Ирина Тигиева – Возвращайся, сделав круг. Книга 1 (страница 25)

Взгляд Дэйки устремился в пустоту, глаза остановились на чём-то, для меня невидимом.

— Думаешь, меня пугает твой вид? — прохрипел он, выпуская когти. — Попробуй приблизься!

— Дэйки… — прошептала я. — С кем ты говоришь? Там… никого нет…

Лис будто не слышал. С камаитати тоже творилось что-то неладное. Издав пронзительный визг, зверёк взмыл вверх и, вращаясь подобно маленькому колесу, начал атаковать… воздух. И противник Дэйки, наверное, всё же приблизился, потому что лис, зашипев, бросился на него, нанося когтями удары. Я беспомощно озиралась вокруг, ожидая, что незримое зло поразит меня со спины в любой момент. Подхватила с пола палку, подаренную деревом-вампиром, на всякий случай махнула ею… Дэйки и Камикадзе продолжали штурмовать ветряные мельницы с ожесточением, какому позавидовал бы сам дон Кихот. Пение и музыка становились громче… и вдруг всё это смолкло, а на пороге возникло существо, при виде которого волосы на моей голове зашевелились второй раз за этот день. Оно было женского пола: пёстрое многослойное кимоно, длинные, тянущиеся по полу пряди, сямисэн[1] в руках, и самое жуткое лицо, какое мне приходилось когда-либо видеть. Безбровое, цвета мела и размалёванное, точно маска. Горящие малиновым огнём глаза впились в мои, ярко раскрашенные губы раздвинулись до самых ушей, обнажив ряд острых чёрных зубов.

— Дэйки… — слабо позвала я.

Но лис самозабвенно бросался на свои «мельницы». И тут до меня дошло: то, что видели он и камаитати — этот «замок» и якобы нападавшие со всех сторон «враги» — дьявольский мираж. В действительности мы окружены жалкими развалинами, и на меня таращится единственный реальный враг — уродливая ведьма на пороге. Вдруг её руки, укутанные в струящиеся рукава кимоно, разлетелись в стороны, раскрывая объятия, волосы взвились за спиной, и всё это понеслось на меня. Я остолбенело смотрела, как оно приближается, как широко распахивается усыпанная чёрными зубами пасть… и, замахнувшись, изо всех сил шарахнула жуткое существо палкой. Тварь отлетела к стене. От её визга заложило уши. Волосы ожили и зашевелились, точно щупальца осьминога.

— Дэйки! — выкрикнула я. — Всё это делает она! Нужно уничтожить её!

Лис не реагировал. И, кажется, «мельницы» одерживали над ним верх. Он ещё отбивался, но уже не нападал, и двигался вяло, словно его опутали невидимой сетью. То же происходило с Камикадзе, и я поняла, что осталась с уродливой, явно не желавшей мне добра тварью один на один. Теперь она кружила вокруг, не решаясь приблизиться — очевидно, «палка» действительно обладала защитными свойствами. Но как долго я смогу ею обороняться? И почему до сих пор не появился ёкай?!

Пасть твари снова расползлась в улыбке, руки начали удлиняться и, извиваясь по-змеиному, задвигались по комнате. Я лихорадочно оглядывалась, пытаясь угадать, с какой стороны ждать нападения. Взгляд остановился на очаге, и меня осенило: огонь! Не знаю, как борются с нечистью в этом мире, но в моём огонь — проверенное средство. В любом фильме о сверхъестественном демоны, ведьмы, даже призраки горят «синим пламенем» и погибают. Увернувшись от готовой вцепиться в волосы руки, я подхватила циновку, сунула её в очаг и, когда край занялся огнём, швырнула циновку в угол, где были навалены ветки. Но тут ледяная ладонь стиснула мою лодыжку и дёрнула вниз. Я едва успела подставить руки, чтобы не шарахнуться лбом об пол, палка отлетела в сторону. Одна рука твари подтащила к распахнувшейся пасти, другая схватила меня за волосы и развернула к ней лицом. Меж жутких зубов проскользнул длинный язык, и я завопила от отвращения, когда, оставляя липкий след, он прошёлся по моей щеке. Впилась ногтями в омерзительное лицо, но пальцы будто вязли во влажной глине. Рука, державшая меня за лодыжку, обвилась вокруг ног. Я истерично задёргалась, ударила тварь в грудь, но кулак словно провалился в желе, и меня начало затягивать внутрь слоёв кимоно. Пытаясь вырваться, я наносила беспорядочные удары свободной рукой, брыкалась изо всех сил… и чуть не упала в обморок, услышав спокойное:

— Отпусти её.

Почти лишённая возможности двигаться, повернула голову. Угол, куда бросила загоревшуюся циновку, полыхал огнём. Дэйки сидел на полу и растерянно тряс головой, где-то фыркал Камикадзе… А посреди комнаты неподвижно стоял ёкай. Тварь заверещала и метнулась прочь. Но в то же мгновение мелькнула вспышка ярко-синего света, послышался дикий визг, что-то легко подхватило меня поперёк туловища, оторвало от визжащей твари… И вот вокруг тела уже смыкаются лапы лиса и доносится повелительное:

— Уходите. Дэйки, позаботься о ней.

Ощущение невесомости, обдавший прохладой ночной воздух и встревоженный голос Дэйки:

— Аими… Слышишь? Посмотри на меня!

Не сразу поняла, что лис трясёт меня за плечи, попыталась сфокусировать на нём взгляд. В его глазах промелькнуло облегчение.

— Как ты меня напугала… Думал, она уже выпила твою душу…

— Мою… — я недоумённо огляделась.

«Замок» полыхал, точно факел. Оранжевые отблески мелькали по окружавшим нас деревьям и кустам, воздух был горьковатым от дыма.

— Прости меня, Аими… — прошептал лис. — Я снова подверг тебя опасности и не смог защитить…

«Защитить»… Слово задержалось в сознании — ведь от чернозубой твари меня защищал не только Дэйки, но и…

— Камикадзе! — выкрикнула я. — О Боже, Камикадзе! Он ещё там!..

Вскочив на ноги, силилась вырваться из лап лиса, броситься к пылающим развалинам… и замерла, когда рядом выросла фигура ёкая.

— Иошинори-сама, — тут же склонил голову Дэйки.

Взгляд ёкая был устремлён на меня. Я не сразу заметила его протянутую руку. В ладони, свесив лапки и хвост, лежал камаитати. Шёрстка всклокочена и засыпана пеплом, глаза закрыты… Судорожно выхватив зверька из ладони демона, я погладила его по мордочке и разревелась:

— Он же… он же не… умер?..

Но Иошинори-сама уже повернулся спиной и бросил через плечо:

— Не следует здесь задерживаться. Дэйки, помоги ей.

Лис осторожно обнял меня за плечи.

— Понесу тебя, Момо. Сможешь держаться за шею?

Всхлипывая и размазывая по щекам слёзы, я снова погладила взлохмаченную шёрстку камаитати… и вдруг зверёк едва слышно фыркнул, повёл лапками и слабо оскалился.

— Он жив!.. — завопила я. — Дэйки, он жив!

— Какое облегчение! — закатил тот глаза. — Уже начал жалеть, что не могу поменяться с ним местами!

Я засмеялась сквозь слёзы, Дэйки тихо вздохнул.

— Странная ты, Момо… Tы просто… Никогда не встречал…

— Дэйки!

Вздрогнув, лис поспешно подхватил меня, закинул на спину и заторопился вслед за ёкаем.

— Спасибо… — прошептала я, прижимая к груди камаитати.

Дэйки полуобернулся и, дёрнув ухом, уточнил:

— За то, что несу тебя и твоего паразита?

— За то, что защищал меня, — я ласково погладила повёрнутое ко мне ухо.

Смущённо хихикнув, лис вдруг оступился и покачнулся, правда, быстро восстановил равновесие.

— Что это была за тварь? — поёжилась я. — Она в самом деле собиралась… выпить мою душу?

— Да. А потом сожрать то, что осталось. Подобных ей называют ао-ниобо. Они таятся в развалинах особняков и замков, поджидают случайных путников…

Он вдруг замолчал и снова покосился на меня через плечо.

— Ты ведь поняла, что там произошло?

— Меня чуть не сожрали. В очередной раз…

— К этому уже пора привыкнуть. Я имел в виду другое. На тебя не подействовала её магия.

— В смысле, я видела, что развалины — не в «превосходном состоянии»?

— Именно. И ты видела её — пока я отбивался от теней и собственных страхов.

— И, кажется, они побеждали, — подтрунила я.

Лис вздохнул.

— Нелегко признать, но да, они побеждали. Тварь была очень сильной. Наверняка поглощала не только людей, но и ёкаев. Обычные ао-ниобо не в состоянии создать настолько стойкую иллюзию, а эта ввела в заблуждение даже господина.

— Его-то каким образом?

— Он появился, лишь когда проклятое логово загорелось, так? Огонь её ослабил, иллюзия начала распадаться, и Иошинори-сама смог найти нас. Кстати, как получилось, что пламя стало распространяться?

— Неужели вообще ничего не видел? — возмутилась я.

— Неужели это была ты? — в тон мне отозвался Дэйки. — Может, всё-таки не настолько бесполезна, как я думал поначалу… Ай! За что?!

Вопль лиса был ответом на мою «расправу» — я дёрнула его за ухо. Но, испугавшись, что переусердствовала, попыталась в буквальном смысле загладить вину. Осторожно перебирая пальцами, прошлась по шерсти на голове и загривке.

— Прости, я не хотела… — и тут же шлёпнула его по плечу, услышав сдерживаемое хихиканье. — Думала, тебе действительно больно!

— От твоих крошечных пальчиков? — прыснул лис. — За кого ты меня принимаешь?

Он легко погладил мои колени, прижатые к его бокам.

— На самом деле я ещё не поблагодарил тебя, Аими… — и резко остановился. — Что-то случилось, господин?

Выглянув из-за плеча Дэйки, я увидела ёкая — лицо сосредоточенно, будто он к чему-то прислушивался… и вдруг отчётливо ошутила знакомое чувство постороннего присутствия.

— Иошинори-сама?.. — робко позвал лис.

На мгновение глаза демона задержались на мне, но он тотчас отвернулся и продолжил путь.

Уже ближе к рассвету мы вышли к небольшому озеру, и ёкай, бросив «Оставайтесь здесь!», растворился в предрассветном полумраке. Дэйки спустил меня на землю. От воды поднимался туман, в листве обступивших озеро деревьев начинали щебетать птицы.