Ирина Смирнова – Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1 (СИ) (страница 57)

— Надеюсь, в этот раз как положено? Только один?

— Да, дорогая. С двумя одновременно ты еще не скоро сможешь справиться.

В этот раз у Айрин за спиной не было ее любимых помощников, но и выбор сделать было проще. Первыми стояли двое мальчишек лет четырнадцати, потом парнишки чуть постарше, замыкал ряд парень лет восемнадцати. Вот к нему-то девушка сразу и направилась.

Запустила пальцы в волосы челки, подняла голову. Мальчишка не был классическим смазливым красавцем, но был очень обаятельным.

Он старательно отводил глаза, чтобы не встречаться с девушкой взглядом, наконец сдался. Стал понятен смысл такой долгой борьбы — страх, испуг. Сглотнул. Внимательно посмотрел в глаза девушке и, очевидно, увидел в них слабо скрытую под маской стервы жалость. В глазах тут же засверкали недоверие, изумление, слабая надежда. Потом парень перевел вопросительный взгляд на женщину. Айрин проследила за направлением его взгляда и столкнулась со строгим взором учителя. Тут же сильно дернула парнишку за волосы, и их глаза снова встретились.

В глазах юноши вина, они говорят: «Простите, что я расстроил вас… Простите, что разозлил своим неверием… Простите, я не ожидал жалости в глазах женщины…»

Вина переходит в вопрос: «Вы теперь меня не выберете?»

Потом в мольбу: «Ну пожалуйста! Пожалуйста, по-жа-алуй-ста-а!»

Потом в безразличие: «Все равно… Мне уже ВСЕ все равно…» — и глаза отводятся в сторону.

Айрин вдруг, захотелось услышать его голос. Если у него голос будет таким же обволакивающе обаятельным, как и внешность, тогда уже точно выберет его. Хотя, можно подумать, у нее есть варианты.

— Как тебя зовут?

— Мийлийяш, госпожа, — взгляд снова обращен к ней, с надеждой «Выберете?! Все-таки выберете?!»

— Милаш? Тебе подходит, — и девушка, не удержавшись, нежно провела рукой по щеке.

Всем лицом к ней навстречу, глаза от удовольствия закрыты… И тень тени улыбки.

— Вот этот!

— Хороший выбор. Его госпожа передала мне все права на него, полностью. Так что, если сдашь и последний пункт так же хорошо, как первые два, я соглашусь тебе его продать. Если ты, конечно, захочешь.

Мальчишка замер, даже боясь дышать. Чтобы не спугнуть птицу счастья, так неожиданно раскрывшую над ним свои крылья.

— Посмотрим. У меня и так их пятеро, вы же знаете. Хотя мальчик, конечно, милый. А чем он так расстроил свою госпожу?

— Он? Отказался стать мужем ее подруги. По-хорошему, его надо укротить и все-таки отдать той госпоже, но она сказала, что ей он силой не нужен.

Паренек виновато опустил голову, потом исподлобья взглянул на девушку. Убедился, что она не сильно в нем разочаровалась, успокоился.

Учитель в это время приказала остальным мальчикам возвращаться к ней в комнату. А Мийлийяшу — идти за ними.

Для подготовки к сдаче третьего пункта экзамена использовали хранилище инструментов. Там была небольшая смежная комната, где было все минимально необходимое оборудование.

У входа в кладовую у парнишки случился ступор. Он испуганно разглядывал развешанное и разложенное оружие наказания и укрощения. И явно тоже не подозревал, для чего предназначена большая часть этого. Но выглядело все устрашающе, и при должном воображении представить, как же можно использовать не самые общепринятые в обиходе инструменты, было вполне возможно. А Мийлийяш от отсутствия воображения явно не страдал.

Губы у него чуть приоткрылись, глаза стали несколько больше, брови начали изумленное движение вверх. Айрин, обернувшись, встретилась с его испуганным взглядом и успокаивающе кивнула. Не то, чтобы это сильно помогло, но войти парень рискнул.

Мгновенно оказался рядом с девушкой, у нее за спиной.

— Я рада, раб, что ты заранее демонстрируешь свою преданность возможной новой госпоже, — голос учителя сочился ядом, — но сначала она должна успешно сдать экзамен. А если ты сейчас разбудишь в ней жалость, то, боюсь, у нее ничего не получится.

Парень сначала несколько секунд исподлобья смотрел на женщину, потом перевел взгляд на Айрин. Потом — в пол. Вздохнул. Снова испуганно посмотрел на девушку. Исподлобья и искоса.

Та сделала приглашающий жест рукой в сторону комнаты, в которой им придется провести вместе большую часть последующих нескольких дней. Пока учитель не одобрит результат — идеальную покорность.

Мийлийяш храбро вошел, сделал два шага и остановился окаменевшей статуей. Вдохи и выдохи стали короткими, поверхностными и частыми. Глаза становились все больше и больше. Губы снова чуть приоткрылись и нижняя начала еле заметно дрожать.

Айрин обошла мальчишку, встала к нему лицом. Он был не очень высок по местным меркам, всего на сантиметров десять выше самой девушки. Поэтому их глаза оказались практически на одном уровне.

— Смотри мне в глаза и успокаивайся. Успокаивайся! Дышим медленнее, глубже. Вдо-ох. Теперь вы-ыдох. Спокойнее. Еще спокойнее. Волноваться и бояться надо было раньше. Почему ты отказался стать мужем подруги своей госпожи?

Юноша дышал грудью, но спокойно, как приказали, медленно и глубоко. Когда прозвучал вопрос, он как раз делал вдох. Так и застыл. Умоляюще глядя на девушку.

— Я задала тебе вопрос, раб! («Ну, не провоцируй меня, мой хороший! Я заберу тебя к себе, найдем тебе хорошую госпожу, только не провоцируй меня! Выбирая между ломкой тебя по-настоящему или жалостью в ущерб моим мальчикам, я не буду думать ни секунды»). Отвечай!

— Простите, госпожа! — парнишка испуганно падает на колени, головой в пол, прижимается к ногам девушки. Его всего трясет… — Она хотела, чтобы я принес ей клятву полной верности, а я… Я оказался к этому не готов!

— То есть, ты был готов стать ей преданным мужем, но не был готов стать личным рабом?

— Да, госпожа.

Девушка посмотрела на нахмуренное лицо учителя. Та подала знак, что надо бы выйти за дверь и переговорить одним.

— Стой вот так и жди меня здесь.

— Да, госпожа.

Айрин вышла следом за женщиной.

— Я правильно помню, что клятва верности приносится только по инициативе самого раба?

— Да, дорогая. Подруга его бывшей госпожи нарушила правила, и я очень надеюсь, что сама его бывшая госпожа об этом не знает. Она моя дальняя родственница, не хотелось бы проблем в семье. Давай исходить из того, что наказывать раба всегда есть за что. Но я готова дать небольшую поблажку во время испытания. Обычно рабу предлагается испытывать два противоположных ощущения, обычно боль и наслаждение. Иногда жар и холод. На одно ему необходимо показывать реакцию, на другое — запрещено. Я готова разрешить ему не демонстрировать оба чувства. К тому же я не буду настаивать на полной ломке, пусть покажет безропотную покорность, этого будет достаточно. Полного растворения в мастере добиваться не будем. Думаю, за два дня ты справишься. Мальчиков своих к нему активно не подпускай! Это только твой экзамен. Но зато и я тебе мешать не буду. Пойду разбираться с ситуацией. Надеюсь, удастся все решить не привлекая Дворец.

Айрин вернулась к стоявшему на коленях Мийлийяшу.

— Раздевайся, раб.

Парень, волнуясь, разделся. Снова испуганный взгляд исподлобья и приоткрытые губки.

Матерь Сущего, как ее добиться, этой безропотной покорности? Запугать или приручить?!

— Значит так, мальчик, у нас с тобой есть два дня. К окончанию срока ты должен выполнять любой… Слышишь меня, Мийлийяш?! Любой! Мой приказ. Безропотно. И продемонстрировать всем твое умение управлять своим телом. По моему приказу. Как ты думаешь, что мне надо для этого сделать?

— Я готов безропотно выполнять все, что вы пожелаете уже сейчас, госпожа, — снова взгляд исподлобья, испуганно-умоляющий, плавно переходящий в виноватый, — но я очень плохо умею владеть своим телом. Очень плохо, госпожа.

М-да, подстава притаилась там, где не ждали.

— Что ж, будем учиться. Не успеем за два дня, будем учиться дольше… Начнем с простого. Возбудись за… за две минуты. Время пошло.

Айрин включила таймер на часах.

Мийлийяш справился. Правда, на щеках у него заиграл румянец, нижнюю губку он стыдливо закусил и глаза неотрывно смотрели в пол.

— Умница («Прилипло же это слово!»)! А теперь давай обратно. Успокаивайся. Время то же.

Не справился.

Настало время вызывать играющих тренеров.

Набрала сообщение, отправила. Махнула рукой Мийлийяшу, чтобы продолжал, а сама села в единственное в комнате кресло и положила ноги на подлокотник.

Парень только поднял глаза на девушку — и все его небольшие успехи по успокоению были утеряны. Горестно шмыгнув, он начал пытаться снова.

В это время в дверь кладовой постучали, и Айрин пошла открывать. На пороге стояли ее мальчики.

— Значит так, вот там, — девушка махнула рукой в сторону маленькой комнаты, — моя успешная сдача экзамена. И он абсолютно не умеет управлять своим телом, но чем скорее он этому научится, тем скорее мы поедем домой. Задача ясна?

«Да» и «Да, госпожа».

— Я в вас верю! Вы по очереди учите, я сижу в кресле и умиляюсь. А пока принесите мне фруктов, воды и сока.

Дэйниш рванул за едой, Эйн вальяжной походкой пошел знакомится с «пропуском домой».

— Этот, что ли, госпожа?

Мийлийяш испуганно уставился на молодого мужчину, который явно не входил в его программу сегодняшних развлечений. Дыхание снова стало испуганно-неровным.

— Значит так, слушай меня внимательно и запоминай. Мы с другом здесь уже неделю, устали до тошноты, тем более меня дома парень ждет. Так что, как ты понимаешь, в наших интересах обучить тебя за сегодняшний вечер. А на госпожу щенком напуганным не смотри, она вчера свою норму по таким щенкам выполнила и перевыполнила. И домой ей хочется еще больше, чем нам. Теперь объясняю теорию. Клевую мантру выдумывать нет времени, поэтому тупо считаем до ста и дышим. Давай, начали. Сначала поставить не забудь. С этим-то проблем нет, надеюсь?