Ирина Тева Кумар – Меня будто нет. Как свободно проявлять себя и не жить в тени других (страница 4)
Никита искренне не понимал, что может не устраивать его супругу. Он рассказал, что в его родительской семье у отца и матери были четко регламентированные роли, с которыми те блестяще справлялись. Папа работал на заводе от звонка до звонка, его функцией в семье было добывание денег. Если же нужно было сделать что-то «мужское» по хозяйству, это не требовало напоминаний: прикрутить кран, вбить гвоздь, повесить картину. Мама же была воспитательницей в детском саду, а дома выполняла всю «женскую» работу: стирку, готовку, уборку. Все будто по учебнику. И для недовольства не было повода.
– Я не помню, чтобы родители говорили о чем-то по душам. Как-то не принято было. О быте – иногда, да и то не дольше десяти минут. А Лена спокойно может подойти ко мне в любое время со своим «Поговори со мной», и я ее слушаю часами. Она все равно жалуется, что меня как будто нет в ее жизни. Вот что значит – «нет»? А где я тогда?
Было похоже, что супруга Никиты стучится в закрытые двери его души. Фразы вроде «поговори со мной» – это попытка ощутить контакт. Вызвать у близкого человека чувства и убедиться, что она нужна и важна ему. Что он ею интересуется, ценит ее, что вовлечен в ее – и в их общую – жизнь. Но супруги говорили на разных языках: муж – на «рацио», а жена – на языке чувств.
При этом не имей Никита внутри себя ничего, что искало бы выхода наружу, он не оказался бы в кабинете психолога. Он отправил бы на консультацию жену – «Если тебя что-то не устраивает, ты с этим и разбирайся» – или сослался бы на отсутствие времени. Но нет, он здесь. А значит, в нем много жизни, которую он сам не осознает, но та непрерывно разворачивается внутри.
– Никита, а какими раньше были ваши отношения?
– Раньше постоянно что-то происходило. Мы встречались с друзьями, ходили то в театр, то на выставки. Много путешествовали… Она всегда была заводная в этом плане – могли сорваться на выходные в другой город. Мне столько движения по большому счету не нужно, я конструктор-проектировщик: люблю, когда все четко, ясно, подконтрольно и на своих местах. Но с ней было весело. А сейчас… она уехала к маме и говорит, что пока не готова общаться, что она «хочет отдохнуть от нас».
Новые ощущения создавали у Никиты и Лены чувство присутствия в мире, наполненном красками и впечатлениями. Когда декорации жизни постоянно меняются, это уводит внимание людей друг от друга и от их отношений. Но в итоге все это лишь ширма, за которой супруги прятали свое настоящее, думая, что они вместе, но на самом деле существуя параллельно. Реального живого контакта не было. Близости не было. И именно об этом пыталась сказать Никите его жена. Ее беременность – точка невозврата, когда сосуществовать по-старому уже невозможно. Не притворишься. Ведь ребенка не спрятать за ширмами концерта или прогулки в горах. На него придется посмотреть, им придется заниматься: уделять время, выстраивать с ним отношения. Малыш будет вызывать чувства. А именно этой сферы всячески избегал мой «замороженный» клиент.
Спрятанные от внешнего мира чувства – это целый вагон невыраженных импульсов. Они никуда не деваются – продолжают существовать, бушевать, ждать своей очереди во внутреннем мире человека. Но Стрелочник все жмет и жмет на красную кнопку, считая эти импульсы небезопасными.
Какие чувства мы запрещаем себе?
Людей с непроявленными чувствами можно условно разделить на три категории:
• Хорошисты – это те, у кого под запретом негатив: нельзя злиться, обижаться, быть недовольными. Например, Жанна. Она всегда общалась с коллегами вежливо, с улыбкой. Была аккуратной и тактичной. Никогда не лезла с непрошеным советом, не ставила других в неловкое положение. Просто нежный ангел! И если в неловкое положение ставили ее или коллеги поступали недобросовестно, она по-прежнему пыталась сгладить углы, никого не задеть, не ранить и не обидеть. Но эта работа по
• Силачи – люди, смеющиеся в глаза трудностям. Им сложно признавать свои слабости и связанные с ними чувства. Другая моя клиентка, Ольга, могла без стеснения пойти к начальнику, к главе корпорации, в любые вышестоящие инстанции. Она «открывала дверь с ноги», говорила громко и четко. Уверенный стук ее каблуков был слышен по коридору издалека, и тогда все знали: «Оля идет решать вопросы». О помощи никогда не просила – для нее это было равнозначно поражению. Со стороны казалось, что ничто не может вывести ее из заряженного состояния. Однако она постоянно жаловалась, что дома просто валится с ног и боится, что любая мелочь может вывести ее из равновесия.
• Индифференты
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.