Ирина Суздалева – Новая жизнь (страница 24)
Я мог только кивнуть, так как боль в моем животе занимала все мои мысли, а я не должен показывать свою слабость, особенно Дону.
– Я сейчас развяжу тебя, а ты не двигайся, пока я не выйду из амбара и не уеду. Иначе кроме ножевой дырки в животе, ты получишь еще и пулю, – продолжил он, уже заходя за меня.
Я и не собирался вставать, так как не смог бы двигаться ровно, а Дону совсем не нужно знать об этом. Я почувствовал что-то холодное на руках. Миг, и веревки исчезли, освобождая мои руки. Я моментально прижал одну руку к животу. А Дон, лицом ко мне и направляя на меня пистолет, направился к выходу из амбара.
– Еще увидимся, – сказал он, прежде чем практически выбежать наружу. Прошло не много времени, когда я услышал рев байка.
Я начал осматриваться и заметил, что мой байк стоит на том же месте, где он был во время «сделки». Я поднялся со стула и скривился от боли. Сняв куртку, я кинул ее на стул, прежде чем стащить с себя майку и разорвать ее, делая импровизированные бинты. Перевязав рану и надев куртку на голое тело, я побрел к байку. Выкатив его наружу, я сел на него и поехал в сторону дома. И единственная мысль, которая не позволяла мне отключиться. Это то, что я обещал ей, что все будет хорошо.
Я подскочила с дивана, на котором мы вырубись с Мариной после довольно большого количества выпитого алкоголя, как только услышала приближающейся рев мотоциклов. На улице была глубокая ночь. Я как можно быстрее выскочила на улицу, даже не подумав о верхней одежде или обуви. Ребята уже снимали шлемы, когда я подбежала к ним. Осмотревшись и не увидев того, кого искала, я спросила:
– А где Адам?
Воцарилось молчание, а мне стало совсем не по себе. Никто из четверых не смотрел мне в глаза.
– Я спросила, где Адам? – скорее прокричала вопрос, чем спросила.
– Лия, давай зайдем в дом, а то ты простудишься, – сказал Спирит мягким голосом.
– ГДЕ АДАМ? – кричала я, уже впадая в панику.
– Лия, давай зайдем в дом, мы там тебе все объясним, – пытался уговорить меня Спирит, беря за локоть и ведя в дом.
На этот раз я не сопротивлялась. Паника уже полностью охватила мой мозг, и я не могла сопротивляться.
Как только мы зашли в дом, проснулась Марине.
– Что случилась? – задала она вопрос, вставая с дивана.
– Девочки присядьте, – все таким же спокойным голосом сказал Спирит.
– Какое присядьте? Где Адам? – уже начала злится я.
– Адам? – начала волноваться Марина. – Что случилось? Где мой брат?
Спирит только вздохнул, посмотрел на остальных и произнес:
– Мы не знаем.
– Как не знаете? – очень тихим голосом произнесла я, чувствуя, что силы меня покидают.
– Давайте вы присядете, а мы все расскажем, – включился в разговор Байт.
Он подошел ко мне взял меня под руку и повел к дивану, туда, где стояла ошарашенная Марина.
Я, не сопротивляясь, села на диван и смотрела, как Байт сажает сестру Адама рядом со мной, а парни становятся перед нами.
– Сделка прошла не так как мы планировали, – начал Шот, а остальные только кивнули, в подтверждение его слов. – Все вроде шло хорошо, но почти в самом конце, в амбар начали заезжать посторонние, тогда Пастырь и отдал приказ уезжать, но…
– Что, но? – у меня едва хватило сил произнести эти два слова. Марина вообще сидела молча, а в уголках глаз у нее собрались слезы.
– Выезжая из амбара, я увидел, как его ударили по голове, и он упал, – сказал Джек.
– Почему вы не вернулись за ним? – спросила я и, вскочив с дивана, начала надвигаться на парней.
– Потому что у нас был приказ, – зло прошипел Джек, делая несколько шагов назад, как и другие парни.
– К черту приказ, вы должны были вернутся за ним, – уже орала на них я, развернулась и начала искать свои ключи. – Где проходила ваша сделка? Я поеду за ним.
– Лия, остановись, – начал подходить ко мне Шот и сразу остановился, как только увидел мой взгляд.
– Лия, даже если мы скажем тебе, где проходила сделка не факт, что он там, – пытался отговорить меня уже Байт.
– Мне плевать. Я, по крайней мере, попробую. Марина, где ключи? – сказала я, все также метаясь по комнате.
– Лия, он бы не хотел, чтобы ты ехала за ним. А если вдруг ты пострадаешь, он никогда не простил бы себя. И если он вернется, то оторвет нам всем головы, отпустив мы тебя. Поэтому успокойся и сядь, – уговаривал меня Спирит.
После того как он произнес эти слова, я опустилась на диван и тихонько прошептала:
– Когда вернется…
– Что? – переспросил Спирит.
– Я сказала, что не если вернется, а когда… – уже громче произнесла я, обнимая Марину, которая уже тихо плакала.
– Ты права, он вернется. Поэтому давайте все сядем и подождем, а если до утра не будет никаких новостей. Мы поедем его искать, – предложил Спирит, просто поражая меня свои спокойствием.
Через несколько часов ожидания, все уснули в гостиной. Кроме меня. Я не могла спать. Сидела «смотрела» телевизор, хотя мысли были далеко. Марина уже давно спала в руках Байта на диване, а рядом с ними Спирит. Двое других спали в креслах. Когда начало светать, я встала и пошла на кухню, включила кофеварку и села за стол. Все время ожидания, я просила Бога, чтобы он вернул мне Адама. Странно, но я никогда не задумывалась о его существовании, пока не столкнулась с тем, что произошло сегодня. Наверное, когда растешь в такой семье, как моя, становишься проще относиться ко всему плохому. Но сегодня, когда я поняла, что могу потерять Адама навсегда, мне не было все равно, мне стало страшно. Страшно, что я могу его потерять, когда толком еще ничего не началось. Поэтому я готова обратиться к кому угодно, даже к Богу, главное, чтобы он нашелся.
Услышав звук, издаваемый кофеваркой, я встала, достала кружку со шкафчика, но выронила ее. Осколки рассыпались по всему полу, но мне было все равно, я услышала то, о чем мечтала услышать последние несколько часов, звук рева двигателя мотоцикла. Перепрыгнув через осколки, я побежала к входной двери и выбежала на улицу, снова не утруждая себя верхней одеждой и обувью. На этот раз я увидела того, кого мечтала увидеть еще прошлый раз. Я прыгнула на него, как только он снял шлем и развернулся, но услышав стон боли, очень быстро отскочила от него.
– Адам, что случилось? – взволновано задала вопрос я, но подняв на него глаза и прикрыв рот рукой, только тихо произнесла: – О, Боже…
– Где твоя куртка? – зло произнес он, сам корчась от боли. – И обувь?
Я не могла ничего сказать, просто смотрела на него в шоке. На что он чертыхнулся, подошел ко мне и поднял меня на руки, тут же поморщившись от боли.
– Ты что делаешь? Где еще болит? – спохватись я и попыталась выбраться, когда он понес меня в дом.
– Не дергайся. Ты делаешь только хуже, – грубо и в то же время заботливо сказал он, я до сих пор не могу понять, как у него это получатся делать.
Когда он пошел к дому, я заметила, что все проснулись, стоят и смотрят на нас у входной двери. Как только мы подошли, они быстро отодвинулись, чтобы дать нам зайти внутрь. В доме Адам опустил меня на пол и зашипел сквозь зубы. В этот момент я точно поняла, что что-то не так. Быстро повернулась к нему лицом и стала снимать с него куртку, когда увидела его голую грудь и живот, который был перебинтован какой-то тряпкой, наверное, она была когда-то майкой. Эта тряпка была вся в крови!
– Ты идиот! – рявкнула я на него, стараясь снять эти «бинты». – Зачем ты меня поднял, когда ранен? Я бы нормально дошла до дома сама.
– Чтобы я тебя не поднимал, нужно было хотя бы надеть обувь, прежде чем выскочить на улицу, тем более в феврале, – в тон мне ответил он.
Я поняла, что спорить бесполезно. Тем более я поняла, что просто так мне не стащить с него эти тряпки.
– Марина, принеси аптечку и ножницы, – сказала я, взяла за руку Адама и повела его к дивану, – а еще звоните в скорую помощь.
– Не нужно скорой, я уже вызвал нашего врача и обрисовал ситуацию. Он будет через 10 минут, – сказал Спирит, когда я заставила Адама лечь на диван, в то же время Марина принесла, все что я просила.
Я стала на колени перед диваном и взяла начатую бутылку виски, которая стояла рядом и, достав с аптечки кусочек бинта, смочила его в алкоголе. Протерев ножницы и свои руки. Я передала булку Адаму.
– Пей, будет больно.
Он принял бутылку без возражений и сделал пару глотков. Взяв ножницы, я начала обрезать бинты вокруг раны. Но бинты с засохшей кровью не поддавались, поэтому я взяла перекись водорода из аптечки и начала постепенно наливать ее по краям, чтобы как можно безболезненней снять бинты. Но как только перекись попала на рану, Адам зашипел и сделал еще один глоток из бутылки. Постепенно мне удалось снять все «бинты», и я заметила, что рана довольно глубокая и кровоточит. Я взяла из аптечки еще бинта и приложила его к ране.
– Ну и где ваш врач? – раздраженно спросила я, еле сдерживая слезы и оставаясь сильной, ведь Марина уже плакала на плече у Байта. А я должна оставаться сильной.
– Уже здесь, – сказал Джек, впуская в дом худого, невысокого мужчину с седыми волосами и чемоданчиком в руке.
– Что у нас тут? – спросил доктор, подходя к нам с Адамом.
Адам уже хотел ответить, но я его опередила:
– Ножевое ранение, довольно глубокое, нужно зашивать.
– Хорошо, – сказал он. – Отойдите, давайте я посмотрю.
Я отодвинулась в сторону, ближе к лицу Адама, освобождая доктору место.