Ирина Сыромятникова – Специалист (страница 18)

Если я кого-нибудь убью, то это будет Бирек.

Через два дня обо мне вспомнили. Многомудрый Префект прислал за мной двух плечистых громил, а за этими в коридоре топталась еще парочка, спецы. Хорошее сочетание — опытный человек на одних лишь киборгов полагаться не станет. Я дружелюбно улыбался. Эти макаки меня не интересовали, мне нужна была другая публика, я хотел показать им ВСЕМ… Возбуждение вибрировало в мышцах и собиралось комком где-то чуть ниже затылка.

В кабинете Бирека горел мягкий голубоватый свет. Громилы остались снаружи, а спецы -внутри. Это было ошибкой. Я вдыхал полузабытые запахи травы (должно быть, у Бирека где-то стоял ароматизатор), а какая-то часть сознания превращала кабинет в абстрактную схему из кубов и квадратов. Близко, очень близко! Если мне удастся отвлечь охрану секунды на три, я прорвусь.

В кресле слева сидел Префект, на столе были разложены веером шесть пакетиков.

— Это ваше, мистер Джон?

— Да, сэр, — охотно подтвердил я и обаятельно улыбнулся.

Пристальные взгляды охранников жгли мне затылок. Нужно было нанести ментальный удар, сделать обманное движение и подкрепить его мысленным посылом. Это же спецы! У них сопротивляемость гипнозу, как у кроликов. Даже такой любитель, как я, способен запудрить им мозги. Когда охранники освободятся от наваждения, все будет кончено. То, что на занятиях в Академии мне так и не далось, теперь представлялось изумительно простым. Я осторожно прощупал спецов (оба были в режиме наведения).

— Мистер Рейкер, вы последний, от кого я мог ожидать подобного поведения. Учитывая ваше происхождение, ваши рекомендации, опуститься до такого… Позор!

Я слушал и улыбался, мысленно обещая, что за эти «рекомендации» кое-кто ответит. Должно быть, что-то в моей улыбке его насторожило. Он замолчал и неуверенно покосился на Префекта.

Я ударил. Мысленный посыл был направлен на то, чтобы убедить охранников в моем стремлении к бегству. Это как кошке бросают фантик, реакция рефлекторная. Я пригнулся, а они рванулись назад, стараясь отрезать меня от двери. Надо ли говорить, что дверь меня не интересовала? Стол Администратора был высокий, широкий и скользкий. Я проехался на пятках, но равновесия не потерял, четко зафиксировал правую руку Бирека в захват, дернул его за волосы, понуждая поднять левую к затылку, и смачно приложил его фейсом об тейбл. Он всхлипнул от боли, хватаясь за лицо, а я уже разместил ладони на его шее тем самым приемом, который мы отрабатывали только на манекенах. Интересно, каков будет Администратор Бирек без головы? Я сжал руки, но резко повернуть не успел — Префект подло поломал мои планы. Вытянув откуда-то из порток игольник, он выпустил длинную очередь усыпляющих пуль, не заботясь, кому достанется больше, мне или шефу. За мгновение до своего абсолютного триумфа я погрузился в небытие.

— Он невменяем. Невменяем и очень опасен. Страшно подумать, на что способен псионик с его знаниями, если он настроен агрессивно!

Администратор покачал забинтованной головой и поморщился.

— Я получил указания демонстрировать нейтралитет и обеспечивать ему комфортные условия.

— Плевал он на ваш нейтралитет! Он сорвался, чокнулся, сбесился. На станции три тысячи не в чем не повинных людей, вы о них подумали? Надо ли мне напоминать, почему корпорация перестала заключать контракты с телепатами?

— Мне необходимо проконсультироваться с головным офисом…

— Так консультируйтесь! А до тех пор я требую отослать его на рудники. Перемена обстановки пойдет ему на пользу.

— Хорошо. Полностью полагаясь на ваш опыт, я приму это решение, хотя оно и противоречит данным мне указаниями. Организуйте все!

Префект покинул палату.

Глава 14

Как ни странно, но мордобой с применением стрелкового оружия привел меня в чувства. Лихорадочное возбуждение сменилось апатией, хотя, вполне возможно, что дело было в каких-то медикаментах. После краткого мига обретенного могущества мир стал серым и скучным. В монотонном свете заделанной в потолок лампочки прошел не то час, не то — день. Какая разница? Сотрудники изолятора (так у корпорантов именуется каталажка) упаковали меня по первому разряду: в сложной сбруе из ремешков и браслетов невозможно было не то что драться, а даже спуститься с лестницы. Впрочем, этого и не требовалось: когда за мной пришли (люди!), мы сразу завернули к грузовым причалам, в зону пониженной гравитации.

Префект не объяснил, что он собирается со мной делать, а я был не в том настроении, чтобы расспрашивать. Один стандартный коридор сменялся другим, таким же унылым и однообразным. Охрана пропихнула меня через шлюз в невесомость маленького кораблика. По неповторимому сочетанию размеров, планировки, расположения палуб, память из другой жизни безошибочно определила: грузо-пассажирский челнок КМП-класса, модель «Алатар-6034». Так что, полетим мы не далеко.

В тесной, как пенал, каюте кроме меня сидели еще трое. Мое появление они восприняли без восторга. Охранник бесцеремонно выгнал кого-то из ближайшего ложемента и пристегнул меня к сидению. Должно быть, я выглядел, как наркоман под кайфом, я и вправду был под кайфом. Хорошо хоть наручники сняли.

Через минуту начался неторопливый (ну, очень неторопливый) полет. Пилот явно был гипертоником — с такими перегрузками даже старушки не летают. Так же медленно и неторопливо ко мне возвращалась способность мыслить, а вместе с ней — негодование и протест. И то, что я ничего не мог предпринять по поводу происходящего, не добавляло мне благодушия. Попытайся Бирек поговорить со мной, растолковать, что, мол, «мои полномочия ограничены», а «политика корпорации не оставляет мне выбора», я бы, скорее всего, отступился, а так… Если я не попытался придушить своих попутчиков, то только потому, что они, в общем-то, здесь были не причем. Да, я сошел с ума, но не настолько.

Делать было нечего, завязывать новые знакомства не хотелось. Я лежал и упражнялся в самообладании: мышцы расслаблены, дыхание ровное, пульс — глубокого наполнения. Должно быть, они решили, что я сплю, хотя никакое предположение не было бы так далеко от истины.

Настроение в каюте царило унылое. Все трое были не с Тассета и вообще — не с Внутренних Планет. Что ж, Федерация большая, люди много где живут. Непонятно было, кой черт занес их в «Пан-Галаксис».

Они тоже этого не понимали.

— Чапи-то, гамнюк, вывернулся, — с чувством цедил коренастый крепыш средних лет. — А корешей, значит, побоку!

— Будь объективен, — возражал ему сухощавый блондин с ленивой грацией пресыщенного эстета. На красиво вылепленном, аристократическом лице желтел синяк и играла ироническая улыбка. — Он с самого начала предупреждал, что так и будет. Просто кое-кому захотелось денег.

Третий пассажир отмалчивался. Это молчание одновременно вмещало в себя признание вины и вызов.

Крепыш никому не давал спать: он весь исходил бессмысленной и бесполезной активностью, пытался ходить по каюте, сидел, раскачиваясь, на краю ложемента и монотонно материл корпорации, Чапи, и каких-то безликих «козлов». Время от времени блондин брезгливо морщился и скучающим тоном приказывал «Берни, закрой пасть!». Помогало не на долго.

Принесли завтрак — четыре упаковки аварийных пайков.

По длинным монологам крепыша Берни я стал смутно понимать, что случилось. Агент корпорации предложил им дико выгодный контракт, правда, далековато от дома (они были мелкими перевозчиками откуда-то с Пограничья), но их капитан согласился. Прикол был в том, что никто из их компании не был профессиональным навигатором. Проложить новый курс от одной звезды к другой, вычертить эпюру скоростей, рассчитать режимы реактора может либо очень мощный компьютер, либо — выпускник Академии, у них не было ни того, ни другого. Они купили у вычислителя программы десятка стандартных маршрутов и слегка корректировали их в зависимости от загрузки. И так там поступали ВСЕ! Ну, просто зашибись… Естественно, корпорант предоставил им необходимые расчеты бесплатно. В один конец. А когда пришло время возвращаться, потребовал за услуги навигатора три четверти суммы контракта. Капитан быстро смекнул, в чем дело, он ухитрился перекинуть все деньги (а сумма вдвое превосходила стоимость их корабля) доверенному лицу на Инкон. Агент был в ярости, всю компанию подвели под «Билль о Занятости» и закатали на рудники.

Туда мы и направляемся.

Не знаю уж, что отчебучил этот самый Чапи, но капитану можно было только посочувствовать. Воспользоваться своими деньгами они смогут не скоро.

Сомнамбулическое движение из пункта «А» в пункт «Б» заняло более двенадцати часов, но еды больше не давали. Хорошо хоть «поилка» здесь была, и туалет работал. К концу полета мне удалось обрести некое подобие душевного равновесия. По крайней мере мученические попытки пилота пристыковаться с третьего захода не вызвали у меня ничего, кроме вялого отвращения.

Заключенных выгружали покаютно, пришла и наша очередь. Охранник в серой форме Контроля и с эмблемою «Пан-Галаксис» на рукаве, скомандовал «Вперед!». Вооружен он был только шокером, зато — мощной полицейской модели. Особых вариантов для движения не было — коридор вел к шлюзу, шлюз выводил в другой коридор. Ничего похожего на пассажирский терминал — только узкие технические переходы. Это была космическая станция, не рудник, должно быть, нас ожидала пересадка.