Ирина Шевченко – Демоны её прошлого (СИ) (страница 73)
Оливер набросал первичный план, пробежал глазами и тут же смял со злостью. Он — только наблюдатель. Дело ведут другие.
Лорд Аштон обещал организовать проверку банковских счетов всех фигурантов дела. Получить разрешение на подобное непросто, но для следствия информация может оказаться ключевой. Если выяснится, что родители погибших заплатили за поддержание выгодной им версии не только Нелл, но и Хеймрику, разговор с милордом Юлиусом будет другой. Факт шантажа еще нужно доказать, но и взятка — уже что-то. Хотя прежде глисетского ректора во взяточничестве не подозревали. Это злило, как и общая безукоризненность Хеймрика. Оливера-то подозревали, и не раз! В основном ограничивалось слухами, но однажды было полноценное расследование. С тех пор он даже подарков от выпускников не принимал, только недорогие сувениры, да и те старался брать при свидетелях. А сколько раз приходилось заминать скандалы с участием студентов? В Ньюсби, ближайшем к академии городе, четвертый мэр сменился за время, что Райхон сидел в кресле ректора, и с каждым у него были стычки из-за того, что очередной недомаг что-то там сломал, взорвал, расквасил кому-то нос или наставил рога (чаще в переносном, но как-то раз и в прямом смысле). Иногда и преподаватели отличались. А у Хеймрика во владениях, значит, тишь да гладь?
«Позвонить Джерри», — написал Оливер на новом листе. В конце концов, общаться с родственниками ему не запретили.
После пришлось все же заняться работой. Заметка попалась на глаза уже к концу дня, и милорд Райхон, опасаясь, что до возвращения домой забудет об этой идее, тут же снял трубку.
Глисетский номер ответил мягким женским голосом. Оливер не слышал его несколько лет, но не забыл, как оказалось.
— Здравствуй, Камилла, — поздоровался после заминки.
Такая же пауза на миг повисла на том конце провода.
— Здравствуй, — наконец прозвучало в ответ. Имени она не назвала, но узнала, сомнений не было.
— Рад тебя слышать.
— Взаимно.
Стандартный обмен стандартными фразами — не более.
— Я хотел бы поговорить с Джереми, если он не занят.
— Прости, он… его еще нет. По понедельникам он задерживается обычно…
Где задерживается, почему — она не сказала. А Оливер не спросил, хотя нужно было: показал бы, что ему не безразлично, как они живут и чем занимаются. Но сейчас интересовало другое. Во-первых — раздавшийся в трубке негромкий щелчок, словно кто-то третий присоединился к разговору. Флин снял трубку в приемной?
— Я передам, что ты звонил, — пообещала Камилла. — Это же… ничего срочного?
— Нет-нет. — Оливер посмотрел на дверь. Если секретарь снял трубку, должен был уже вернуть ее на место, поняв, что линия занята. А второго щелчка что-то не слышно. — Просто хотел узнать, как у вас дела.
— Все прекрасно, спасибо.
— Как Джинни? Наверное, уже совсем большая и такая же красавица, как ее мать.
— Хм… Оливер, у тебя все в порядке?
— У меня? Конечно. — Только повторного щелчка так и не было. — Выдалась свободная минутка, вот и… Я же ни от чего тебя не отвлекаю?
— Нет, но… — Женщина замялась. — Извини, просто не знаю, о чем говорить.
— О чем-нибудь. Не важно. — Действительно не важно. Пусть лишь не кладет трубку, пока ее не положил тот другой. — Знаешь, я… давно хотел узнать…
— Да?
— Хотел спросить тебя… — Оливер неслышно поднялся и, не сводя взгляда с двери, обошел стол. Прикинул длину провода. Когда-то тот был слишком длинным и путался под ногами. Пришел ремонтник с телефонной станции и укоротил. Зря, как выяснилось. — Что со мной не так?
— В каком смысле?
— В прямом. Наверняка у меня немало недостатков, раз уж ты предпочла мне Джерри. Хотелось бы узнать о них в подробностях.
— Серьезно? — Нервный смешок. — Хочешь поговорить об этом?
— Почему нет?
— Может быть, потому, что прошло семь лет?
— Спустя семь лет уже можно поговорить честно и спокойно, мне кажется. Или подождем еще лет десять для верности?
Тишина. Легкое, еле слышное дыхание. Одно? Или?..
— Хорошо, Оливер. Если тебе интересно… Все с тобой так. Даже слишком так. Ты замечательный человек, и я…
Замечательный человек аккуратно положил трубку на стопку бумаг и тихо подкрался к двери. Взялся за ручку и распахнул рывком.
Приемная пустовала. Флин куда-то отлучился. Трубка громоздкого черного телефона, стоявшего на столе секретаря, покоилась на рычаге.
— Псих, — шепотом обругал себя Оливер и вернулся в кабинет.
— …наверное, потому так и вышло, понимаешь? — Таким же тоном, насколько он помнил, Камилла читала лекции младшим курсам, терпеливо вдалбливая азы. — Прости, если тебя задели мои слова, но ты сам спросил.
— Не извиняйся, ты абсолютно права. И я рад, что Джерри на меня не похож… не в этом.
— Не в этом, да, — повторила она растерянно. — У тебя правда все хорошо?
— Все прекрасно…
…Будет, когда Нелл вернется.
Главное, до того времени не сойти с ума окончательно.
Джереми перезвонил через два часа уже на домашний номер. Судя по заботливым расспросам, Камилла не только пересказала ему их с Оливером разговор, но и поделилась какими-то выводами. Возможно, справедливыми, учитывая, что прежде, чем покинуть главный корпус, милорд Райхон заглянул в архив и убедился, что все коты, включая серого, на месте.
— Попытка наладить родственные связи провалилась? — спросил он племянника после того, как заверил, что жив, здоров и вполне дееспособен.
— Неудачная попытка, — пробубнил тот. — Непонятно, какие связи ты собираешься наладить.
Видимо, Джерри тоже сделал выводы. Но эти могли лишь рассмешить.
— Думал предложить тебе место в академии, — сообщил Оливер, меняя тему. — Но подозреваю, откажешься.
— Откажусь. Меня устраивает моя нынешняя работа. И в Глисете мы уже обустроились.
— И руководство у тебя там, должно быть, получше.
— Не принимай на свой счет, — попросил Джереми, смутившись. — Мне здесь действительно нравится.
Все же они очень отдалились друг от друга в последние годы, но Оливер не терял надежды. Надежды, что сумеет узнать что-нибудь через Джерри.
— Ты близко общаешься с Хеймриком? — решился на прямой вопрос.
— Не очень. Он — ректор, я — один из многих преподавателей. Сам понимаешь, сталкиваемся нечасто.
— А вне университета?
— Вне университета мы не общаемся. Уже не общаемся, — проговорил Джереми неспешно и, кажется, с усмешкой. — Милорд Юлиус устраивает вечера для коллег, и нас с Камиллой приглашал. Думаю, хотел подружиться, но… видимо, я недолюбливаю менталистов.
— Он пытался влезть тебе в голову?
— Пробовал пару раз, но я поднаторел в установке щитов после того случая.
Оливеру не требовались уточнения, «тот случай», когда племянник попался на ментальные крючки и чуть не погиб, они оба помнили.
— Если бы не защита, я ничего и не почувствовал бы, — добавил Джерри. — Но о запрещенном воздействии речь не идет. Поверхностное сканирование. Определение общего настроения, легкая коррекция восприятия, быть может. Не обвинять же человека в том, что он пытался произвести хорошее впечатление?
В этом не обвинишь. Хеймрик и Оливера пытался прощупать в его последний визит в Глисет: и правда ничего такого, о чем можно было бы сообщить в дисциплинарную комиссию.
— С чего такой интерес к милорду Юлиусу? — В голосе Джереми слышалась улыбка, но она не скрывала подозрительных ноток.
— Рабочий интерес, — солгал, не решившись на откровенность, Оливер. — Мне поставили его в пример, как образец идеального ректора. Вот и интересуюсь, действительно ли университет процветает под его руководством, в то время как академия под моим медленно приходит в упадок.
— Он жив? — хмыкнул в трубку Джерри. — Тот, кто осмелился сказать тебе такое? Нет, в университете дела идут отлично, но…
Оливер не помнил, когда в последний раз они говорили так долго, и глубоко в душе был рад уже этому. Где-то очень глубоко, чтобы эта радость прорвалась наружу и перекрыла тревогу и ощущение бессилия. Джереми не рассказал ничего, что можно было бы использовать против Хеймрика, а тем более — в поисках Нелл.
Еще один бесполезный день. Верить, что новый будет лучше, становилось все труднее.
Но Оливер верил. Худшим в его положении оставалось бездействие, и следующим утром он решился на еще один телефонный звонок. Разговор мог закончиться, едва начавшись, однако глупо было бы не попытаться.