Ирина Субач – Очень странный факультет. Отбор (страница 45)

Впрочем, это меня тоже не особо волновало.

Я шла к информационной табличке, на которой обычно разрешали клеить объявления о пропаже животных. Нужное о потере собаки нашлось сразу.

С черно-белой распечатки на меня радостно смотрел некогда ухоженный Феликс, а ниже шел стандартный текст о том, что потерялся, ищем, вознаграждение… Номер телефона и имя – «Инга».

Я потрясла головой, смахивая наваждение.

– Должно быть, совпадение, – буркнула, но невольно начала озираться по сторонам.

Взгляд искал на парковке среди сотен, а может, тысяч стоящих у человейника машин ту самую. Яркую. Желтую, как солнечный луч, иномарку.

Я выцепила ее припаркованной у въезда во двор, около арки. И меня, будто магнитом, потянуло к ней.

– Быть не может… – Я все еще не верила в такие совпадения. – Так не бывает.

И все же желтая машинка стояла передо мной, а радостный Феликс словно узнал что-то родное и вновь залился лаем. Только в этот раз радостным, он попытался спрыгнуть с рук, но я не отпустила.

Эхо разнесло лай по пустой в этой час «коробке».

Мне оставалось только найти, куда точно нести собаку, но у меня не было телефона, и даже попросить кого-то позвонить я не могла.

Разве что у дворников.

– Ника?! – раздалось откуда-то сверху.

Я подняла голову и увидела заспанную Ингу, торчащую в открытом окне третьего этажа.

– Феликс! – тут же воскликнула она, явно не веря в то, что видит. – Не может быть! Я не поверила, когда услышала лай!

На ее лице отражался миллион вопросов, впрочем, и у меня их было не меньше.

Я не понимала, как все происходящее так совпало, и мне нужны были ответы.

– Какой номер квартиры? – крикнула и, получив ответ, двинулась к домофону.

Уже внутри квартиры, стоило мне только войти и спустить Феликса на пол коридора, я не могла заставить себя пройти дальше. Потому что странное ощущение охватило меня… грусти и безысходности.

Встретившая Инга казалась счастливой, но я видела, как ее лицо осунулось и похудело с нашей прошлой встречи. Под глазами залегли глубокие круги, и вряд ли виной этому была потеря собаки.

– Что случилось? – испуганно спросила она, осматривая меня. – Ты ранена? Почему на тебе кровь?

– Все в порядке, – уверила я, уже по привычке привирая. – Очередная костюмированная вечеринка.

Инга тяжело вздохнула, присела перед Феликсом, погладила того за ухом… Собака, хоть ее и узнала, но смотрела явно недоверчиво. Застыла, приподняв одну лапу в воздухе, и словно что-то ждала.

– Ее нет, Феля, – тихо произнесла Инга. – Ты же знаешь. Ее с нами больше нет.

– Кого ее? – зачем-то спросила я.

– Мамы, – тихо ответила Инга. – Она была хозяйкой пса, долго болела. Но месяц назад были похороны, и Феля потерялся на кладбище.

Я вспомнила женщину, которая находила меня в куче мусора дважды. И мне стало стыдно.

Стыдно за грубость, которую ей выказала, за неуважение. Потому что считала злобной мажоркой, впрочем… теперь становилось понятно. Возможно, причиной всегда было плохое самочувствие, и ничего кроме.

– Мне очень жаль, – тихо произнесла я. – Но раз собака дома, то я пойду.

Я развернулась, тронула дверную ручку, но голос Инги догнал меня.

– Постой… Не уходи. Куда ты пойдешь в таком виде? Можешь не говорить правду, но я тебя не отпущу вот так.

– Это неважно, – ответила я, понимая, что моя одежда и в самом деле не имела значения.

– Важно, – возразила девушка. – Проходи, я заварю чай. И знаешь… – она вдруг принюхалась, – не знаю почему, но от тебя пахнет еще хуже, чем от собаки. Может, в душ?

Я едва заметно улыбнулась и кивнула.

– Очень сложный день.

Инга приготовила мне полотенца и какую-то одежду, а когда я вышла из душа, то обнаружила ее на кухне, ожидающей меня.

На столе стоял парящий чай, а рядом тарелка с котлетами.

– Вот, успела разогреть, ты, наверное, голодная, – произнесла девушка, и я только кивнула.

Сама не поняла почему, но накинулась на еду, смела все, что было на тарелке, и только допив последнюю каплю чая, удовлетворенно откинулась на спинку стула.

Все это время Инга молча наблюдала за мной, не обронив ни словечка, лишь когда я закончила, произнесла:

– Ты ведь никакая не студентка? Да? И никаких вечеринок не было?

Я хотела соврать, но потом почему-то остановила себя.

Да какого хрена я буду врать той, кто столько раз меня выручал?

Можно было бы бояться команды зачистки, про которую рассказывал Мишель, но почему-то я знала и была уверена, что никакая команда к Инге не придет.

– Не студентка, – подтвердила я. – И вечеринок не было.

– Ты в беде? – задала следующий вопрос она. – Может, стоит вызвать полицию?

Я отрицательно замотала головой.

– Все уже в порядке. Поверь. Да и полиция не поможет.

Инга сделала жуткое лицо.

– Бандиты? Ты можешь мне довериться? Поверь, я знаю, к чему может привести плохая компания. У меня сестра… была в такой истории.

– Сомневаюсь, что в такой. – Я нашла в себе силы выдавить улыбку, скорее, чтобы успокоить Ингу, которая сама себя начала накручивать. – Просто не бери в голову. Со мной точно все в порядке.

– И все же… – Инга встала из-за стола, прошла куда-то в комнату и вернулась с рамкой и фотографией. – Это моя сестра, знаешь, когда она умерла, мама тут же и сдала. Уверена, если бы сестра не попала в дурную компанию, ничего бы не произошло…

Я смотрела на фото, и горло пересыхало.

– Как ее звали? – только и смогла произнести я.

– Аня. – Инга невесомо погладила изображение. – Хотя ей нравилось, когда ее зовут Шерри. Дурацкая кличка, я всегда говорила, что это имя для собаки. Но она не слушала.

– Шерилла… – прошептала я, как мне казалось, едва слышно, но глаза у Инги округлились.

– Как ты сказала? Откуда… Ты ее знала?

Я замолчала, поджав губы.

Мне нельзя говорить правду. Я точно знала, что правда ничего не принесет Инге. Ни счастья, ни успокоения, ни облегчения.

Ведь из одной беды, погибнув в этом мире, Шерри попала в другую.

Я даже не знала, где она сейчас, последнее, что помнила, – это слова Стефаниуса о том, что Шерри согласилась составить выгодную партию какому-то столичному богачу.

– Скажи мне правду, – взмолилась Инга… – Прошу! Помнишь, ты говорила, что хочешь отблагодарить. Так вот, просто скажи. Умоляю. Ты знала ее? Ты в такой же беде? Если так, то я придумаю, как помочь.

От бессилия я сжала свои кулаки так, что кончики ногтей до боли впились в кожу. Я прикрыла глаза, а после выдохнула.

– К черту… пошло оно все к черту… – Я подняла глаза на Ингу и ответила: – Твоя сестра жива! И нет, я не в беде! А вот она да. И знаешь, я сделаю все, чтобы вытащить ее из нее.

Инга смотрела на меня и то ли не верила, то ли верила. Но по ее лицу блуждали тени…