Ирина Тигиева – (не) читайте, это – для ёжиков! (страница 29)
- И не только к ним!- хихикнула я и тут же зажала себе рот.
Один раз в жизни курила сигарету с этой дурью, и после меня, хохочущую до истерики, снимали с трёхметровой чугунной решётки-ограждения. Я пыталась забраться на неё, чтобы изобразить выученный накануне бурлескный танец...
- Ты что?- насторожился Ээрикки.
- А как это помогает приблизиться к богам?- хихикать хотелось всё сильнее, я едва сдерживалась.
- Мысли освобождаются от тревог, в сознании царит покой... Да что с тобой?
- Ничего,- сдерживаясь из последних сил, хрюкнула я.- Продолжай!
- Тебя забавляет то, что я говорю?- нахмурился он, и я не выдержала.
Схватилась за живот и захохотала. Ээрикки тут же вцепился в моё плечо.
- С ума сошла? Это – священное место!
- Священное! Какой умник додумался зажечь в нём два гигантских косяка?
- Какие косяки? О чём ты говоришь?..
Растерянность сартория вызвала у меня новый приступ смеха. На нас уже начинали глазеть.
- Кажется, опять выставляю себя буйнопомешанной!- захлопала я в ладоши.- То, что нужно! Видел бы меня Гилберт!
Ээрикки нервно глянул на сопровождавших нас ушастиков, что-то коротко бросил им на латыни и, подхватив меня в охапку, куда-то поволок.
- Отослал охрану! Решил со мной уединиться?- хихикала я.- А что скажет Гилберт?
- Прошу тебя, замолчи!
Наверное, марихуана была рассчитана на невосприимчивых к ядам ёжиков, а меня заставила слететь с катушек. Когда Ээрикки опустил меня на мраморную скамеечку в тёмной каморке за статуей Эринация, я хихикала, будто меня щекотали.
- Дейенерис... Дейни,- с испугом всматриваясь в моё лицо, он легко встряхнул меня за плечи.- Что с тобой?
- К-каннаб-бис...- заикаясь, выдавила я.- Д-для н-нас это... н-наркотик!
И, увидев, как вытянулось его лицо, снова зашлась в хохоте.
- Ты и правда за меня волнуешься? Это так мило!..
- Каннабис... дым,- пробормотал Эйрикки.- Тебе нужно на воздух!
Попытался меня поднять, но я, содрогаясь от хохота, повисла на его шее.
- Так зачем мы здесь? Хотел побыть "наедине"?
- Ты не в себе!
- И что? Признайся, я тебе нравлюсь!
- Вздор!
- Я никому не скажу, обещаю! Даже Г-гилберту!
От смеха уже сводило живот и затруднялось дыхание. Почти не понимала, что говорю, но видела – каждая реплика приводит Ээрикки во всё большее замешательство, и не могла остановиться.
- Ты мне тоже нравишься – в человеческом обличье... Такой миленький! Особенно ушки...- попыталась дотянуться до покрытых шёрсткой ушей, но пальцы странно вязли в воздухе.
Ушки, а вместе с ними и лицо Ээрикки вдруг начали отдаляться. Я вцепилась в его плечи, но он продолжал ускользать. А по стенам замелькали тени, очень похожие на змеиные, и мне стало страшно.
- Ээрикки... Не уходи...
Странный повторяющийся звук, доносящийся будто издалека... Светлое пятно в обступившей меня темноте... Я напряжённо всматривалась в него, пока оно не стало увеличиваться в размерах, стремительно приближаясь. Растерянно заморгала и вдруг поняла: светлое пятно – это лицо Ээрикки. А повторяющийся звук – его голос, зовуший меня по имени... Я отчаянно прижимаюсь к его груди, его руки намертво обвивают моё тело... а лицо продолжает приближаться. Уже совсем близко, настолько, что я чувствую его дыхание на моих губах.
- Ээ... рик... ки...- собственный голос донёсся до меня словно со стороны.
Лицо Ээрикки вдруг размножилось... и его поглотила тьма...
Глава 14
Что-то копошилось в моих волосах. Дёрнула головой, но шевеление не прекратилось – послышался возмущённый писк. Я открыла глаза. На подушке топталось не меньше десятка ши. Старательно сопя, они заплетали мои волосы в косички...
- Что вы творите...- хрипло начала я и зашлась в кашле.
- Хомос очнулась!- мне на грудь прыгнул Баако.
Подбоченившись, присмотрелся и фыркнул:
- Выглядишь ужасно!
- На себя бы посмотрел после попойки,- я приняла сидячее положение, и ши, запищав, взвились в воздух.
Баако тут же занял своё излюбленное место на моём плече – у меня даже не было сил его согнать. Голова кружилась, а в рот будто напихали войлока.
- Кто-нибудь может принести воды?
Воду принесли ово. Они же приготовили ванну. От еды я отказалась, но воды выпила столько, что начала икать. Храмовая марихуана оказалась действительно сильной. После "косяка" моего мира я пришла в себя довольно быстро. Но сейчас... В голове плавал туман, цепь событий прерывалась на моменте, когда Ээрикки куда-то меня тащил... Я надеялась, что сарторий вкоре появится и расскажет, что произошло. Но появился Конан – я только устроилась возле окна с кувшинчиком воды на коленях. А за ним – Векеса. Мурлыкнула мне приветствие и присела на подлокотник кресла, в котором расположился ликтор.
- Вижу, ваше взаимопонимание крепнет день ото дня,- хрипловато хихикнула я и поморщилась.
Вспомнила, как хохотала в храме. Наверняка, весть об этом дошла до принцепса, и это сыграет в пользу моей отставки, но всё же... Такое поведение в священном для кого-то месте…
- Как ты себя чувствуешь?- поинтересовался Конан.
- Как с перепоя… И мне не по себе, что вела себя неподобающим образом в вашем святилище. Мне жаль.
- Так что с тобой было?- подала голос Векеса.- Я тоже посещала храм, но ничего особенного не почувствовала.
- Растение, которое сжигают в курильницах, действует на людей, как эль на ши,- я вздохнула.- А где Ээрикки?
- Он… занят. Но просил передать тебе пожелания скорейшего выздоровления.
- Просил передать? А лично озвучить их не собирается?
Ликтор и Векеса переглянулись.
- Что?- не поняла я.
- Поведение сартория показалось мне странным,- проговорил Конан.- Вы поссорились?
- Когда?- удивилась я и осеклась.- То есть... не думаю. Если честно... мало что помню.
Снова этот многозначительный взгляд.
- Может, и мне скажете?- разозлилась я.- Если как-то его оскорбила, готова извиниться. Я не понимала, что делаю и что говорю!
- Вероятно, он навестит тебя позже,- успокаивающе произнёс Конан.- А теперь нужно подготовиться...
- Куда?..- простонала я.
- На встречу с Мудрыми.
- О Господи! Только этих мне не хватает...
- Отказаться ты не можешь.
- Кто бы сомневался...- охая и вздыхая, я поднялась со своего "насеста".- Кстати, как меня вернули сюда?