Ирина Субач – История одной убийцы (СИ) (страница 27)

Мне захотелось истерически расхохотаться. Отличное предложение со стороны графа, а главное любезное: исчезнуть из моей жизни так же быстро, как в ней и появиться, вот только было одно “но”.

— Вы разорвали на мне платье, разнесли пол номера, который между прочим, оформлен на мое настоящее имя. Поэтому спешу сообщить, что платить за этот беспредел мне нечем, да и в общем-то не буду.

Собственно, если с платьем ситуация была вполне поправима, то счет за номер рисковал быть неподъемным для кошелька вдовы барона Клайвшота.

— У вас есть второй наряд, — граф кивнул на целое платье, в котором я пришла, будучи в образе Роуз. — За номер не беспокойтесь, я все оплачу.

— Надеюсь, на ваше благородство, — не без доли ехидства отозвалась я, про себя отмечая, что уже не чувствую себя затравленной ланью.

В следующий миг, дверь комнаты хлопнула. Граф все же сбежал, оставляя меня наедине с собой.

Времени жалеть себя дальше жалеть не было. Я решительно вскочила на подрагивающих в коленях ноги и кинулась закрывать за Эдрианом замки, чтобы не дай бог, не вернулся, а уже после принялась снимать с себя остатки роскошного наряда.

В ставшем тряпкой платьем уже не было чем восхищаться. Вышивка порвана, аметисты разбросаны по всей комнате. Будь у меня больше времени, я бы облазила каждый миллиметр номера и собрала камни, все же не в моем положении разбрасываться подобным богатством. Сейчас же подобрала парочку, засунула в ридикюль, и принялась облачаться в скромное, но такое привычное траурное платье. Родная внешность вернулась с легкостью и даже внутренней радостью. После случившегося, превращается в такой любимый доселе образ роковой брюнетки, я не собиралась никогда. А едва я была полностью готова, в дверь постучали. Я невольно вздрогнула, боясь, что вернулся граф.

— Кто там?

— Хозяин отеля, — раздался требовательный голос. — Один из постояльцев, заявил, что нанес ущерб комнате. Мне необходимо оценить потери. Откройте!

Мне вдруг захотелось все же сбежать через окно, лишь бы не выполнять требования. Но взяв себя в руки, заставила подойти и отодвинуть щеколду.

За дверью меня ожидал гневного вида худощавый мужчина, средних лет. Было видно, что его подняли с кровати, разбудив среди ночи. За ним стоял мальчишка-администратор, растерянный и чем-то напуганный. Замыкал эту компанию граф.

— Как видите, — сообщил он хозяину. — Ущерб не столь катастрофичен, но я готов оплатить!

Сам же владелец отеля, разглядывая разнесенный номер, потерял дар речи.

— Не катастрофичен? — взревел он. — Да здесь ремонт на тысячи золотых.

— Не преувеличивайте, — покачал головой Эдриан. — Цена этому клоповнику не больше пятидесяти монет.

— Я вызову полицию, — взревел хозяин, от этого голоса мне захотелось втянуть голову в плечи.

— Пожалуйста, — слишком легко согласился граф. — Тогда все выплаты в рамках судебной тяжбы, после того, как компетентный оценщик подсчитает точные затраты на восстановление этой каморки. Думаю, на тридцати золотых все закончится!

Слова Эдриана возымели действия. Хозяин отеля осекся и призадумался.

— Сто, — это мое последнее слово.

— А пятьдесят, мое, — не уступил Малкольм и в итоге победил.

На меня в этом поединке никто даже внимания не обратил, до того момента, как Эдриан не отсчитал положенную сумму.

— И даму свою заберите, — буркнул умасленный хозяин. — В следующий раз для своих извращенных игрищ выбирайте отели моих конкурентов. Там хоть все разнести можете!

— С удовольствием воспользуемся вашим советом, — отозвался граф, делая мне едва уловимый кивок, чтобы поскорее выходила из номера.

Не то чтобы я хотела с ним куда-то идти, но раз обстоятельства сложились подобным образом, то и покидать гостиницу я была вынуждена с Малкольмом.

Уже на улице осознала, как близок час рассвета. Где-то на востоке уже начинало светать, а значит домой я безнадежно опаздывала.

— Мне пора, — буркнула графу, круто разворачиваясь на каблуках, чтобы убраться подальше.

— Могу я хотя бы довезти вас до дома, Роуз? — послышался голос мужчины, а еще догоняющие шаги. — Да, я вел себя неподобающе, но ничего не мешает мне поймать возницу и оплатить вам дорогу.

— Вы, наверное, думаете, что я полная идиотка, если решили, будто соглашусь? — не снижая темпа ходьбы, буркнула я. — К своему дому я вас и близко не подпущу, так что будьте добры выполнить свое обещание и исчезнуть из моей жизни прямо сейчас.

Но шаги позади и не думали прекращаться: граф упорно следовал за мной, а я, будто спиной, ощущала его снисходительную улыбку.

— Я не считаю вас идиоткой, но ваш адрес перестал быть тайной, едва вы озвучили свое имя.

Как вкопанная я замерла на полушаге. Слова графа казались блефом, однако в голове прокручивались догадки о том, где я могла проколоться. Решение не находилось, и я почти убедила себя в том, что Малкольм затеял очередную игру и теперь пытается обмануть и запутать меня. Вот только переубеждая меня и явно насмехаясь, мужчина вслух произнес мой адрес.

— Улица Чертополошья 13, баронесса Розалинда Клайвшот, — констатировал он. — Или вы думали, что я забуду адрес, куда направлял курьера с платьем? Конечно, стало некой неожиданностью, что искомая мною девушка и та, о которой Мишель Лонтье отзывался, как о несчастной вдове, не терпящей мужчин, — одно и то же лицо. Но я тоже не идиот, умею совмещать факты.

Пришлось прикусить губу — глупо вышло. Меня выдала мелочь и чересчур длинный язык одного талантливого художника.

— Раз вы знаете адрес, то можете догадаться, что возница не пригодится, — развернувшись лицом к оппоненту, рыкнула я. — Мне до дома десять минут неспешным шагом и можете быть уверены: я с удовольствием преодолею несколько кварталов без вашей помощи!

Мне казалось я говорила убедительно, но, видимо, недостаточно для того, чтобы этот тип отстал.

— Через несколько минут рассвет, — упрямился он. — И мне будет спокойнее, если я все же провожу вас. Даже несколько кварталов могут быть опасными в этот час.

— Я могу постоять за себя! — как отрезала и вновь двинулась в своем направлении.

— Можете, но только ночью. С первыми лучами солнца это тело… — он смерил меня оценивающим взглядом, — …станет слабым, как мышь.

Я вспыхнула от возмущения: сравнение с животным мне не понравилось, но вместо выяснений просто ответила той же монетой.

– А знаете, — ехидно проворковала я. — Если вам так нравится бежать за мной следом, тогда пожалуйста. Можете побыть моим цепным псом!

Раз мой адрес раскрыт, то особо шифроваться смысла не было и следовало поспешить домой.

Внутри поселилось беспокойство, что матушка с сестрами уже могли вернутся, а меня не застать. С них бы сталось проигнорировать мою просьбу не будить, ведь на маскараде произошло столько событий, с которыми они непременно поспешат поделиться.

Завернув в ближайшую подворотню, я двинулась вдоль темных стен, петляя в закоулках. Малкольм молчаливо и ненавязчиво двигался чуть позади. Реплику про “пса” он все же спустил на тормозах, хотя я прекрасно понимала, что за эту поблажку от меня чего-то ждут. И, вероятно, ждут чего-то определенного.

— На что вы рассчитываете? — спустя квартал все же не выдержала я. — Если на близость, то можете даже не мечтать.

— Это я и так понял из наших предыдущих разговоров.

— Тогда что? — не унималась я. — Или вы уже передумали исчезать из моей жизни?

— Напротив, с каждой минутой все больше убеждаюсь, что должен бежать от вас как можно дальше.

— В чем же проблема? Бегите. Или вам необходим ускоряющий пинок?

— Пинок вряд ли, но поцелуй быть может…

Я закатила глаза. Конечно, выбирая между сексом и прикосновением губ второе было куда предпочтительнее. Да и приток фактически дармовой энергии искушал. А сам граф явно не отстанет, не добившись от меня хоть подобия ласки.

— Один поцелуй, и вы не ищите со мной новых встреч, — после недолгих раздумий предложила ему, тут же добавляя: — В ближайшие сто лет точно.

Малкольм ответил, едва мы повернули на мою улицу:

— Этот поцелуй выходит для меня столь дорогим, что я буду вынужден искать в договоре лазейки.

— Тогда ваше слово не будет стоит и гроша, — легко парировала я.

— Впрочем, мы можем обговорить на одно исключение: если вы сами не попросите меня о помощи или встрече.

— Никогда такому не бывать, — сходу восприняла я эту идею в штыки.

— Не зарекайтесь, Роуз, — спиной я опять почувствовала улыбку на его губах. — Если я что-то и понял за тысячи лет, так это то, что никогда нельзя быть в чем-то уверенным.

— И все же никогда, — твердо стояла на своем. — Никогда я сама вас не позову. И кажется, мы дошли до моего дома.

Я остановилась у секретного лаза в заборе, за которым раскинулся сад матушки. Через главные ворота путь мне был точно заказан, а посему расстаться с Малкольмом я собиралась уже здесь и сейчас.

— Что ж, целуйте, — равнодушно дозволила ему тоном, будто согласилась на великое одолжение.

Мужчина медленно приблизился ко мне, я разглядела каждую черточку его точеного, идеального лица. Сейчас я ни капельки не боялась графа, наверное, близость дома позволяла мне чувствовать себя увереннее рядом с ним. Быть может поэтому я даже не закрыла глаз, когда его губы коснулись моих.

Поцелуй был… никаким.

Безвкусным.

Умелые движения губ Эдриана конечно завлекали, и несомненно, будь я простой девушкой, граф вскружил бы мне голову и даже сорвал бы не один стон. Но… для меня это было никак. Я чувствовала поток энергии, тянущейся от него ко мне: сильной, упорной, живительной, но абсолютно никакой.