Ирина Токмакова – Счастливо, Ивушкин! Избранное: Стихи, повести, сказки, пьесы (страница 23)
— Правда? — не поверила своим ушам Полина.
— Я хотел тебе об этом сказать, когда настало время Песни. К сожалению, это слабая надежда.
— Ну хоть маленькая-малюсенькая? — почти прошептала Полина.
— Видишь облака в небе? — спросил Белый Конь.
— Вижу, очень красивые.
— Да. Только смысла в них — никакого.
— А какой вообще может быть от облаков смысл?
— Слушай. Есть одно могучее облако — облачная птица Чур. Только она может не подчиняться Ветрам Пустыни и подниматься, и опускаться, и лететь, куда захочет.
— Облачная птица Чур? Я никогда про такую не слыхала.
— Всё дело в том, как её вызвать с неба, — вздохнул Белый Конь.
Несмотря на то что солнце уже светило вовсю, та самая маленькая звёздочка всё ещё была видна на небе.
— Как ты думаешь, — спросила Полина у Белого Коня, — может быть, это Ая?
— Ты имеешь в виду вон ту маленькую звёздочку?
— Да.
— Если это она, если это она, — задумчиво проговорил Конь, — что ж, может быть, ей удастся… Гляди! Гляди! — вдруг перебил он сам себя. — Видишь?
Полина посмотрела, прищурившись, но всё так же светило тёплое розовое солнышко, мимо него всё так же проплывали чистенькие, беззаботные и, как выяснилось, бессмысленные облака.
— Да нет, вон там, на самом горизонте!
На горизонте действительно показалось облако потемнее и побольше других. Оно медленно плыло по небу всё в том же направлении, что и остальные облачка. И вдруг… вдруг оно круто повернуло, как будто сильный ветер подул в другую сторону. Оно направилось к маленькой звёздочке. Вот оно совершенно отчётливо приняло очертания гигантской, с огромным размахом крыльев птицы.
— Это облачная птица Чур! Нам всего несколько раз удавалось заметить её на небе.
«Хоть бы она прилетела за нами, хоть бы она прилетела за нами, — быстро-быстро повторила про себя Полина. — Но надо, надо ведь ещё найти Фокки…
Облачная птица покружила как раз в том месте, где мерцала звёздочка, потом она точно склюнула звёздочку, и Полина в ужасе закрыла лицо руками, но Белый Конь сказал ей:
— Не бойся. Значит, эта звёздочка точно твоя подруга Ая.
Птица становилась всё больше и больше. Птица была всё ближе и ближе. Вот она уже кружит над маленьким островом. Кружит, кружит и вдруг, сложив крылья, устремляется вниз. У Полины замерло сердце. Она зажмурилась.
Полина открыла глаза, услышав, что её громко окликают:
— Полинка! Полина! Полиночка!
Разноцветные огоньки скакали-плясали по деревьям, по траве, по гриве Белого Коня.
— Ая!
Не помня себя, девочка и звезда кинулись друг к другу и обе чуть не заплакали от радости. Но всё-таки не заплакали. И поэтому мы до сих пор не знаем, как плачут звёзды.
Глава шестая
ФОККИ ВЕДЁТ РАСКОПКИ. ПТИЦА ЧУР ДАЁТ ОБЕЩАНИЕ
— Полина! — торопливо говорила Ая. — Хмурцы чуть было не погубили тебя! Они хотели, чтобы ты никогда-никогда не добралась до алых и белых роз Вардкеза! Они открыли вагонную дверь! И Ветры вас унесли! Шкандыба не может останавливать поезд на такой скорости. Ах, как я за тебя боялась! Если бы не птица Чур!
— Ая, я не понимаю, раз птица Чур… А почему мы её с самого начала не попросили? Мы ведь тогда могли обойтись без Шкандыбы и этого странного поезда. Или нет?
— Конечно, могли бы. Но у птицы Чур такой характер. Она редко появляется там, где её больше всего ждут! Такое счастье, что она в этот раз пролетала совсем близко от меня. Спасибо тебе, птица Чур, — сказала Ая с чувством, обращаясь к облачной птице.
Птица Чур была белая с серыми подкрыльями. Голова и клюв были как у орла, только значительно больше, чем у самого большого орла — кондора.
— Хватит, хватит! — сказала она резким и, как Полине показалось, ворчливым голосом. — Это, что ли, твоя подружка? Собирайтесь скорее. Я отнесу вас в Крутогорск и, надеюсь, не скоро теперь увижу. Терпеть не могу, когда меня заставляют лететь туда, куда я не собиралась. Я вам не перевозчик.
— Ты же добрая, птица Чур! — засмеялась Ая. — Не делай вид, что ты сердишься!
— Я уже сказала: я лечу, куда лечу, я не люблю, когда меня останавливают. Поторопитесь!
Белый Конь явно собирался обратиться с какими-то словами к птице Чур, но её сердитые речи его, по-видимому, пугали.
Вдруг по траве проскакали невесёлые, тёмно-синие огоньки. Это оттого, что Ая воскликнула с тревогой:
— Полина, а где Фокки?
Полина опустила голову.
— Он отстал от лошадей и потерялся, — сказала она с тоской.
— Как же так? Надо его немедленно разыскать! — сказала Ая.
— Ну вот, — опять заворчала гигантская птица. — Я совершенно не намерена ждать. Летим, иначе я улечу одна.
— Нет, милая птица Чур, ты этого не сделаешь. Согласись, не можем же мы бросить свою собаку!
— Бросать никого нельзя, — так же ворчливо продолжала птица. — Друга, собаку, птицу, кошку, подружку. И облако. И дерево. Ничто
Полина, может быть, и спросила бы: «А разве облако — живое?» — но вспомнила, что птица Чур — хоть и такая огромная и даже сердитая — всё-таки облачная.
— Фокки, ко мне! — без всякой надежды позвала Полина.
Полная тишина. Фокки, видно, был далеко и поэтому не отзывался.
— Фокки! Фокки! Фокки!
Ничего не слышно. Только ровно дышит Белый Конь и сердито хлопает облачными крыльями птица Чур.
— Ну, скоро ли придёт ваша собака? Самой мне её искать, что ли?
Белый Конь огорчённо произнёс:
— Боюсь: тут виноваты мы. Нам так хотелось, чтобы девочка осталась у нас. Мы должны сами поискать собаку. Почтенная птица Чур не сможет её найти, тень от облака закроет листву. А листва слишком густа на острове.
Он кликнул лошадей и велел им искать Фокки.
— Птица Чур, добрая птица Чур, пожалуйста, не улетай. Пёсик найдётся. Хмурцы унеслись на поезде со Шкандыбой. Здесь нет врагов!
— Только скорее! — не преминула ворчнуть птица Чур.
А как скорее? Ая и Полина обежали всё вокруг, ворошили длинные стебли травы, заглядывали под каждый кустик.
Ну нет его, и нет его, и нет его решительно нигде!
— Ая, — всхлипнула Полина, — может, он теперь уже больше никогда не найдётся?
Время шло. Фокки не находился. Не возвращался и никто из лошадей.
— Я лечу, куда лечу, и терпеть не могу, чтобы меня заставляли делать то, что я не собираюсь. Я, кажется, это уже всем объяснила, — ворчала птица Чур.
Было ясно, что ещё немного — и её независимый характер возьмёт верх над её добротой, и она, раскинув свои широченные белые крылья с серыми подкрыльями, унесётся в небо.
Вдруг из чащи леса донёсся громкий голос одного из коней:
— Сюда! Сюда! Все скорее сюда!
Все, кроме птицы Чур, которая только и пробормотала: «Ну наконец-то!» — кинулись в лесную чащу. Первым — Белый Конь, за ним следом Ая и Полина. Одному ему известной самой короткой тропой Конь бежал на призывающий голос. И со всех концов леса к нему тоже бежали остальные лошади.