Ирина Шевцова – Жизнь как история. Сборник эссе, рассказов, постов (страница 1)

Размер шрифта:

18px

Жизнь как история

Сборник эссе, рассказов, постов

Ирина Шевцова

ISBN 978-5-4485-4024-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Если подходить строго, то не все, написанное здесь – Сторителлинг. Строгий подход ввела я сама, когда несколько лет назад стала профессионально заниматься Сторителлингом. Определения нет, или оно очень размытое, я же люблю четкость границ. Вот и определила, что под этим словом будем понимать рассказывание собственных историй, имеющих универсальный смысл. С этим у меня все в порядке – рассказываю только о своем и со смыслами дружу. Но вот далеко не все из написанного я бы назвала историей. Зарисовки, эссе и блогерские посты… Решила в этот раз быть снисходительной и позволить себе все это собрать под одну обложку и с этим названием.

Не писать я не могу. И сделать историю из событийности мне не доставляет труда. Самые ранние из записей датированы 2000 годом, последние – совсем свежие, рефлексия сегодняшнего дня. Все разбросано: на сайте, в соцсетях, в папках компьютера. Просто навести порядок, руки не доходили. И вот, я нашла способ мотивации: сделать книгу. Подарить ее себе на день рождения. И работа сразу пошла… Надеюсь, что подарок этот – не только мне. И мой читатель получит и эмоции, и информацию, и уютное, интересное чтение, и повод для раздумий. Спасибо всем, кто стал героем или просто персонажем моих историй. Сторителлинг – это всегда рассказывающий и слушающий. Спасибо, что вы решили меня послушать…

Там и тогда…

вот такой сторителлинг

Со мною постоянно случаются случаи. Не планетарного масштаба, а вполне себе местные, но все же… Вот в мае, первое, что на памяти… Птицы разбили у моей машины лобовое стекло. Прямо у меня во дворе. Приятель спросил: «А ты сама – то в это веришь?» Я верю, хотя глазами своими не видела, но факты сопоставила. Стекло два дня к ряду было обгажено вполне прицельно, типа, предупреждали, а на третий – лобовое, сквозное, камень рядом лежит. Я голову задрала – точно, хвост на крыше мелькает, тусовка у них там, сбросить камень на припаркованную внизу машину вероятность чуть ниже, чем её о… ть.

Другой пример – при вручении дипломов мне сломали ребро. В знак благодарности, конечно. Мужчина. Обнял и приподнял. А внутри что-то хрустнуло. Девчонки закричали, чтобы повторил, они не успели сфотографировать. Он повторил. И хруст повторился. Я не придала особого значения, а через неделю оказалось, что трещина. Вот жду, когда срастется… И так всю жизнь. Случаи случаются обычно с теми, кто ищет приключения. Поверьте, я не из этих! С малых лет отличалась благоразумием. Еще вариант – это те, кто любит рассказывать истории. Буквально делать их из ничего. Вот это мой случай. Вот как бы поступил среднестатистический гражданин с разбитым стеклом? Выругался и поехал в автосервис. И никаких тебе птиц, задранных вверх голов, а тем более странных историй. Да и с ребром история так себе. Но я же так не считаю! Ребро срастется, а история о благодарности останется. Благодарности учителю, однако)))

Ангелы: импровизация на тему…

Если способностей не хватает на исполнение желаемого, то это верный путь в невроз. Вывод вредный, тем более, что со мною именно это и происходит: вот хочу писать, а слов не хватает! Мысли бурлят и в образы складываются, а слова выскальзывают, как мокрый кусок мыла. Невроз не хочу, значит надо другое объяснение найти. К примеру: желания даются нам вместе с силами на их исполнение. Тренировка нужна, ремесленная работа. А коль краски растирать научишься, и амбиции твои на этом не исчерпаются, есть шанс и до Мастера дорасти.

Тренируюсь – беру с полки первую попавшуюся книгу, читаю первое попавшееся слово, и делаю импровизацию на тему. Вот так попала! «Ангелы»! Ребята, а что-нибудь попроще, уж больно тема не моя, я ведь больше по земным делам!? Торг здесь не уместен, чай не на рынке. Ангелы так ангелы…

…В тот день, когда я родилась, у ангелов была летная погода. А рожениц не много, так бывает – предложение превышает спрос. Вот и явились сразу двое, шурша крыльями и слегка ревнуя друг друга ко мне. Я в это время застряла головой. Опыт предков для меня не указ: являлась я в мир ногами, а наиболее важное припрятала на потом. Вот и поплатилась. Проблему решала толстая, опытная акушерка, которая доверяла больше своим пальцам и интуиции, чем инструментам и картинкам в учебнике. Но и ей было сложно – головастая попалась девчонка. Вот и болталась я между двух миров, и не известно, чем бы это закончилось, если бы не вмешательство крылатых. Помогли, слава тебе Господи, обошлось даже без вывернутой шеи и гематом. Явившись, наконец, заорала, как и положено, и даже чуть громче и решительнее. И тут же была обласкана первым ангелом поцелуем в орущий ротик – «Быть тебе оратором!». Второй приложился к мокрой головке, и если бы не он, молола бы я всякую чепуху….Справедливости ради надо сказать, что были они лишь исполнителями, и действовали согласно плану, составленному и заверенному известно Кем. И могли позволить себе лишь небольшой креативчик. Толстая тетя акушерка с облегчением выдохнула и шлепнула меня по попке – шума ей, наверное, было мало. И потрясла моим тщедушным тельцем над измученной мамашей: смотри, мол, девчонка твоя, чтобы потом претензий не было. Решив тоже поиграть в промысел, заявила: «Пальчики какие длинные, будет на пианине играть.». А мама ей в ответ: «Корову доить будет». Но куда им до моих Хранителей – дело уже сделано!

…С тех пор они рядом, на полшага за спиной. Координируют моё продвижение по жизни. Бывает, шепнут что-то вполне конкретное, и все так и получается. А я то хвалюсь: интуиция! Бывает, поддадут по месту, указанному акушеркой, чтобы не сворачивала на чужие дороги и придерживалась своей. Потру ушибленное и назад: я девушка понятливая, нельзя так нельзя.

Самодостаточность – это ощущение присутствия своих ангелов. Это состояние есть у маленьких детей, которым не бывает скучно в одиночестве, да у стариков, которые только и мечтают, чтобы их оставили в покое и дали возможность побыть в компании с тем, кто всегда рядом. Да еще у тех, кто пробует творить…

– Ну, что, как получилось?

– Так себе, для первого раза сойдет. Наша тема не проста…

– Ну, не взыщите, я же еще в пути. Что вижу, о том и пою: про семью, работу, метро и одежду, про собаку свою написала. А ангельской темы ни разу не касалась…

– О чем бы ни написала – везде ангельская тема есть. И вообще, откуда, ты думаешь, твои сюжеты берутся? Ладно, не благодари, служба у нас такая.

Я помню время…

Иногда я рассказываю своему сыну «про социализм». Он – парень продвинутый в вопросах социального строя, говорит, что это был вовсе не социализм, а диктатура, все мы делали не правильно, занимались подменой понятий и т. д. Я к социализму, как строю, не имею никакого отношения, кроме как – я вынуждена была в нем находиться и другого не знала. Вот всякие митинги, плакаты, торжественные обещания, съезды и прочие «подмены понятий» стираются из памяти, а детали остаются. Я сейчас про детали.

Недавно видела в одном музее витрину с школьными атрибутами прошлых лет – парта с наклонной, откидной крышкой, плакат «правильная посадка при письме», школьная форма, галстук, горн, барабан….Захотелось быть экскурсоводом, я бы могла дать множество комментариев и ярко обрисовать недостающее. Вот, к примеру…

Я помню время… когда не было колготок. Это самое раннее, что я могу припомнить, моё сознание появилось как раз на стыке чулочек и колготок. В младшей группе на меня еще надевали эту странную короткую кофточку, называемую ужасным словом «лифчик» и к нему и пристегивали чулочки. А уж потом началась колготочная история и сразу стала дефицитом. Редко можно было увидеть ребенка в целых, не штопаных и не зашитых колготках. В позднее брежневское правление детские колготки были одного цвета – коричневого. Этот цвет был тотальным и распространялся на все детское: школьные платья для девочек, шапки, шубки, сапоги, мальчишеские костюмы, сандалии. Был еще темно-синий – цвет спортивных штанов с вытянутыми коленками. Но, о колготках… Это уже сейчас я знаю, что такое «креативная среда»: условия недостатка чего-то, когда человек начинает проявлять творческое мышление. Он сооружает это что-то из нового и по-новому. Колготки, к примеру, красили. Коричневый мало во что выкрасишь, но был особый шик в черных. В хозяйственных магазинах продавался краситель в таблетках – одна штука на 10 литров воды. Красил качественно, и ткань, и таз, и руки, и все, на что ненароком капало бурлящее варево – крашение происходило во время кипения. Ради одной пары затевать все это было не разумно, колготки собирались по подружкам и соседкам: «Буду завтра колготки красить, в черный, надо – приноси свои». После окраски самое сложное было понять где чьи. Хозяева искали знакомые дырочки, узелки на резинке, или, в крайнем случае, просто прикладывали к себе и брали те, что годились по размеру. А размер хлопчатобумажных колготок заканчивался на 18 – это рост девочки 10—12 лет. Дальше был провал между детскими колготками и уже взрослыми – дорогими, капроновыми. Была еще альтернатива – чулки с не менее страшными, чем в детстве лифчики, поясами. Решение было такое: от коротких колготок отрезались ступни и дальше, каким-то особым способом распускался трикотаж, но не весь, а через ряд. В результате такой манипуляции колготины становились чуть ли не вдвое длиннее, зашивались в местах отрезов – получай 22 размер, годится даже на взрослую тетю!