Ирина Скидневская – Ведьмин корень (страница 42)
– У меня больше нет вопросов.
– У меня тоже, – кивнула Айлин.
Водителя и командира наряда отпустили.
– Вижу, вы не удивлены. Так, слегка озадачены, – сказал Порох, неприятно усмехаясь и адресуясь больше к Айлин и Длит, нежели к молчаливому Лунгу. – Почему-то мне кажется, что нам сейчас предложат уникальную версию происходящего.
– Вы ясновидящий, – сказала Длит.
– Дело в том, господин Порох, – вмешалась Айлин, – что не так давно нам стало известно о способности Гриватты проходить сквозь… сквозь твердь – проваливаться в пустоту под ногами. И по этой причине мы с госпожой ловиссой, пока не будет найден способ помочь ей, отправили её в отпуск. Этот дар – несчастье. Она обрела его, можно сказать, по моей вине… увидев некие знаки в моей тетради…
– Я извиняюсь, мы должны этому верить? – спросил Тигрец.
– Есть свидетели, которые видели, как она проваливается, – сказала Длит.
– И это…?
– Я.
– Ну, естественно, – всё тем же злым тоном сказал Порох.
– И господин Даймон.
– Помощник покойного архивариуса? – оживился Тигрец.
– Гриватта свалилась прямо на нас, с первого этажа – в подвал.
– Есть ещё одно доказательство, – сказала Айлин. – Сегодня я пыталась найти ведьму в собственном доме и применила к себе невидимое заклинание, чтобы увидеть
– А я мечтаю о горячем супе, – со вздохом сказал Тигрец.
– Вы мечтаете о собаке. А вы, Яр, хотели бы разбить морскую раковину.
Порох зажмурился и потряс головой, словно отгоняя наваждение, потом посмотрел на Гриватту, которая заснула, уронив на стол лохматую рыжую голову.
– Мы не отдадим вам подозреваемую. До полного выяснения обстоятельств – не имеем права.
– Старая песня, Порох, я слышала её в Холодной слободе. Все знают, чем это закончилось, – сказала Длит и взглянула на Айлин и Лунга. – Вы не могли бы выйти?
– Да-да, выйдите, пожалуйста, – язвительно сказал Тигрец, – а то мы стесняемся, когда нас дерут при посторонних. – И он с любопытством уставился на Длит.
Айлин с Лунгом молча удалились.
Лунг отошел к забранному решёткой окну, сел на подоконник. Айлин хотелось подслушать, но в коридоре были люди. Не успела она отойти от двери, как Яр с Тигрецом выскочили из допросной.
– Чёртова баба… Как она это делает? – прошептал Тигрец, озираясь по сторонам.
Такого страху на него нагнала… Он даже толком не понял, что это было. В голове мелькали страшные картины: мрак, бездна… И крики… и чьи-то страдания…
– Ты что-нибудь видел, Яр?
– Ничего не видел, – сказал Порох, отдуваясь. – Просто чуть не обмочился.
– Значит, соглашение достигнуто? – подойдя, спросила Айлин.
Порох смущённо кивнул.
– Ага, – подтвердил Тигрец. – Согласились на всё. Лапки кверху.
– Вот и хорошо, – отводя глаза, пробормотала Айлин.
Она заглянула в допросную. Длит сидела за столом и сквозь стекло смотрела на Гриватту.
– Мы входим? – спросил Лунг из-за плеча Айлин.
– Да, конечно. И начальников зови. Надо всё обсудить.
Все вошли и уселись. Яр с Тигрецом ещё не опомнились после инцидента с Длит, но ловисса думала только о деле и обратилась к Яру:
– Ситуация сложная. Боюсь, люди снаружи слишком возбуждены и помешают нам забрать Гриватту.
– Обычно поступают так, – хмуро сказал Яр. – Сделаем вид, что перевозим её в другой изолятор, в Западное управление. Её там нашли, формально это их ведомство. Вместо неё возьмём другую женщину, накроем с головой и посадим в перевозку. Когда толпа рассеется, вы уедете.
– Хороший план.
– Организуй, – сказал Яр Тигрецу. – Возьмите из пятой камеры арестованную, у которой умер муж, её сегодня привезли. Есть подозрение, что она его отравила, а до этого ещё четверых.
Тигрец присвистнул.
– Ну, да, такую не жалко.
Яр выразительно посмотрел на Тигреца, остальные притворились, что не слышали.
– И покормите горничную, если можно, прямо здесь, – сказала Длит. – А потом я с ней поговорю.
– Будет исполнено, ваши величества. – И Тигрец вышел.
– Ты что-то задумала, – усталым голосом сказала Айлин.
– Мы должны найти детей.
– Я прикидывал и так, и эдак, – сказал Лунг. – Не получится.
– Допустим, она возьмёт меня за руку, и мы провалимся в том самом месте…
– Длит, что за ужасы?! – ахнула Айлин. – Заблудитесь и пропадёте в подземных лабиринтах! А если ты попадёшься в лапы подземщикам? При всей моей ненависти, я ещё не готова начать с ними войну.
– Может, у Барри есть капли для улучшения памяти? Тогда Гриватта во всех подробностях вспомнит свои блуждания.
– Если у Барри есть такие капли, я запрещу давать их тебе!
– На месте Гриватты я бы ни за что не согласился пережить такое дважды, – сказал Лунг.
– Вы не понимаете. Она должна себя реабилитировать, доказать всем, что не ведьма, иначе её убьют, – настаивала Длит.
– Она уже ничего никому не докажет. Её видели с похищенным ребёнком, и ребёнок был в крови. Никто не поверит, что она его спасла. Когда за тобой охотится весь город, единственный шанс выжить – бежать подальше и немедленно.
– Господин Лунг прав, – согласилась Айлин. – Не хочу показаться эгоисткой, но не видать нам покоя, пока Гриватта остаётся здесь. Ни нам, ни ей.
Длит посмотрела на Яра.
– Разумно, – ответил тот.
Гриватту покормили, и после двадцати минут безуспешных уговоров Длит помочь найти в подземельях детей, Лунг вывез горничную из города на автомобиле Айлин. Прощаясь, Гриватта спросила:
– Госпожа Айлин, мне не опасно уезжать из Дубъюка… из-за моих способностей?
– Конечно, нет. Вот если бы имело место что-то серьёзное… Не беспокойся, милая.
Гриватта жалко улыбнулась.
– Спасибо за всё… и за то, что пытались меня спасти…
– Почему она так сказала? – спросила Айлин, когда Гриватту увели, но ловисса лишь пожала плечами. – Было кое-что ещё, когда я смотрела на неё.
– Что-то опасное? – насторожилась Длит.
– Нет… Вовсе нет. Страх перед ночью, похожий на застарелый невроз.