Ирина Тарасова – Север (страница 24)

Элизабет резко замолчала, потому что наконец поняла, что действительно изобрела. Она была настолько ошарашена этим, что даже не смогла договорить. Девушка побледнела и замерла. Тара буквально схватила её за плечи, начал больно трясти, заставляя говорить дальше:

– И…Лекарство способно уничтожить аномалию в любом виде!

– Что вы сейчас сказали? – вдруг очухался Риман и вскочил, с грохотом уронив при этом стул, на котором сидел.

– Лекарство способно уничтожить аномалию и всё, что подвержено её влиянию даже после сорока восьми часов!

Наступила оглушающая тишина. Пятнадцать минут закончились. Кришнан взглядом показала всем молчать, но никто бы и не смог вымолвить и слова.

Глава 12

Эрик Дюранд

После пробуждения Эрик долго приходил в себя. Точнее даже не в себя, а в того нового Эрика, в которого он так стремительно превращался. Он приложил невероятно много усилий, чтобы использовать шок как катализатор для дальнейших действий. Первое время он много думал, с каждым новым днём его мысли превращались в систему, где каждая ячейка постепенно стабилизировалась, обретая смысл. Так рождался план.

Эрик прощупывал и пробовал свои силы, но так чтобы никто не знал. О своих новых возможностях он понял не сразу. Физическую силу он не проверял полноценно, но знал, что большинство преград здесь для него несущественны, слабые и разломятся как щепки при первой же попытке. Только в самый первый день после пробуждения он опробовал силу на держащих его браслетах и различных поверхностях вроде мебели, стен и пола в камере. Так никто не знал, что у него пробиты дыры за и под кроватью в его камере. Никто не знал, что почти разломил браслеты на руках и ногах, держащих его первые сутки, но не завершил это, только попробовал приложить минимальное давление и они начали хрустеть.

Ещё спустя пару тройку дней Эрик ощутил то, что должно было исчезнуть без следа, что совершенно сбивало с толку. Желание убивать и питаться человеческой плотью. Оно не исчезло, просто ушло на второй план, приобрело форму дикой, природной потребности для защиты и определения границ своей территории, отбивать то, что должно принадлежать только ему. Это стало возможным контролировать, даже совсем не думать об этом, но временами хотелось уничтожать, особенно когда тебя кто-то сильно мог разозлить. Об этом Дюранд осознано решил умолчать.

Но было ещё что-то, что Эрику не давало первое время даже нормально спать. Он слишком много чувствовал и знал, будто слушал радио с помехами и пропускал их через своё сознание. Что-то стало зарождаться. Совершенно неподконтрольное, но сильное, первобытное, необузданное, непокорное.

Впервые чёткое понимание пришло во время разговора со следующим вакцинированным Джимом Картером. Полнейший бред, что изменённые всё забывают. Да, в этом состоянии им не доступна память о прошлом, но человек, который теперь заточён так глубоко под личину смертельно опасного животного, всё ещё чувствовал, он помнил свою боль. Учёные же видели исключительно животного, буйного и желающего растерзать всех вокруг. Эрик слышал боль и захотел помочь. Он не ожидал, что ему разрешат пообщаться с Джимом, как и не ожидал того, что он узнает во время встречи с ним.

– Джим! Джим! – просто повторял Эрик. – Джим, иди на мой голос, я чувствую, что ты слышишь меня.

Дюранду пришлось некоторое время ждать, когда Картер заметит его, но ничего не говорил вслух, молча призывая. Эрик знал, что любой звук может спровоцировать ещё большую агрессию, поэтому на интуитивном уровне принял решение завладеть вниманием только взглядом. И всё же внутренне призывал Джима к спокойствию. Ведь это был их шанс, Дюранд хотел доказать свою состоятельность и психологическую стабильность, он почему-то знал, что это его первый шаг сложном на пути. И первый шаг Джима к тому, чтобы стать частью свершения новых целей Эрика. И если всё получится, то…

Но получилось намного лучше. Джим почему-то откликнулся.

– Где я?

Эрик не поверил в то, что услышал. Ведь Джим даже не открывал рта, чтобы что-то произнести. Дюранд решил проверить, осторожно мысленно спросив:

– Джим, ты меня слышишь?

– Кто вы? Где я?

Реакция Эрика была ошеломляющей, но он всеми силами старался не показывать её. Он сразу понял, что это должно быть их секретом.

– Джим, меня зовут Эрик Дюранд. Назови, пожалуйста, своё имя.

– Я не помню! Кто я! Где я! Помогите!

Джим снова стал метаться, но резко остановился, когда поймал взгляд Эрика. Дюранд это почувствовал сразу. Это необъяснимо и невероятно. Пока нельзя было найти этому название, но эйфория, накрывшая от этого ощущения, ни с чем не сравнима. Такого он ещё никогда не чувствовал. Словно он наконец нашёл частичку себя, которая была потеряна, она наполняла его. Это не просто частичка, а нечто, что делает Дюранда более цельным и сильным. И он может этим управлять. Странно… И волнительно!

– Я помогу тебе. Твоё имя Джим Картер. Тебе что-нибудь говорит это имя?

– Кажется, да. Это я Джим? Меня зовут Джим Картер?

– Да, верно. Постарайся немного успокоиться. Я помогу тебе. Хорошо?

У Эрика появилась уверенность, что он сможет помочь Джиму. Словно по невидимой нити он сможет передать ему свои силы и спокойствие.

– Но почему…? – искренне не понимал и удивлялся Джим. – Почему…?

Он так и не знал какой вопрос задать, но Эрик всё понимал, даже то, что ещё не понятно Джиму.

– Почему прекратилась тишина? Почему твоя боль наконец была услышана? Я действительно тебя слышу, Джим. Ты можешь мне довериться, ведь я тоже её чувствую. Почувствуй и мою.

В этот момент Эрик приоткрыл свою душу Джиму, он впервые после пробуждения выпустил свою боль и по невидимой связи направил другому человеку. И он её услышал, понял.

– Очень больно. Ваша боль похожа на мою. Но как вы справляетесь?

– У меня нет выбора. К сожалению. Здесь мы не имеем права страдать, мы подопытные.

– Это жестоко. В моей жизни было много жестокости, я сам был жесток, но здесь…! Это бесчеловечно. Я ведь хотел умереть. И всё ещё хочу.

Джим молча заплакал. Его душа болела и истекала кровью.

– Это было и моей целью. Я словно горел в аду и не мог выбраться оттуда. Я думал у меня уже не будет выхода. Но теперь я здесь. И, кажется, я нашёл выход. Ты со мной Джим?

Картер сперва опустил глаза, но подумав, вновь резко поднял их.

– А есть возможность отомстить?

Дюранд возликовал, но скрыл это даже от Джима.

– Ты готов к борьбе, мой друг?

– С вами мистер Дюранд я готов на всё! Только расскажите как, что делать.

И Эрик рассказал всё, что ожидает Джима и что ему предстоит сделать, когда тот станет вакцинированным. Дюранд закладывал прочный фундамент для будущей войны. Теперь Картер знал все обстоятельства, понимал, как будет действовать, верил своему мистеру Дюранду так, как не верил даже себе, боготворил его сильнее, чем когда-либо мог боготворить свою девушку и их нерождённого ребёнка, погибших вместе от передозировки запрещённых веществ, которые он сам же и поставлял ей. И этот позорный факт его жизни знал только сам Джим и теперь его любимый мистер Дюранд, который понял его и простил все его грехи.

Ещё Джим понял, точнее впитал в себя на уровне сознания, что он всецело принадлежит мистеру Дюранду. Джим отныне посвятит свою жизнь во служение своему Альфе. Дюранд объяснил, что теперь они должны быть благодарны этому этапу жизни, который они пережили в мучениях, когда они стали животными, ведь теперь они обладают силой и возможностью существовать в стае. А это больше, чем семья. Их связывает нечто, что не доступно даже в отношениях с девушками и жёнами, матерями и отцами. Это неразрывно. Это навсегда.

Дюранд почувствовал новую силу, он ощутил власть. Она его возвысила на новый уровень. Но пока об этом никто не должен знать. Ему придётся терпеть и играть свою роль подопытного, который принял ситуацию и просто идёт вперёд. Он действительно шёл вперёд, только дорога у него теперь своя, отличная от планов кого бы то ни было.

Эрику претило быть любезным и добрым с теми, кто сделал из него животного, он посвятил своё тело науке, чтобы раз и навсегда. Чтобы закончить свою историю жизни. Но теперь ему приходится изо дня в день спать, есть, мыться, справлять нужду под присмотром множества глаз. Так живут низшие существа, крысам всё равно. А он истинное создание, которому повезло собрать все навыки самых умных и сильных существ на земле – человека и хищника. Он – самое опасное создание в мире. Его должны боготворить, ему должны подчиняться.

Никлос Риман и Мартин Ковальски – эти люди искренне верили в свою власть, они пользовались ею, чтобы распоряжаться жизнями людей, но каждый в итоге получил разочарование. Причём разочарование в себе. Риман успешно руководит Астреей уже более десяти лет, каждый шаг выверен и продуман, каждый принятый сотрудник необработанный алмаз, который он находил и обрабатывал сам. Но результат, который он смог добиться благодаря своим «алмазам», Риман не смог выдержать. Ещё, конечно, не сдался, но нервы уже на пределе. Он осознаёт, что всё выходит из-под контроля, он чувствует страх. Значит интуиция истинного руководителя его не подводит.

Ковальски обладал ещё большей властью, как он думал, но когда его окружение получило предложение получше, он был предан. Сейчас это марионетка для отвода глаз, но как настоящий патриот он пока не сдаётся, в нём теплится последняя попытка по спасению человечества, в которое даже он сам уже не верит.