Ирина Смирнова – Троллья поганка (страница 15)
– Кабан-то вам не верил, дрался до последнего. А когда ты уже привык, что тебя любят, то бежишь на зов друга как дурачок. А он тебе нож… в сердце. И все!..
У меня возникло странное чувство, что последние несколько фраз были сказаны не о свиньях, диких или домашних. Но, чтоб я кикимору первой женой взял! Рассуждал эльф верно.
Кабана я убил. Пусть не обманом, а в честном бою. Вампир же будет просто кровь пить, как… комар, только крупный. И… прихлопнуть этого комара практически невозможно.
Старики рассказывали что-то про осиновые колья и солнце. Да этот кровосос даже сам упоминал, что у него с солнцем отношения сложные.
Вот только зачем мне его убивать, если он вроде как… наш комар. Ручной. Но на всякий случай я предупредил:
– Чахла, если вдруг мне покажется, что твой неправильно клыкастый знакомый к кому-то из вас перекусить полез, я с ним разберусь! И плевать мне с самой высокой ели на то, что он меня вроде как спас. Пусть держится от нас подальше, ясно?
– Больно ты ему нужен, – насмешливо фыркнула поганка, только взгляд при этом в сторону отвела. Не стала меня сверлить с наглой самоуверенностью, как обычно. – Давайте уже ужинать!
Мы поели почти в тишине. Я жевал и помалкивал. Чахла, как ни странно, тоже суп свой наворачивала и шашлыком закусывала.
Вкусно вышло!
Зато у белобрысого рот не закрывался.
Вот как за день не устал? Да у него уже язык отваливаться должен. Ни одна кикимора знакомая столько не тараторила. Уверен, он бы и русалок заболтал, причем под водой.
При этом лопал он не меньше, чем мы, успевая еще и к бутылке приложиться.
А потом пожелал нам нескучной ночи, улегся у костра, укутался в свой плащ и уснул.
Поганка тоже зевнула, но как-то уж очень подозрительно. И быстро так в спальный мешок устремилась, словно ей там медом намазано.
– Так, чахла, нам надо кое-что обсудить! – и за руку эту подозрительную поймал. Пальцы на запястье едва сжал, чтобы не хрустнуло у нее ничего.
Девчонка все равно на меня хмуро покосилась. Только я уже ко всем ее суровым взглядам привык и даже не рассмеялся. Ну хочется ей казаться крутой и сильной, но до той же Келды ей раздвоиться в ширину и растроиться в росточке придется. Так что приходится взглядами отпугивать.
– Ты мне тут глазки не строй, – рыкнул я на чахлую немощь посуровее. Жалко ее ужасно, но вот прямо попой чую – что-то она от меня скрывает. А я, после того как про дракона выяснил, ужасно подозрительный стал. Прямо сил нет.
– Признавайся давай, почему ты вдруг такая тихая стала. Чего учудила?
А в голове быстро так обрывки сегодняшних событий мелькают. Утром поганка нормальная вроде была. Если не считать ее истерики. Днем в телеге тоже только на белобрысого косилась недобро. Странности начались, когда вампир появился. Улыбочка эта милая, так что зубы сводит. И потом разговор резко свернула, когда я объявил, что голову кому-то неправильно клыкастому откручу.
– Ты ему свою кровь выпить дала?!
Вот чем она еще с этим кровососом расплатиться могла? Честью девичьей, что ли? Кому она нужна, пакость тощая?! Нет, я к ней привык уже, конечно, но все равно доходяжка же. Пусть и есть какие-то намеки, что девчонка, а не доска бесполая, но мало их. Как награда за спасение не прокатит. А вот кровушка, наверное, зайдет. Драконья ж, а не абы чья…
– Нет! Не свою, – огрызнулась девчонка. Я тогда сразу на белобрысого посмотрел и прямо ощутил, как у меня брови у переносицы столкнулись. Нет, тоже не людская ж, эльфийская, но только он уже насквозь своим ядом пропитан должен быть.
– Твою! – выдохнула чахла. Посмотрела на меня виновато, глаза опять в сторону отвела и забубнила: – Ты раненый же был. Крови много… я даже испугалась! – Тут она решилась наконец-то на меня посмотреть.
А я стоял и тихо радовался. То есть, выходит, мы с вампиром этим в расчете! И он не у кого-то из немощей, а именно у меня кровью перекусил. Все честно.
Но да, поганку приструнить не помешало бы. Я уже лицо суровое сделал. Даже слова правильные подобрал, о том, что нельзя без моего согласия мною с вампирами расплачиваться. А если уж отчудила, то сразу признавайся, нечего ресничками на меня хлопать…
И тут чахла ка-а-ак… всхлипнет! И на шею мне кинулась, дурында оглашенная!
– Я так за тебя испугалась! Кругом люди, вот-вот придут те, кто тебя стукнул, а я… я… я ничего сделать не могу! Только веревки с тебя содрала магические!
Часть 1. Глава 17
Ка-арис:
– Я так за тебя испугалась! Кругом люди, а я… я… я ничего сделать не могу!
Сама не поняла, как из меня вырвалось все это. Но я повисла на своем чудовище, прижалась к нему щекой и замерла, слушая, как стучит его сердце. Быстро-быстро, сильно-сильно…
Нет, я была уверена, что приняла верное решение. И если бы вдруг пришлось повторить – все равно поступила бы так же! Но… ледяные грани! Когда я заметила, как меняется выражение лица у Синдра, мне вдруг стало… тоскливо? Наверное, да. Самое правильное слово.
Не стыдно, хотя я и чувствовала себя почему-то не очень уютно под его пристальным осуждающим взглядом. И не страшно, потому что… потому что нельзя постоянно бояться остаться одной и без защиты. Справлюсь я и без него, в конце концов! Да, с ним – проще, спокойнее, и привыкла уже к нему, но… не собираюсь никого возле себя удерживать!
Я его своим подданным назвала. От рабства спасла, пусть и с помощью вампира. Я… Я его несколько раз целовала уже! А он… он…
– Чахла, ты молодец. Ты и так много сделала… Ну кто ж виноват, что ты не орчанка, а немощь бледная? Все равно ты храбро поступила…
Я резко голову от его груди оторвала, чтобы посмотреть в глаза этому наглому дикарю и высказать все, что думаю. Особенно о том, какое счастье, что я – не орчанка, и про немощь тоже… много чего хотелось сказать, очень много!
Но тут Синдр взял и поцеловал меня, очень осторожно. С его-то клыками иначе и нельзя же!.. То есть…
Я замерла, потому что его объятия из просто удерживающих стали чуть более настойчивыми. И то, как он прижал меня к себе, стало напоминать прелюдию к чему-то большему.
У меня имелся постельный опыт, но я все равно слегка занервничала, потому что таких огромных мужчин у меня еще никогда не было! И… Я не уверена, что хочу, чтобы мой дикий телохранитель стал моим любовником. У меня такой потребности нет, а на его поведении это может отразиться в худшую сторону. Он и так себе слишком многое позволяет!
– Чего закаменела-то? – Синдр еще раз поцеловал меня и отстранился. В его взгляде не было раздражения или обиды. Он улыбался, глядя на меня.
Странный, непонятный дикарь…
– Ты ж меня своим подданным назвала, значит, вроде как по твоим дурацким правилам теперь ничего позорного в том, чтобы…
– В спальном мешке твоем погостить? – Я тоже улыбнулась, но потом отрицательно мотнула головой. – Позорного ничего нет. Но надо, чтобы оба этого хотели, а не только кто-то один.
Чудовище смешно носом поводило, а потом чихнуло… забавно так. Я ожидала громов и молний, а он почти неслышно фыркнул:
– Пушистая ты, спасу нет! Пошли уже спать, нехочуха чахлая.
Но сначала мне было надо отбежать чуть подальше от поляны. Я нашла очень уютное местечко, пристроилась там, а потом услышала, как журчит ручеек неподалеку. Конечно, мне очень захотелось и умыться перед сном, и попить. Поэтому я уверенно пошла на звук и только через несколько минут заподозрила, что происходит что-то неладное. Пусть я не могла пока обращаться в дракона, но мое острое зрение, способность видеть в темноте и чуткий слух никуда не исчезли. К тому же я действительно чувствовала воду, ощущала ее призыв. Я же водяной дракон!
Но ручей словно умел передвигаться, журча то впереди слева, то впереди справа, то совсем слева, заставляя меня петлять по лесу.
Вспомнив, как чудовище постоянно ругало то леших, то каких-то кикимор и трясинниц, я остановилась. Конечно, сдаться и отступить было бы правильнее всего, но я разозлилась ужасно оттого, что какие-то мелкие лесные существа считают, что могут безнаказанно потешаться надо мной. Прислушалась, причем напряглась как можно сильнее, чтобы слышать малейший шорох, ощущать дуновение ветерка, видеть все, что происходит вокруг.
Ручеек журчал справа, там, куда я уверенно шагала бы, если б не позволила несколько раз себя обмануть. А вот слева едва слышно пыхтел кто-то, словно стараясь сдержать смех.
Я даже раздумывать не стала, доверившись драконьим инстинктам и отбросив вбитые с детства правила о том, как именно должна себя вести хорошо воспитанная принцесса. На секунды позволив себе стать хищницей, я метнулась на пыхтящий звук и схватила, за что под руку подвернулось, странное лохматое создание, заметно ниже меня ростом.
– Пусти! Пусти, психованная! Уж и пошутить нельзя! Сама рот раззявила, уши развесила и за моей обманкой побежала, а теперь драться удумала? Да я тебя сейчас!
И обросшее лохматое существо попыталось меня пнуть, чтобы вырваться. А во мне от злости начала концентрироваться магия… много магии…
Главное – не паниковать и успокоиться. Не паниковать! Дышать спокойно… Ледяные грани, страшно-то как!
– Да не делал я с ней ничего! Сама на меня накинулась и сама же на землю шмякнулась! Психованная она, говорю же…
– Вода… ей нужна вода! Ее нужно положить в воду. – Мелодичный эльфийский голос я слышала сквозь странный туман. Мне пока еще было не больно, но уже страшно. Я с трудом дышала, тело почти не слушалось, перед глазами – серая пелена…