Ирина Соловьева – В потоке творчества: путешествия и подвижничество. Терентiй Травнiкъ в статьях, письмах и дневниках. Книга четвёртая (страница 21)
Взял весло, поддел одну из них, как тут же прямо из воды послышалось красивое мелодичное пение, что-то вроде: айла-ай… айла-айла… Думал, что чудится: зажал уши, отжал, но пение не исчезало – кроме того, я разглядел новые детали под водой: там, где стояла лодка, было неглубоко и песочек илистый, смотрю, а этим самым песком присыпан… рыбий хвост, большой, даже, сказал бы, огромный. И тут этот самый хвост слегка шевельнулся, слегка подвзмучивая песок, и замер. Хорошо просматривалась серебряная чешуя, да такая яркая, что аж глаза слепила. Я замер, а хвост шевельнулся и, вроде как в песок зарываться стал, по крайней мере совершал именно такие движения, подымая муть со дна.
Тут я снова услышал тихий хор дивных женских голосов, и такая меня радость охватила от всего этого, что я и не заметил, как расслабился и задремал. Очнулся от того, что лодку стало сильно раскачивать, да и отнесло ее изрядно от берега, она же не внатяг была привязана.
Присел, глянул в воду, вот те на – а дна и не видно! Смотрю и вдруг вижу, как три нагие белые-белые женщины проплыли под водой, да такие, что ростом все меньше метра и очень худые, а волосы у всех белые-белые и длинные, метров по пять, как мне показалось. Вот тут-то я и догадался, что это за нити светящиеся были, протянутые к лодке – их волосы. Обомлел так, что не заметил, как на берег вышла Гуля, тянет лодку за веревку, а сама кричит, чтобы я весла не трогал и не шевелился, а то утащат меня эти красавицы.
Я подчинился, лег на дно лодки и замер, а песня все громче продолжается. Гуля дотащила лодку, залезла в нее, взялась за весла, и мы молча поплыли назад. Она лишь буркнула, мол зря я не послушался ее и заснул, потому как они спящих как раз и таскают на дно. «Кто это – они?» – поинтересовался я. «Как кто? Русалки, конечно, а то не ясно…», – ответила она, и стала что-то быстро забормотала себе под нос.
Так до сих пор и не знаю, приснилось ли мне это или нет, но то, что пение слышал не во сне, это точно, даже на диктофон записал, но вместо хора почему-то какой-то писк и скрежет только и слышен был. Гуля еще в лодке у меня взяла его и в воду бросила. «Не наше с тобой это дело», – говорит, – не наше». Я промолчал.
В Москве я рассказал о случившемся своему другу, художнику Дамиану Михайловичу Утенко̀ву. Он многие годы путешествовал и немало знает. Внимательно выслушав, он пояснил, что раз поют, то это дивы-русалки. Обычно они без хвостов и с очень длинными волосами, которые если дотронешься жгутся. Было время, когда Дамиан много интересовался русалками, а в Бирюлеве любил гулять вокруг местного пруда и всё больше по ночам.
– К русалкам пойду схожу, – бывалоча шутит, а сам щуриться и улыбается, поблескивая живыми знающими глазками.
В ночь на Ивана Купалу с 6 на 7 июля 2014 года он погиб – утонул в этом пруду. Нашли его не сразу. История, непростая, можно сказать, что темная: по сей день все ищут виновных, а не находят. Кто знает, может русалки его и… утащили?
Монастыри Переславля- Залесского
Никитский мужской монастырь
Современные насельники, живущие в Никитском монастыре, что на Плещеевом озере в Переславле-Залесском, придерживаются версии, что он был основан в 1010 году. Именно тогда сын Владимира Святославовича Борис вместе с епископом Илларионом стал строить первые христианские церкви вокруг Плещеева озера. Считается, что один из этих храмов и был первой монашеской обителью, которую создали для распространения христианской веры среди язычников. А посвятили монастырь Великомученику Никите. Этого святого христиане еще называют Никитой Готским, поскольку по происхождению он был готом и родился на дунайских просторах. Согласно церковным летописям, Никита мученически погиб в 372 году, и позже был канонизирован христианской церковью как святой. Если опираться на литературные источники, то до монгольского периода в истории Руси, Никитский монастырь нигде не упоминается. Только в составленном в XV веке жизнеописании Никиты Столпника из Переславля приведены первые факты о жизни Никитской мужской обители. Именно после появления в его стенах преподобного Никиты, монастырь приобретает большую известность и популярность в пере-славских землях. Произошло это в конце XII века. Согласно жизнеописанию, Ники-та был раскаявшимся грешником и жил в монашеской обители в смирении и молитве. Он обладал даром цели-тельства, носил метал-лические вериги и каменную шапку. И даже вырыл глубокий столб-колодец, на дне которого неустанно молился. За это он и получил прозвище Столпника. Здесь же, в монастыре, Никита при странных обстоятельствах был убит. Похоронен иноками в храме, позже названном его именем – Великомученика Никиты.
Никитский монастырь. г. Переславль-Залесский. 1995 г.
Федоровский женский монастырь
Монастырь заложен в память и на месте битвы 1304 года между войсками московского князя Юрия Даниловича и тверского князя Михаила Ярославича; отмечает место победы русских над русскими, – трагического момента в истории России. Победа москвичей случилась 8 июня в день Фёдора Стратилата. Здесь был убит знаменитый боярин Акинф, родоначальник бояр Челядниных. По рождению сына Фёдора в 1557 году царь Иван Грозный повелел построить церковь в Феодоровском монастыре. Этот храм в честь Феодора Страти-лата стал главным собором монастыря и сохранился до настоящего време-ни. Феодоровский монастырь до 1667 года был мужским. В конце XIX века была основана Алексиевская пустынь, приписанная к монастырю. К 1916 году число насельниц обители достигло 500 человек; монасты-рю принадлежали три пу́стыни, 4 церковно-приход-ские школы. До закрытия монастыря в 1923 году пастырское попечение над монашествующими и богомольцами осуществлял священник Николай Викторович Дунаев (расстрелян 27 ноября 1937 года). В июне 1923 года монашеская община, существовавшая с 1918 года в форме сельскохозяйственной артели, была ликвидирована.
Свято-Никольский женский монастырь
Этот мужской монастырь основал в 1348 году родившийся в Переславле Дмитрий Прилуцкий, который происходил из богатой купеческой семьи. Монашеский постриг он принял в Переславле, в Горицком монастыре. Там же он стал и священником. После основания новой обители Дмитрий Прилуцкий стал ее игуменом. Он хорошо знал Сергия Радонежского и был с ним духовно близок. Кроме того, Дмитрий Прилуцкий являлся крестным отцом детей великого князя Дмитрия Донского. Место, где вырос новый, поначалу деревянный монастырь, было низинным, заболоченным и заросшим кустарником и деревьями. Поэтому в старых документах обитель часто называют Николаевский монастырь на Болоте. Он сразу приобрел известность и привлек множество верующих. Обстоятельства сложились так, что к концу XIX века там жило всего 5—6 монахов. И по предложению переславских жителей Святейшим Синодом монастырь был преобразован в женский. В 1898 году его возглавила игуменья Антония. Под ее руководством новые насельницы быстро освоили территорию, отремонтировали старые и возвели новые постройки. Например, в 1900 году, благодаря финансовому участию благотворителей, в монастыре отстроили двухэтажную ризницу. Кроме того, монахинями проводились большие работы по реставрации и золочению старой богослужебной утвари, а также пошиву и приобретению новых парчовых риз.
Кострома
– старинный русский город, раскинувшийся на берегах реки Волги в месте впадения в нее реки Костромы в трехстах км к северо-востоку от Москвы и более шестидесяти, от Ярославля. Точная дата основания города неизвестна, но историк Василий Никитич Татищев (1686—1750) во время своей работы над изучением жизни и деятельности князя Юрия Долгорукого предположил, что Кострома была основана в 1152 году, что всего лишь на пять лет позже, чем основание Москвы.
Несмотря на то, что это предположение не имело под собой никаких исторических доказательств, 1152 год официально признан годом основания города. Между тем, на основании данных археологических раскопок можно смело утверждать, что в районе впадения реки Сулы в Волгу, на левом ее берегу уже в 11—12 веках стояла крепость и торгово-ремесленный посад.
Примечательно то, что герб города – ладья, стал первым гербом, официально утвержденным на Руси. Его в 1767 году Костроме пожаловала императрица Екатерина II, посетившая эти места во время своего круиза по Волге. Екатерине настолько понравился город и его жители, что она не только даровала герб, но и утвердила план дальнейшей застройки. Легенда гласит, что императрица в ответ на вопрос об облике города раскрыла веер. Планировка в виде веера сохранилась до сих пор – улицы-лучи сходятся на Сусанинской площади, где расположены многочисленные торговые ряды.
Заканчивая краткий исторический обзор о Костроме, поделюсь еще одним эпизодом, связанным с городом, вернее, с запомнившемся мне циклом передач ГТРК «Кострома», снятом в 90-х годах ХХ столетия с названием «Прогулки по улицам Костромы», где журналист Алексей Юрьевич Василенко совместно с краеведом Борисом Николаевичем Негорюхиным (1931—2003) неспешно прогуливаясь по Костроме, попутно рассказывали некоторые исторические факты об этом старинном городе, его зданиях и людях. Передача Василенко и Негорюхина – целое событие в культурной жизни. Многие костромичи хорошо ее помнят. О сотрудничестве с известным в городе краеведом Борисом Негорюхиным и начале работы над циклом, журналист рассказывает, что «всё началось в 1993 году, почему-то запомнилось, что первая съемка проходила 6 января. Вот так мы и ходили с Борисом Николаевичем по костромским улицам целых пять лет и сделали пятьдесят передач. Негорюхин рассказывал, я ему подыгрывал, задавал вопросы. Перед началом каждой съемки Борис приносил два листочка с фактами о той или иной улице, но подготовленный текст отсутствовал: была устная речь, импровизация, вплоть до того, что прямо в кадр на улице, к нам подходили люди. О чем-то спрашивали, мы им отвечали или обещали ответить в следующей передаче. Получалось живо, непосредственно, наверное, поэтому передача имела успех. В 1998 году работа над циклом о Костроме закончилась».