Ирина Снегирева – Вернуть невесту. Дракон в академии (страница 2)

К сожалению, ужин быстро подошел к концу. Отец уехал к соседям, бабушку позвала экономка, и мне показалось, что та радостно сбежала, чтобы не остаться один на один с внучкой. Можно было потребовать выслушать меня, однако было ясно, что выхода нет.

А раз так, то оставалось действовать самостоятельно. До отхода ко сну еще было долго, и я решилась на побег. Пешком мне за ночь далеко не уйти, а если попросить конюха Натана, моего друга с детства, тогда у меня будет шанс избежать навязанного брака.

До одури не хотелось выходить замуж за дракона, но еще больше я не желала запечатывать магию. Мне нравилось чувствовать ее в крови, нравилось осознавать свою силу. Жаль, что из всех родственников только матушка владела магией по-настоящему. Приглашенные репетиторы были неплохими, но не настолько опытными, чтобы действительно научить меня чему-то важному. Но главное, только диплом академии освобождал меня от власти отца, а занятия на дому этому даже не способствовали. Сегодняшний жесткий разговор с лордом Брендом только доказал мою правоту.

Но что за дракон этот Ричард Лерой?! Кажется, я видела его фамилию в списке известных родов в одной из книг нашей библиотеки. Туда я и пошла, предварительно отправив со слугой записку Натану, чтобы был готов, как только стемнеет. Разумеется, свое послание я зашифровала, потому что ставка была слишком высока, чтобы из-за случайности кто-то мне помешал.

Оказавшись в библиотеке, я повертела головой, решая, с какого стеллажа стоит начать. Взгляд сам собой упал на гобелен, на котором был изображен дед, копьем пронзающий вепря. Честно говоря, зверя было жаль. Предка тоже, потому как я подозревала, что бабуля убрала его с глаз долой, но так, чтобы никто не догадался.

В коридоре послышались торопливые шаги, и я, как школьница, зачем-то схватила первую попавшуюся книгу с ближайшей полки и нырнула за гобелен. Спросите меня, почему я это сделала, и сама не скажу. Предчувствие.

В библиотеку вошли двое и сразу прикрыли за собой массивную дверь. Я замерла и как-то незаметно прижалась к углу ниши, готовая, подобно ребенку, положить книгу на голову и заявить, что я в домике.

– Дин, что ты узнал? – послышался нетерпеливый голос бабушки.

Ох, она с Динаром Лукаром! Другом детства, преданным ей до мозга костей и служившим у нас довольно много лет.

– Подожди, Луиза, надо убедиться, что здесь никого нет, – перебил Лукар, и я поняла, что сейчас мое местоположение будет раскрыто.

– Ты еще за гобелен загляни, – иронично хмыкнула бабушка.

Плотная ткань, отделяющая меня от присутствующих, дернулась. Я приготовилась к разоблачению, чувствуя, что в нише становится жарко, и даже наполовину отдернутый гобелен не способствовал движению воздуха. А еще эта пыль, от которой начало свербеть в носу. Похоже, слуги тоже не жаловали деда и не желали чистить тряпичную картину.

– Ты не забыла? – В мужском голосе проскользнула надежда.

– Это было до моего брака, – несколько чопорно парировала бабуля. – Так что забудь. Я старая, и у меня проблема. Что ты узнал?

– Старая она, придумала тоже, – буркнул Динар.

– Так что ты узнал? – перебила бабушка.

– Луиза, твой сын проигрался в карты на крупную сумму.

– Еще и это! – зашипела родственница. – И теперь ему нужны деньги.

Гобелен был немедленно отпущен, и я едва заметно выдохнула, словно меня только что выгнали с эшафота.

– Это правда, что лорд Генри забирает Кэтти?

– Правда, Дин, и это раздражает. Сдается мне, что спешка со свадьбой как-то связана с дурным пристрастием Генри.

– Так и есть. Те деньги твой сын проиграл теневому барону. А судя по тому, что лорд Бренд все еще жив, долг оплатил Ричард Лерой.

Вот же не повезло! Жених тоже картежник?! Иначе откуда он узнал про долг отца?

– Я подозревала, что все неспроста! – прошипела бабушка и топнула каблуком.

У меня же сердце замерло, а в горле перехватило от досады. Что бы отцу еще неделю не потерпеть со своими играми! Я бы успела поступить в академию и была недоступна для предъявления родительских прав.

– Что будешь делать, Луиза?

– Девочке надо учиться, а Лерой… Он дракон и инквизитор.

– Бывший, – добавил Динар.

– Не смеши меня, ты прекрасно знаешь, что бывших инквизиторов не существует. К тому же у Кэтти нестабильная магия, а вдруг станет ведьмой?

– Но не черной же, Луиза!

Я кивнула в знак согласия с Лукаром и ударилась затылком о стену. Вырвавшееся от боли шипение вовремя прервала.

– Разумеется, нет. Но мне все это не нравится. Мне нужно подумать, Динар. Спасибо за помощь.

– Луиза, ты же знаешь, что я не могу отказать тебе ни в чем.

Послышался шелест одежд, и я заткнула уши, чувствуя, как краснею. Они целуются?! Однако почти сразу раздался торопливый стук каблучков, а следом хлопнула дверь.

Несколько минут я стояла в нише, боясь пошевелиться. Динар Лукар – непростой человек и маг, хоть и слабый. А если меня не обнаружили, значит, он был слишком занят бабушкой или добытыми сведениями. Увы, последние меня крайне беспокоили.

Получается, отец проиграл меня?! И пусть все звучало не совсем так, но итог от этого не изменился. Из-за пристрастия лорда Бренда мне надлежит выйти замуж за инквизитора и всю жизнь помнить об этом, не забывая рожать ему детей.

От бессилия я стукнула кулаком о стену. Затем еще раз. Боль позволила прийти в себя, что было к лучшему.

Я вышла из-за гобелена и с удивлением обнаружила, что в руке держу справочник по высшим драконьим родам королевства. Быстро пролистнула его и почему-то не удивилась, наткнувшись на род Лерой. Судя по тексту, лорд Ричард старше меня на десять лет, а значит, наверняка желает размножаться известным способом.

Рассматривать профиль дракона было некогда. Хватило одного взгляда, чтобы причислить Лероя к неразговорчивым хмурым мужчинам. Неплохо, болтунов я никогда не любила, но в этом случае мне было все равно.

Я захлопнула книгу, сунула ее на полку и направилась к себе. Вещи сами не соберутся, а мне нужно поторапливаться.

Очутившись в комнате, я сразу открыла шкаф с нижним бельем. Подхватила одну стопку и положила ее на кровать. Затем взялась за вторую и пристроила рядом. Остановилась сразу же, едва поняла, что, кроме выбранного, ничего прихватить с собой не получится. Я не лошадь и даже не пони! Разве что пару туфель привяжу через плечо, чтобы в руках не мешались. А ведь есть еще множество необходимых вещей. И я уже не говорю о платьях, без которых я обойтись точно не смогу.

Кое-как определившись с ассортиментом, я с тоской поняла, что придется довольствоваться малым. Разве что со временем смогу прикупить себе что-нибудь. Или попрошу бабушку прислать мне все необходимое, раз уж я сама все равно к этому времени буду учиться. Взглянула на скособоченную кучку выбранных вещей и отняла от нее треть.

Пробурчав себе под нос про все ту же лошадь, я обнаружила, что насчет сумки не подумала. Зато было покрывало, концы которого я связала узлом.

Брючный костюм для прогулок показался наилучшим вариантом для путешествия, но он мог привлечь внимание слуг. И все же я рискнула им воспользоваться.

Настала очередь шкатулки с драгоценностями. Хоть у меня и были наличные деньги, но я предполагала, что потребуется гораздо больше. Ночевка в придорожных гостиницах, необходимое пропитание – все это требовало средств. Я надела на шею одну цепочку из тех, что мне достались от бабушки, а с отцовским подарком поступила иначе. Сунула в карман, жалея, что все приходится делать в спешке. В книгах герои зашивали украшения в подкладке, красили их под дешевую бижутерию. У меня же попросту не было на это времени, а качественные иллюзии пока давались плохо.

Я взялась за узелок, оказавшийся довольно тяжелым, подошла к зеркалу, чтобы оценить внешний вид. И тут в дверь постучали.

– Кэтти, ты у себя? – послышался голос бабушки.

– Минуточку, сейчас оденусь! – крикнула я.

Метнулась к кровати и кое-как запихала под нее вещи. Убедилась, что ничего не выглядывает, и пошла открывать.

– Проходи, – произнесла я, пропуская бабулю к себе.

Отказываться она не стала. А едва за ней закрылась дверь, как поинтересовалась:

– Готовишься к побегу? – Бабушка взглядом указала на мою одежду. Увы, подарок отца и мачехи, витая цепочка, самым вероломным образом выглядывал из кармана. – И даже мне ничего бы не сказала?

В голосе бабушки прозвенели жесткие ноты. Такое случалось редко, а вот сейчас был тот самый момент, когда леди Луиза Бренд сердилась. Надеюсь, что не только на меня.

– Сказала бы, – призналась я. – Ба, я бы оставила тебе записку, чтобы ты не волновалась.

– Спасибо и на этом, – отозвалась бабуля и осмотрелась.

Нахмурилась.

– Кэтрин, я должна была раньше с тобой поговорить, но, не зная всех обстоятельств, не хотела напрасно обнадеживать.

– Он ведь не передумает.

– Нет, девочка моя. Твой отец упрямее осла, а тут замешаны деньги. Очень большие. И тебе действительно надо уехать. И чем скорее ты очутишься в академии, тем лучше. – Глаза бабушки заблестели, и она на минуту отвернулась, сделав вид, что пейзаж за окном занимает ее гораздо больше, чем собственная внучка.

– А ты? – Я сунула в карман ту предавшую меня цепочку и подошла к бабушке со спины. Обняла ее, почувствовав родное тепло. – Отец ведь будет сердиться.

– Придумаю что-нибудь, – пожала плечами бабуля и повернулась ко мне.