Ирина Шевченко – Остров невиновных (СИ) (страница 73)

К концу фразы взгляд ее стал совершенно отсутствующим, а лицо — лицо Адама — неестественно побледнело.

Фаулер обернулся через плечо, перехватил встревоженный взгляд расположившейся на заднем сиденье Валери и покачал головой.

— Дату похорон уже назначили? — хрипло рассмеялась Аманда, заметив эти переглядывания.

Ради мрачной шутки ей пришлось собраться с силами и стряхнуть оцепенение, все чаще овладевавшее заемным телом. Еще одна причина поторопиться и еще один довод в пользу версии, что Адам сейчас в доме. Кен не обсуждал это ни с Валери, ни с самой Амандой, но и собственных познаний хватало, чтобы понять: та самая сила, сила древнего лорда, которая мешает близнецам чувствовать друг друга, разрывает также все их связи, и происходит это намного быстрее, чем обычно бывало у них при обмене телами. Сейчас рядом с Кеном был совсем не тот «парень», что так ловко скрутил его после освобождений из тайника Беллы и легко использовал магию истиннокровных. Аманда слабела с каждой минутой, и единственная причина везти ее с собой — ускорить их с братом встречу, ибо на помощь близнецов при столкновении с неведомым противником Кен уже не рассчитывал.

Впрочем, с неведомым ли? Чем больше Фаулер думал об этом, тем сильнее злился. На себя. Он ведь действительно был близок к разгадке, умудрился всполошить менталиста визитами и расспросами, но даже не понял этого, и Крис погибла, потому что убийца счел лейтенанта Фаулера умнее и проницательнее, чем тот был на самом деле. Уже после ее смерти, поняв, что в деле замешан менталист, можно было пораскинуть мозгами и сделать выводы, но Кен дошел до этого только теперь, на пустынной загородной дороге, в едущей сквозь ураганный ветер и дождь машине.

Будь он менталистом, где бы прятался от всевидящей имперской безопасности, как не на острове, мало кому известном и интересном, в лечебнице, где охранные заклинания не только защищают периметр и блокируют способности одаренных пациентов, но и надежно маскируют опасный дар работающего там доктора? И дару этому при таком раскладе есть в чем себя проявить, нельзя ведь просто забыть о нем, он не позволит, но можно понемногу использовать в работе с пациентами. Даже во благо. Им. И себе тоже. Себе — обязательно. Эверет лично ездил на материк в поисках обеспеченных клиентов, и их родственники легко соглашались на перевод в лечебницу Карго-Верде. Платили соответствующе: доктору хватало на дорогие костюмы и новенький автомобиль, но основная сумма ложилась на накопительный счет или пряталась в сейф, и Кен даже гадать не пытался, сколько в этой сумме нулей.

Однако Эверет хотел большего, чего-то несоизмеримо большего, раз уж решился на убийства. Собирал через кровь чужую силу, но вряд ли сама сила была целью. Скорее средством достижения… Чего? К сожалению, у Кена и на этот счет имелась догадка. Он вдруг стал удивительно догадлив именно тогда, когда подобная прозорливость ничего уже не решала. Поздно сложились в единую картину разрозненные фрагменты мозаики: кровавый ритуал из арсенала лордов, дом лорда, лишившийся то ли рассудка, то ли памяти лорд в лечебнице…

В лечебницу Аманда звонила. Хотела поговорить с Ллойдом, но услышала только телефонистку: «В настоящее время номер недоступен. Вероятно, из-за плохих погодных условий». Маловероятно. Штормит в этих широтах нередко, и телефонные кабели давным-давно упрятали под землю, чтобы избежать обрывов. А Френки Паркс, которого Фаулер все-таки изловил до отъезда из гостиницы, сказал, что его матушка названивала какому-то доктору, прежде чем сорвалась «по делам». Видимо, Белла была последней, кому удалось связаться с лечебницей, а после этого пропала и связь, и Белла, и Адам с телом сестры. И Джо.

Кен стиснул зубы и нажал на педаль тормоза. Машину тряхнуло, Валери ойкнула, ударившись о спинку переднего сиденья, а Аманду пес успел придержать за плечо и спасти смазливую физиономию ее братишки от встречи с лобовым стеклом.

— Простите, — сухо извинился за резкую остановку. — Дальше лучше пойти пешком, тут недалеко.

Дождь хлестал по лицу, холодные струи затекали за воротник, и к растянувшейся вдоль дороги рощице шли быстро, почти бежали, однако раскачивающиеся и трещащие под порывами ветра деревья оказались не лучшим укрытием. Скорее наоборот: одно дело — вода, другое — прилетевшая в голову ветка.

Но идти действительно предстояло недалеко и недолго. Если догадки верны, и Эверет, и Белла, и другие их сообщники, а Кен не сомневался, что таковые имеются, сейчас в доме. Не пешком же они сюда пришли? Значит, где-то стоит автомобиль — и, быть может, не один, — а поблизости будет вход…

Автомобилей не наблюдалось, как и свежих колей в дорожной грязи, и это сбивало с толку, ведь согласно карте других подъездов к распоротой оврагами низине не было. Или карта врала, или им повезло и в доме только пленники. Или же попросту нет никакого тут дома, но верить в это Кен не хотел.

— Куда теперь, пушистик? — прямо в ухо ему проорала Валери, стремясь перекричать шум непогоды.

Он поморщился. От заливавших глаза потеков, от дурацкого прозвища, от голоса слишком громкого — оборотню-то шторм не мешал, слух был по-прежнему остер. Жаль, про нюх нельзя сказать того же. Запахи смазались, перепутались, растворились в воде и смешались с размокшей землей, но Фаулер все-таки достал из кармана найденный в сумочке Джо пузырек и, прикрыв его от дождя ладонью, вытащил пробку.

Восстановленная кровь не свернулась и пахла совсем как живая, едва вытекшая из раны, сладко и тревожно. Пес вдыхал этот запах, стараясь запомнить его и отрешиться от всех прочих, но их, прочих, было слишком много. Все вокруг пропиталось грозой и морской солью, мокрой листвой, размякшей древесной корой, а Джессику привезли сюда еще позавчера, и, даже если бы не шторм, след ее уже затерся бы и истончился.

Хватило пары минут, чтобы Кен понял бессмысленность своей затеи. Нужно искать не девочку, а дверь в дом или то, что от него осталось. Значит, надо найти место, в котором чувствуется присутствие людей. Любых. Или просто обрыскать все кусты и овраги в поисках входа. Участок не настолько велик…

— Что это? — заинтересовалась пузырьком Аманда.

— Кровь. Джессики.

В другое время и в другом месте ответ прозвучал бы как минимум странно. После манипуляций Джо крови получилось немало, словно ее специально брали в лаборатории, и Аманда могла бы поинтересоваться, откуда столько. Сейчас же она услышала только то, что нужно: это — кровь похищенной девочки, находящейся в данный момент в доме, куда им тоже нужно попасть.

— Можно мне?

Кен не успел ответить, как Аманда, выхватив пузырек, тряхнула его, и россыпь алых капель на мгновение зависла между замедлившимися дождевыми. Сверкнувшая над головами молния вряд ли была запланирована, но в ту же секунду, как лиловый сполох расцветил небо, не успевшие упасть на землю капельки крови обернулись стайкой серебристых стрекоз…

— Смотрите, — тяжело выдохнула Аманда. Ее шатнуло — показалось, резким порывом ветра, — и Фаулер сгреб ее в охапку, чтобы не упала. Ее. И плевать, что со стороны выглядело, будто он обнимает парня. Глазеть некому, а сам Кен видел обессиленную девушку. — Смотрите внимательно, — повторила она, лбом уткнувшись в его плечо.

Стрекозы разлетелись в разные стороны. Мелькали то тут, то там крошечные искорки, и уследить за всеми казалось нереальным. Если, конечно, ты не оборотень. Однако и псу с его реакцией пришлось непросто. В какой-то миг показалось, что он упустил из вида все до единой вспышки, но в следующий обнаружилось, что магические стрекозы снова сбились вместе и зависли в одной точке. Кен успел запомнить, где именно, и мысленно проложить туда дорогу, прежде чем созданное Амандой заклинание развеялось.

— Мэнди Стрекоза, — усмехнулся он, пятерней зачесав назад вымокшие волосы. — Так вот почему.

— Мне так удобнее.

Некоторые чары нуждались в визуализации. Заклинание поиска, например. У Джо в таких случаях получались линии-дорожки или светящиеся круги — что-то простое и универсальное, четкое и понятное — птички и бабочки не в ее характере…

— Идти сможешь? — Фаулер встряхнул Аманду за плечи.

Не сможет — придется нести, и речи не было оставить ее снаружи, когда нужно во что бы то ни стало поскорее найти Адама и вернуть каждого из близнецов в свое тело. Неизвестно, сколько еще они продержатся.

— Смогу. Заметили — куда?

Кен махнул рукой, показывая направление.

Шли не таясь, хоть по сторонам он на всякий случай поглядывал: никого. Только ливень, ветер, хлюпающая под ногами грязь и вспышки молний на темном небе. Лицо Аманды-Адама отливало синевой в электрических сполохах, но держалась она пока неплохо.

А люди тут все-таки были. Фаулер почувствовал их, оказавшись в десятке шагов от отмеченного стрекозами места. Но попали они в скрытый дом каким-то другим путем, потому что поросшая травой дыра в отвесном склоне оврага, на дно которого пришлось спуститься, на дверь не тянула, а появилась, видимо, вследствие оползня, ссыпавшего землю с частично обнажившейся полуразрушенной стены.

Дыру заливал дождь, но вода просачивалась сквозь щели в перекрытиях ниже, оставляя сухим узкий извилистый ход. Судя по грязи и паутине, им не пользовались. Кен надеялся, что даже не знали о нем и не ждут гостей с этой стороны. Однако войти незамеченными не удалось.