Ирина Скидневская – Ведьмин корень (страница 36)

– Да мог. Но он не стал бы. Он к Фанни неровно дышит.

– Со странностями, а водит хорошо.

– Это да.

– Когда возвращались на пост, видели кого-нибудь в том длинном коридоре?

– Анаболию, кастеляншу. Несла что-то свёрнутое. Она гладит-штопает в одной комнате, а бельё складирует в другой. И София с Флавией шли с тележками из парадных комнат, в районе столовой. Я ещё подумал, подружились девчонки в последнее время. Как сойдутся, так сразу смех и веселье. Издалека слышал, как заливались.

– Спасибо. Если ещё что-то вспомните…

– Обязательно. – Хейго ушёл.

– Говорил я с этой кастеляншей, – сказал Тигрец, не перестававший про себя удивляться чудесному убранству кабинета Айлин. – Вот, нашёл у неё на стопке белья. – Он достал из кармана форменной куртки довольно потрёпанную книгу в синем переплёте. – «Как распознать, что перед вами ведьма». Старинное издание, между прочим.

– Здесь всё старинное, если ты не заметил, – сказал Яр.

– Кастелянша распсиховалась, аж пятнами пошла, мол, весь дом читал, а теперь мне эту залапанную заразу подкинули. У неё там такой порядок, дышать страшно, всё по полочкам, и вдруг на крахмальном великолепии – зачитанная книга. Не понимаю, говорит, как можно класть всякую дрянь на чистое бельё, придётся перестирывать. Может, чистюля. А может, не ожидала, что с книгой застукают.

Яр полистал книгу.

– Найди осиновое полено с выпавшим сучком – через него увидишь ведьму…

– Да, всякая ерунда. Ещё жаловалась, что полотенца поворовали.

Допросили Флавию и Софию. Флавия, невысокая черноволосая девушка, беспрерывно плакала, и её побыстрее спровадили. София выглядела глуповатой, таращилась на полицейских. Обе утверждали, что не заметили ничего подозрительного, вместе прибирались в комнатах.

– И надо же, ни одной камеры! Нигде, кроме как снаружи, по периметру, – сокрушался Тигрец.

– Пробовали ставить, но муррам это не нравилось, уходили из дома, – объяснил Яр.

Тигрец расплылся в улыбке.

– Я видел мурра – ел на кухне рыбу. – Тигрец плюхнулся на зелёный бархатный диван и блаженно зажмурился. – Да-а… я бы смог здесь жить… в неге и роскоши…

– В роскоши живут, правда. Но как на вулкане, – заметил Яр.

– Так мы тоже, только без роскоши.

– Давайте ближе к делу. Кого подозреваем?

– Допуская скрытые мотивы, всех, – сказал Ге Пард. – Есть и явный мотив. Парадный обед помните? Едва не потравила кучу народа.

– Но не потравила же, – возразил Яр. – Хотя я её с самого начала подозревал, правда, в умышленном отравлении.

– По факту, можем однозначно вычеркнуть Хозяйку и ловиссу, – продолжал Ге. – И секретаря с двумя детьми – катались на пони в парке. Повариху и главную по кухне. Багорика, парня из мастерской, – вместе с садовником несколько часов строил каменную горку. Дворник и дед Строжар пожилые люди, с чего бы им злодействовать?

Яр делал пометки в списке персонала.

– Тавала Ой?

– Вчера увезли с аппендицитом, – сказал Тигрец. – Парикмахера тоже исключаем, с утра уехал. И покусанного жуками лежачего. Он младшую хозяйку видел от силы два раза. И еле ноги таскает. Ему бы до туалета дойти.

– А цветочная девушка, которая за ним ухаживает?

– О, братцы… Я бы на такой женился. Не похожа на ведьму. Одно слово, цветочек!

– Ты сказал, на ведьму? – удивился Яр.

– Почему-то вырвалось. Наверное, из-за книги. Всё время о ней думаю.

– Итак, кто мог зайти, пока охранник рубил мясо? Кастелянша и две горничные?

– Ещё эта, страшненькая, с кольцом в носу… стилист со второго этажа! – вспомнил Тигрец. – Слова не вытянешь, молчит и жуёт, как корова. Кстати, в подвале живёт качок… книжный червь. Классный парень. Показал мне пару упражнений для пресса.

Яр сверился со списком.

– Помощник покойного архивариуса. В доме такое, а он качается?

– Так он и не знал, пока я не сказал. Сразу засобирался проведать… расстроился.

– Я за Хейго, – сказал Ге. – У него была возможность. Он тут рядом, зашёл и толкнул девчонку.

– Зачем ему? – с сомнением сказал Яр.

– Ставлю на кастеляншу, – заявил Тигрец. – Её здесь не любят. Говорят, злющая была, пока новая ловисса её не построила.

В дверь заглянула Длит.

– Фанни проснулась, господа полицейские, – холодно сообщила она и исчезла, закрыв дверь.

– Стучаться надо, – буркнул Тигрец.

…Ге ушёл к криминалистам, а Яр с Тигрецом, пройдя через приёмную, где Лунг отвечал на многочисленные звонки, отправились в комнату младшей госпожи, расположенную здесь же, на втором этаже.

У Фанни была забинтована голова, левая рука в гипсе покоилась поверх одеяла, правая беспокойно теребила одеяло. С первого взгляда было понятно, насколько девочке больно. У постели сидели пожилая медсестра в белом халате и Хозяйка, Длит стояла у окна, выходившего на Алофу.

Яр подошёл к кровати, Тигрец остался стоять у двери. Негромко поздоровавшись и попросив медсестру выйти, Яр задал несколько вопросов Фанни. Девочка отвечала беззвучно, одними губами, Айлин переводила.

– Как вы упали с лестницы?

– Меня толкнули. Кто, не видела.

– У вас есть тайный недоброжелатель?

– Не знаю.

– А не случалось ли чего-то странного в последнее время?

– Да… да… случалось… – с болезненной гримасой сказала Фанни. – Дедушка переживает, что до сих пор не нашлись полотенца… большие, льняные… пять штук…

– Те, что потерялись в день парадного обеда? – Яр посмотрел на Айлин. – Вы же проверили кошачьи лазы?

– То есть? – растерялась Айлин.

– Большим полотенцем вполне можно заткнуть лаз. Я ещё с дела Дупрака помню, что в домах мурров должны быть свободны пять ходов, а шестой запечатан.

– Вы мастер по части кошачьих ходов, – невинным голосом заметила Длит.

– А вы по части подземных, – парировал Яр.

– Нужно сказать Барри, – заволновалась Айлин.

– Наша ежиха Ляля пропала осенью, – с глазами, полными слёз, продолжала жаловаться Фанни.

– У вас жила ежиха? Сочувствую, – сказал Яр.

– Постойте! – Тигрец подошёл поближе. – Антей Комар спас в Ведьмином овраге не только ребёнка, но и замученного ежа в клетке, можно сказать, вырвал из рук того урода. И не бросил – дотащил. Мы его в ветлечебницу Ассоциации сдали. Так может, и ёж ваш, раз ведьмак отсюда?

Айлин жестами рассказала об этом Фанни и повернулась к полицейским.

– Она огорчена. Спрашивает, почему ей не сказали, что Антей спас ежа. Прости, Фанни, это моя вина… я как-то упустила из виду. Это и в самом деле была ежиха… Её… её уже подлечили и выпустили в лес.

– Ну, кто их просит?!

– Она что, знакома с Антеем? – тихо спросил у Яра Тигрец, но Айлин услышала и, встретившись с ним глазами, кивнула.

– С детства. Фанни ездила в Пёсий дол смотреть щенков. Это она предложила моему брату пригласить Антея в Дубъюк.