Ирина Шестакова – Вика. Путь в никуда (страница 6)
–На актёрский тебе бы поступить, глядишь, и толк был бы.
–Фейсом не вышла. Всё, пока. Я ушла.
Дверь за Кристиной захлопнулась, а Вика ещё долго смотрела в тёмное окно на своё отражение и не знала, с чего ей начать жизнь в Москве. Как-то растерялась она. Вымыв чашку, Вика тихонько отправилась в большую комнату. Ей не терпелось прямо сейчас прошерстить интернет. Из письма Веры она знала лишь имя и фамилию своей биологической матери, Ева Калинина. Ей должно быть что-то около тридцати пяти. Молодая ещё.
Вика вбила в поиске город Озёрск. Женщин с таким именем было всего пять в этом городе. Трём уже далеко за восемьдесят, а двум как раз столько лет, сколько и должно быть матери Вики.
Навестить бы их. Жаль, фото никаких нет. Вика была уверена, что свою мамашу она узнала бы сразу. Внутри теплилась наивная надежда, что и родная матушка ищет её. А тут хоп, и она сама к ней явится.
Выключив компьютер, Вика отправилась было спать, как из комнаты дедушки Кристины еле слышный стон раздался. Не мешкая, девушка распахнула дверь. Старик лежал на полу и пытался хоть как-то привлечь внимание.
–Феликс Эдмундович, я сейчас …
Вика попыталась поднять старика, но не смогла. Ноги его совсем не двигались, а кровать высоко. Кристина, когда уходила, видимо, забыла бортики опустить, вот дед и свалился.
–Я попить захотел – прохрипел старик.
Вика разбудила Кристину, и они вдвоём погрузили деда на кровать. Обе чуть спины не сорвали.
–А почему ты его не отдашь куда-нибудь? – шепнула Вика, когда они вышли из комнаты Феликса – вот так каждый раз надрываться…
–Да куда же я его определю? Я всего лишь внучка. Такие вопросы мой папаша решать должен, а он живёт себе в Америке, и наплевать ему на меня, на деда.
Кристина на отца страшную обиду держала. Ладно она ему не нужна и особо никогда нужна не была, но про родного отца забыть?
– Тех, кто своих детей бросают и престарелых родителей, та же участь ждёт – глаза Вики стали совсем чёрными. Если Кристина думала в этот момент о своём отце, то Вика представляла себе родную мать. Не может человек, сознательно отказавшийся от своего ребёнка, быть счастливым!
Рано утром Вика отправилась на поиски работы. Москва уже не впечатляла, как в первый день приезда. А к шуму Вика уже начала привыкать.
Спустившись в метро, она приобрела в переходе газету и, пока ехала в электричке, изучала.
Всё не то. И везде с образованием требуются люди. А что делать, если его пока нет, но работать хочется?
Вика вышла из метро и направилась к рынку. Бесцельно бродила между рядами. Овощи, фрукты. Чуть подальше шмотки, мясные изделия. Тошнило уже от разнообразия всего.
Вдруг из киоска с рыбой выбежал коротконогий толстенький армянин.
– Вай, что делать? Что делать? Домой бежать надо, матери плохо, а мне рыбу оставить не на кого! День зазря пропадёт, ай-ай-ай!
– Чего орёшь? Давай помогу – предложила Вика. Армянчик ей смешным и добрым показался. Как такому дядьке не помочь? К тому же кучерявый, черноволосый и кареглазый, как она сама.
– Ты школу хоть окончила, помощница? Иди, иди куда шла, мне ещё с тобой проблем не хватало.
Вика сунула армянчику под нос свой аттестат, в паспорте на дату рождения ткнула.
– Восемнадцать есть, не дрейфь. Мне работа нужна. Любая. Я только в Москву приехала недавно.
– Вай, мёдом вам что ли намазано тут? Приехала она. Будто Москва для них резиновая.
Вика разозлилась.
– А сам ты не приехал? Так же небось за хорошей жизнью из аула своего уехал.
– Но-но! – помахал армянчик толстеньким коротким пальцем перед носом Вики – мой дед как в сорок пятом приехал сюда, пройдя до Берлина, так и осел. Так что коренной я, в отличие от тебя.
– Да пошёл ты. Хотела помочь тебе, услышав твои вопли, а ты…
– Ну куда ты пошла? Куда? Вот молодёжь, вот молодёжь! Иди сюда, объясню вкратце, что делать, и побегу. Если мама моя умрёт, то на твоей совести будет!
Армянчика звали Хасан. Он завёл Вику в киоск, по ценникам прошёлся, показал, как на весах взвешивать и считать.
– Только ничего не перепутай, из своего кармана недостачу, если что, платить будешь – строго предупредил Хасан.
– Да ясно всё, не дура вроде – Вика осмотрелась. Рыбой воняло до тошноты. Она надела на себя засаленный халат, фартук, волосы в конский хвост собрала и приступила к работе.
– Если до пяти часов на точку не вернусь, то сама закроешь. Ключи оставишь у соседей, я завтра заберу. И убежал. Его старенький " Жигуль" за воротами рынка стоял.
– Продавщица рыбы. Для начала неплохо – Вика поправила кепку, посмотревшись на себя в заляпанное зеркало. Кристина вечером обхохочется.
***
Влад был до глубины души оскорблён и мечтал эту девчонку, унизившую его на глазах у всех, проучить.
Задела она его, зацепила. Деревенщина понаехавшая.
– К отцу пойдёшь? – мать с утра пораньше макарон отварила, сосисок. Её Юрия Петровича вчера на скорой увезли в больницу с острым панкреатитом. Мать сетовала, что теперь навещать его придется после работы, да диетические продукты приносить. Иначе мамаша Юрика живьём её съест.
– Зачем ещё раз спрашивать, если ответ ты уже слышала? У меня варианты есть? К нему поеду, а потом в институт. Надо же папочке показать, какой я целеустремлённый.
– Это правильно. Образование в любом случае не помешает. Только ты сильно не прогибайся там и особенно Денису этому не позволяй командовать собой.
Влад зубами скрипнул. Дениса он вообще терпеть не мог. Наскоро позавтракав, он отправился в ванну.
– Ты как дела свои все сделаешь, минтай не купишь на рынке? Хочу Юрику сварить и с картошечкой-пюре отнести потом.
– Там его что ли минтаем твоим не покормят? – недовольно отозвался Влад, намыливая щёки, чтобы побриться.
– В больнице невкусно, а я так приготовлю, что пальчики оближешь.
Чтобы отвязаться от матери, Влад пообещал заехать. На вечер у него снова поход в клуб намечался. Он нутром чуял, что эта пигалица со своей подружкой где-то в этих краях живёт, неподалёку. Это вчера он осрамился, а сегодня спуску ей он не даст. Ещё бегать за ним будет, как собачонка.
Глава 7
Аня проводила Славу на работу. Он сегодня на сутках дежурит. Завтра утром придёт, отсыпаться весь день будет. У неё же выходной. Она в процедурном по сменам работает. Нравилось ей там. Поток людей, правда, бывает большой. Но так не всегда. Порой несколько человек всего за день заглянут. Кровь на биохимию из вены до десяти утра берут, в остальное время стандартные процедуры. Уколы в основном по назначению врача.
Аня, бывало, и на дому подрабатывала. С соседями-то уже со всеми обзнакомилась. Кому капельницу поставить, кому внутримышечно уколоть. Не бесплатно, соответственно, по определённому тарифу. А что делать? На её зарплату процедурной медсестры не разгуляться, на зарплату Славы тем более. Он же ещё и честный. Ни взяток не берёт, ни блатом не пользуется.
Раздражало Аню порой, что он такой вот весь правильный. Раскрываемость по району у него самая высокая. Не только по мелочи, но и серьёзные дела. А толку-то? Хоть бы зарплату прибавили. Премии, бывает, перепадают, только деньги что вода. Утекают сквозь пальцы, будто и не было их.
Бытовые расходы, продукты, школа. Самим обуться, одеться. Аня уже давно себе ничего не покупала. Всё старьё, из моды вышедшее, донашивает. Ни причёску сделать, ни покраситься. Руки неухоженные, на лицо не взглянешь. Зато у Верочки должно быть всё самое лучшее. От одноклассниц отставать не должна.
А она вон, на четвёрки съехала, а там, глядишь, и до троек с двойками недалеко. Двенадцать лет всего, а уже косметикой начала интересоваться. То глаза подведёт, то тушью ресницы мазнёт. Вот кем была её мать родная, а? Слава же никогда об этой своей Анжеле не рассказывал. А гены же пальцем не сотрёшь. Аня хоть из кожи вон может лезть и правильно воспитывать девчонку, но если из неё попрёт характер её матери, то тут уже Аня бессильна.
Время начало восьмого. Вот почему она не встаёт? Договорились же вчера пораньше на рынок съездить. Звание Славы так и не обмыли дома. Аня курочку запекла бы в духовке, салатиков нарезала. Весь вечер ему вчера испортила с этим скандалом, а потом всю ночь уснуть не могла. Пришлось к Вере пробраться тихонько и прощения попросить. Наверное, с оплеухами погорячилась она.
–Вера, вставай. Нам на рынок надо, ты забыла? – Аня приоткрыла дверь в комнату.
– Не хочу. Дай поспать – девочка накрылась одеялом с головой.
– Вера, собирайся на рынок. Я не могу оставить тебя дома одну.
– От чего же? Вчера ты кричала мне, что я уже взрослая.
– Это было вчера. И вообще, мы с тобой помирились же. А кто старое помянет …
– Отстань, мама, я спать хочу.
Аня захлопнула дверь. Что она, в самом деле? Уговаривает её, как маленькую! Хочет дома сидеть, пусть сидит. Аня собралась быстро. Платьице надела, босоножки достала.
Волосы решила распустить и губы подкрасить. Так захотелось вдруг к себе той вернуться, какой до Славы была.
Семейная жизнь почему-то превратила её в унылую и скучную тётку. А ведь она ещё молода и довольно интересна противоположному полу.
Аня никогда не помышляла об измене. И так муж моложе неё достался. Но Слава к ней охладел давно. В их отношениях нет ни романтики, ни страсти. Обычный быт.
Подкрасив ещё и ресницы, Аня выпорхнула из квартиры. Она совсем позабыла, каково это быть просто женщиной. Волнующей, желанной.