Ирина Смирнова – Тайна эльвернитов (страница 35)

— Какой планшет? Пойдемте, я вам вживую все покажу! У нас специальная комната есть.

— Ну, пойдем…

Шайтан меня за язык дернул, пообещала, значит, надо выполнять.

В результате чудо-ребенок привел меня… затрудняюсь дать определение этому месту.

Большая светлая комната без окон, слева гладко оштукатуренная стена со странными приспособлениями. Что-то вроде блоков с кандалами? Бр-р… А труба на высоте полуметра вдоль нее зачем, интересно? Хотя нет, неинтересно.

Всю противоположную от двери стену занимали аккуратные стеллажи от пола почти до потолка. И еще одна стена была полностью зеркальная. Вот если бы труба шла вдоль этой стены и несколько повыше, я бы решила, что она для танцев. Но нет, там были только четыре вертикальных столба и тоже с кандалами, шешен амы! И кто-то тут говорит, что они не маньяки?!

Еще обратила внимание на конструкцию вроде нашего коня из физкультурного зала. Но тоже с креплениями для рук и ног. Понятно, что через него не прыгают. Здесь, кажется, только местный экскурсовод скачет от радости. Вот чего тут такого завлекательного, спрашивается?

Стек-фаллос мне показали. Не страшный. Пока не знаешь, для чего он предназначен. Когда Мийхайсь мне сказал, я эту железяку из рук выронила. Тьфу, шайтан, гадость какая… Вот прямо так штырьком в этот самый орган, когда он стоит? И нравится? А, точно, как раз не нравится же. Тогда ладно, уже легче.

Кнуты и хлысты я сразу обошла по большой дуге и заинтересовалась набором блестящих прищепок:

— А это для чего?

— Вот эти, которые вы держите, для сосков.

— Для чего? — не поверила я, машинально прищепив одной из них кожу на запястье. — Ай! Больно же! — и возмущенно уставилась на Мийхайся.

— Для сосков, — как ни в чем не бывало, повторил этот гений, отобрал прищепку, распахнул рубашку и прицепил… куда положено. Даже не поморщился! — Это очень приятная боль, если ты возбужден. Просто снимать их уметь надо, как бы, а то можно все звездочки пересчитать.

— А как правильно? — вот кто меня в бок иголкой колет, как не шайтан? Зачем я это спрашиваю? Мне не только рассказали, а целую лекцию прочитали и в конце предложили самой попробовать снять. Ну, это вроде нестрашно, несложно и не слишком неприлично. Сняла и даже удостоилась похвалы, шешен амы, прилежная ученица!

А потом мы перешли к другой полке, и у мазохиста-любителя глаза засверкали, как два маяка в тумане. И на что??? На вибраторы! Анальные, шешен амы, ну не настолько же я неграмотная, чтобы не знать, что в мужском организме их просто больше некуда вставить! Их тут столько, что хватит весь гарем осчастливить, и не по одному разу. А еще колпачки и насадки какие-то… Я уже немного привыкла и не заливалась зарей каждый раз, когда Мийхайсь с энтузиазмом объяснял, какую из этих штучек приятнее на член натянуть. И про простату я в курсе, в школе анатомию изучала. Но чтобы… и все время… и так радоваться?!

От этой полки мы ушли не скоро, хотя я всеми силами пыталась слинять. Но следующая оказалась еще хуже. Там лежали и висели целые толпы плеток самых разных конфигураций. Ну, вот что в этом-то может быть приятного? Ах, послевкусие? Э-э-э-э… вот этим, у которого много-много хвостиков, не так уж больно, а даже приятно? Ладно-ладно, верю на слово. Я уже вообще ничему не удивляюсь.

И тут, почти уже под конец нашей экскурсии, в коридоре вдруг раздались шаги, голоса, вроде бы даже знакомые, а дверная ручка стала поворачиваться…

Я не успела даже запаниковать. Мийхайсь мгновенно сориентировался, затащил меня в щель между стеллажами и выпалил:

— Тля! Я забыл, что сегодня понедельник!

Глава 17

Адиль:

Со знакомыми голосами я не ошиблась. В комнату уверенными шагами вошла Айрин, а за ней ее блондинистый братец, и если первая была лишь чуть более серьезной и сосредоточенной, чем обычно, то "мачо с открытки" выглядел непривычно. Этакий виноватый медвежонок с глазами в пол.

Я несколько обалдела — ну не ожидаешь от самоуверенных самцов такого поведения. И от этого самого обалдения не сообразила сразу вылезти из-за стеллажей, чтобы вежливо поздороваться, попрощаться и смыться. А потом стало поздно, потому что на мои поползновения курносик отреагировал неадекватно:

— Нет, госпожа! Пожалуйста! А то госпожа Айрин меня накажет, потом еще Эйнри, потом еще… Я на задницу неделю не сяду, как бы!

— Тьфу на тебя, шайтан! — шепотом выразила я свое неодобрение. Ну, и что делать? Явно эта парочка сюда пришла не на экскурсию, а я никогда не страдала вуайеризмом.

Утрамбовала Мийхейя еще дальше за стеллаж так, чтобы и самой протиснуться поглубже и не отсвечивать. Да я только представила, что будет, если нас застукают, и сразу стало не по себе… То есть курносика жалко — ни за что не хочу становиться причиной чьего-то наказания, и в то же время заранее нехорошо от мысли, как это будет неловко и стыдно перед Айрин и ее братом. Вот уж действительно, шайтан копытом наследил в этой проклятой мучиловке!

Пока предавалась мрачным мыслям, хозяйка дома успела устроиться на том самом "коне", — взяла и уселась, перекинув ногу на ногу. А виноватый медвежонок оказался перед ней на коленях. Я уже в курсе, что это привычная для местных мужчин гимнастика, но в этот раз вышло как-то по-особенному выразительно. Ой-бай, даже если зажмуриться и уши заткнуть, не сильно помогает!

— Госпожа, простите, пожалуйста, я за эту неделю совершил столько ошибок, что самому стыдно!

— А раньше тебе стыдно не было?

— Было, но на этой неделе я побил прошлый рекорд, и в этот раз мне нет оправдания.

— Да, пожалуй, в этот раз я даже не представляю, чем можно объяснить твою самоуверенность.

Ничего себе диаложик между братом и сестрой! Слава Аллаху, я уже в курсе, что они двоюродные, то есть все не так страшно. Хотя Мийхайсь просветил, что тут и в родного братика можно "поиграть", только детей от него нельзя. Дурдом планетарного масштаба!

А тут еще курносый экскурсовод под боком большие глаза делает и рожи корчит. Вот ведь, впервые в жизни рада тому, что кто-то за свою попу опасается, причем не просто так, а имея веские основания. Потому и гримасничает молча, конспиратор доморощенный. Иначе нас спалили бы, несмотря на мои попытки зажмуриться и оглохнуть. А сбегать мимо них сейчас уже поздно, поскольку мачо-блондин уже снимает штаны, шайтан его побери!!! И вот кто мне объяснит, почему у него на физиономии не страх, а словно бы облегчение?!

Айрин со своего "спортивного" снаряда слезла, кивнула, и Эйнри сам встал, уже голый, к оштукатуренной стене между двух столбов с кандалами. Подвешивать, что ли, она его там собралась? Нет, я лучше пережду с зажмуренными глазами, потому что высокий блондин неожиданно напомнил Саяна, и мне стало дурно. По-моему, я собралась куда-то в обморок, но Мийхайсь меня поймал за такие… детали организма, что я передумала.

В ушах все равно противно шумело, так что негромкие переговоры между "госпожой" и ее братом я не расслышала. Зато прекрасно расслышала жуткий звук удара. Такой… шелест, от которого мурашки по всему телу, а потом…

Глаза от потрясения сами распахнулись, и прежде, чем снова их зажмурить, даже ладонями прикрыть, я успела рассмотреть и Айрин с плеткой в руках, и красный рубец поперек спины голого блондина. Ма-ма-а-а…

Мне казалось, это никогда не кончится, и она будет избивать его до утра. Потом-то ей на работу, наверное…

Мужской голос мерно отсчитывал удары, но примерно после сорокового жертва начала стонать и запинаться. Аллах, даже слышать это страшно, а что он чувствует?! И мне еще рассказывают о том, как тут счастливо живется мужчинам! Бедные мои мальчики… Нет, я вас не оставлю! Я взорву к шайтану половину космоса, но обоих вытащу!

Стоны и звуки ударов вдруг прекратились, а у меня под боком завозился мой собственный Вергилий, чтоб ему пусто было с его просветительским энтузиазмом! Так бы и дала… подзатыльник. Но пока нельзя — эта замаскированная садистка избавилась от плетки и что-то делала… непонятное. То есть, как упала плетка на пол, я слышала, потом шаги — прямо к нашему стеллажу, (я трижды успела покрыться холодным потом и кровожадно пообещать себе, что лично поучаствую в Мийхайсевом наказании), потом шаги стали удаляться… Вот ведь ужас какой, честно! С закрытыми глазами, оказывается, еще страшнее. Пришлось смотреть.

Почему мне все это напоминает довольную жизнью и охотой кошку, которая облизывает мышь, прежде чем съесть? Ну вот не верится мне в ее ласковое мурлыканье. Наверное, потому, что мажет она сейчас спину, которую сама же и исполосовала красно-синими рубцами. А жертва — та млеет, даже со спины видно. Может, просто хорошее обезболивающее? По себе знаю, когда что-то вдруг перестает болеть — это настоящее блаженство.

Все представление только укрепило меня в мысли, что либо они все здесь ненормальные, либо лживые лицемеры. Так издеваться над "любимым"! А она его именно так называет, причем через слово уже… Зря, наверное, я разбежалась искать у нее помощи. С другой стороны — выбора не было.

И вот сидим мы, как два тушканчика под кустом, затаились, а воркующая садистка отвязала, наконец, своего блондина от столбов. И когда он повернулся, я слегка выпала в осадок. Рожа-то, рожа, Аллах прости, с чего такая счастливая?! И другая деталь анатомии однозначно довольна — стоит, как телеграфный столб!