Ирина Токмакова – Счастливо, Ивушкин! Избранное: Стихи, повести, сказки, пьесы (страница 111)

Птица Чур. Ой, бедное дитятко. Во втором-то лесу страшнее, чем в первом, — там болота непроходимые, злые туманы над ними стоймя стоят.

Любуша. Всё равно пойду. Или погибну погибелью, или добуду заветные слова, чтоб зеркалу правду вернуть. Без того мне к Буслаю до смерти не возвратиться.

Птица Чур. Чем же помочь тебе, Любуша?

Любуша. Чем же поможешь? Я — тут, в дремучем лесу, Буслай — далеко-далеко… Птица Чур, а можешь ты ко мне домой слетать?

Птица Чур. Страшно мне птенчика оставлять. Да для тебя сделаю.

Любуша. Лети в родимое село, Птица. Разыщи Буслая. Да скажи ему — жива Любуша. Только, мол, может, погибнет за тремя лесами да не воротится. Пусть помнит Любушу. Пусть знает, что она его любит.

Птица Чур. Лечу! Да! Погоди! Коли потом, когда во мне нужда будет, ты позови меня.

Любуша. А как позвать, ты разве услышишь?

Птица Чур. Услышу, коли такими словами позовёшь:

Выйду я к синю морю, Увижу над морем зорю. Белая заря, Алая заря Да заря-зареница, Кликните Чур-Птицу.

Тут я к тебе и прилечу.

Любуша. Спасибо, Птица. Лети! А я пошла либо счастье, либо погибель свою искать.

Картина шестая

Второй дремучий лес. Деревья в этом месте растут гуще. Бороды серого мха свисают с веток. На переднем плане — сухой пень. За ним — колючие кусты. Ровное, холодноватое, бессолнечное освещение. Перед кустами ходит взад-вперед Переплут, чередуя шаг с подскоками.

Переплут (приставляя руку к глазам и вглядываясь в чащу леса). Никого. Как есть никого. (Шагает, подпрыгивает.) Один я — Переплут. И всё. Всех разговоров только с эхом и заведёшь. Эге-ге-гей, добрый день, невидимка!

Переплуту отвечает эхо.

Ох, бестолочь. Само-то никогда ничегошеньки не скажет. (Шагает, подпрыгивает.) Дремучий-то лес всё дремлет-дремлет, и не разбудишь. (Нюхает воздух.) Болота холодом дышат. Эй, пади́, туман, на землю!

Спускается туман.

Поднимись, туман, в небеса!

Туман рассеивается.

Всколыхнитесь, пески зыбучие! Шевельнитесь, кусты колючие!

Кусты начинают двигаться.

Остановитесь, пески! И без вас не снесть тоски!

Кусты останавливаются.

Эх, душу бы мне сюда живую заманить, я бы её постращал! По гибельной дорожке в болота послал. А потом, может, и вызволил бы. Потому — весёлый. А вдруг и правда кто в мой дремучий лес забредёт? Сделаю-ка я из этого мха хорошенькую ловушечку. Вот тут — щель. А в щели — палочка. Кто заденет — палочка выскочит. Пень его и прищемит. Вот испугается! (Делает.) Готово. Чем бы это ещё себя развлечь? Побегать? Попрыгать?

(Бегает, подпрыгивает, хватается за ветки деревьев, раскачивается на них, спрыгивает, повторяет то же в более быстром темпе.)

И-ах! Вот как мы можем!

(Снова повисает на ветке, раскачивается, забывает о расщелине, сам попадает туда ногой, повисает вниз головой и начинает вопить страшным голосом.)

О-о-о-й! Больно. Дурак! Сам в свою ловушку попал! Ногу не вытащу! Помогите кто-нибудь! Ой, да тут ведь нету никого!

Вбегает Любуша. Она сначала не может сообразить, что происходит, и невольно пугается. Переплут вообще такой странный, да ещё и висит вверх ногами. Одно мгновенье она медлит. Потом понимает, что требуется помощь, кидается к дереву, страшным усилием и не сразу отдирает от дерева толстую щепу и освобождает ногу Переплута. Тот падает вниз и тоже не сразу соображает, что произошло. Потом смекает, что перед ним чужой человек, там, где сроду никого не бывало. Вскакивает, издаёт вопль, потому что нога всё ещё болит, поджимает ногу, потом опускает её, но твёрдо стоять на двух ногах не может. Пока он, вытаращившись, глядит на Любушу, та первая находится и здоровается с ним.

Любуша. Здравствуй!

Переплут. Стой! Сперва вокруг себя обернись.

Любуша, недоумевая, исполняет всё, что он ей велит.

Теперь шаг назад ступи. Теперь вбок. Ещё раз обернись. Стой тихо. (Приговаривает.)

Тропки-невидимки, Лесные паутинки, Калина да ольха, Белопенна таволга. Спутано, связано, Дорога заказана.

Всё! Теперь здравствуй! И говори, кто ты есть. И куда путь держишь?

Любуша. Любушей зовут. Почто ты меня заговаривал так чудно, лесной человек?

Переплут. Чтоб правильной дороги найти не могла. Я тебе не человек, я Переплутом называюсь.

Любуша. А мне-то как раз дорогу найти надо. Я за три леса иду искать заветные слова.

Переплут. За три леса! Мой лес страшный: дороги знать не будешь — в болото угодишь, затянет, затащит, туманом прикроет, век не выберешься. А уж третий-то — и того хуже.

Любуша. Как же мне быть-то, ведь надо мне, Переплут, миленький, очень надо для зеркала заветные слова отыскать! Погибну я без них!

Переплут. Ну, так иди вот этой тропкой.

Любуша уходит.

Попугаю я её, а? Потому что весёлый. Сейчас в погибельное место заведу. (Приговаривает.)

Тонкая калина Белый цвет ронила В кручу, В пучину, На беду-кручину.

Так-то вот! Весело! (Подпрыгивает, но ушибленная нога у него ещё болит.) Ой! Больно! Кабы не добрая-то Любуша, вовсе бы я вниз головой висел. А для чего я и её в кручу послал? Доброту такую? Вот дурак! (Передразнивает сам себя.) «Потому что весёлый». (Приговаривает.)

Круча, отдай добычу, Круча, отдай добычу.

Любуша появляется перед Переплутом.

Любуша. Ой, страх-то какой! В крутую крутизну оборвалась, сердце у меня остановилось, а после темное облако на меня налетело да кверху поволокло! Страшно!

Переплут. Ну-ну, не страшись. Больше пугать не буду. Вот тут дорога есть — она одна-единственная из лесу выводит. Иди, не опасайся.