для его высочества Люкреса… но если ваше высочество желает…

— Желает! — кивнула Бален и для убедительности уронила кинжал так, что он вонзился в паркет на половину длины лезвия.

Сишер тут же перестал бояться того, что скажет барон Уго и принялся бояться бешеной дикарки с клыками.

— Конечно, ваше вы…

— Нет, — оборвала его Шу. — Комнаты его высочества я занимать не стану.

— Почему это? — нахмурилась Бален.

— Потому это! — Шу надменно задрала нос и сунулась обратно в мысли шера Вондьяса.

— Ну как знаешь, — пожала плечами Бален.

Ничего особо интересного в образах, мелькающих в его голове, не находилось… хотя нет! Нашлось! Образ торчащей, как гвоздь в сапоге, башни Заката. Запертой на все замки, позабытой башни, которую все, кому здравый рассудок дорог, обходят стороной. Даже шер Бастерхази, чтоб его наконец Хисс побрал!

— Еще как знаю! — обрубив ментальную связь так резко, что у самой закружилась голова, Шу откинулась на подголовник кресла и мечтательно уставилась в серый потолок с едва проступающей росписью. — Я возьму себе башню Заката. Мамину башню!

— Ты с ума сошла? — вежливо поинтересовалась Баль.

«Она с ума сошла!» — очень отчетливо подумал шер Вондьяс.

— Нельзя сойти с того, что гвоздями приколочено, — усмехнулась Шу. — Место, куда не рискует соваться сам Бастерхази, что может быть лучше? Слышите, сиятельный шер? Скажите барону Уго, путь даст ключи от башни. И пусть без меня туда никто не заходит, хватит сюрпризов.

— Туда невозможно зайти, ваше высочество, даже с ключами. Прошу вас, возьмите покои в восточном крыле! Мы приготовим для его высочества Люкреса другие, нам хватит суток. Прошу, ваше высочество!..

— Не волнуйтесь так, шер Вондьяс. Барон Уго не станет вас ругать за то, что вы сказали мне о западной башне. Вы же не говорили, не так ли?

— Не говорил…

— Правильно. Я сама решила их взять. Вы меня уговаривали одуматься, а я не уговорилась. Так?

— Так…

— Вот и хорошо. Вы ни в чем не виноваты.

— Не виноват… ваше высочество… без приказа короля нельзя…

— Приказ короля будет. Так и скажите барону Уго, что король прикажет открыть для меня башню Заката. Сегодня я останусь тут… может быть. В общем, ступайте, сишер, и велите немедленно подать нам обед. Немедленно, вы поняли?

— Понял, ваше высочество. Сию секунду!

Кланяясь, сишер попятился к двери, промахнулся и едва не свалился на пол. Но все же, неловко нашаривая позади себя дверь и извиняясь, вышел. И дверь прикрыл.

— Ментальное воздействие третьего порядка. Тебе не ай-ай-ай? — вытащившая свой кинжал из паркета Бален с любопытством наблюдала, как затягивается дыра в полу.

— Не ай-ай-ай.

Шу было не до дыры в полу и не до уровней ментального воздействия. Ей отчаянно хотелось есть и спать. Или спать и есть. В любой последовательности. Но надо было приводить себя в порядок и идти к отцу через…

Она огляделась, но часов в гостиной не нашла.

— У нас час с небольшим, — сказала Бален, глянув на клонящееся к горизонту солнце. — Предлагаю наплевать на серость, принять ванну и поесть. А там видно будет.

— Отличный план, мой генерал! — с фальшивой бодростью отозвалась Шу. — Добавить к нему полчаса сна, и будет просто гениальный план!