Ирина Шестакова – Ветер перемен. Книга первая (страница 19)
– Почему? Я же прошла по золотому пути, понравилась султану и теперь я под его защитой. Никто не посмеет меня тронуть, да и Разие-султан на моей стороне – наивно и беспечно произнесла Ширин, рассматривая красивейший отрез ткани для её будущих платьев.
– Поверь мне, даже будь ты женой султана, это не спасёт тебя от участи тех несчастных рабынь, которые думали так же как ты – покачала головой Гюльгюн – просто доверься мне. Ты не можешь сейчас быть выше Айбиге-султан, тем более сегодня должна прибыть валиде. И Разие-султан не может служить тебе защитой, она преследует свою цель, покровительствуя тебе. Но стоит ветру подуть в другую сторону и она бросит тебя на съедение этим гаремным гиенам. Пойми, что здесь своя жизнь и тут каждый либо сам за себя, либо в этой стае и подчиняется законам этой стаи. Так всегда было.
Ширин слушала свою подругу, широко распахнув глаза. Оказывается всё чему учила её Разие-султан это лишь прикрытие.
– Хорошо, я подумаю над твоими словами! – девушка не показала вид, что расстроилась и вскочив с подушек, закружилась по комнате с блестящей тканью в руках. Ничто не должно портить её настроение. И пусть с Сашкой она попрощалась, но её дух, дух русской девчонки из дворянского семейства, будет жить с ней до конца её дней.
Айбиге-султан и Мурад были приглашены в покои падишаха на трапезу. Яман ещё не вернулся с заседания, решая важные вопросы по изменению некоторых законов. Ему хотелось внести новые преобразования и новшества. Осман-паша вяло поддерживал его в этом преобразовании, отдавая предпочтение всему старому. Яман был ещё молод и горяч, а потому спешил. А спешку в любом вопросе, особенно касающегося государственных законов, Осман-паша не одобрял.
– Я хочу просить у отца, чтобы в следующий поход, он взял меня с собой – с вызовом заявил Мурад.
– Что? – Айбиге вздрогнула, она настолько погрузилась в свои тяжёлые мысли об этой русской наложнице, что совершенно выпала из реальности. Её служанка Бегюн донесла ей, что эта хатун пробыла у повелителя всю ночь и утром её снова перевели на этаж фавориток, да ещё одарили дорогими подарками. Для Айбиге узнать об этом, было словно получить удар ножом в спину. Откуда взялась эта дрянная девчонка, нарушившая её покой? Поскорее бы приехала валиде!
– Мама, с тобой всё хорошо? – Мурад обеспокоенно смотрел на побледневшее вдруг лицо матери и мысленно ругал себя за несдержанность. Его учитель говорил ему, что все женщины слабые и беззащитные существа. Особенно матери шехзаде, ведь их участь в дальнейшем вовсе незавидна, когда от них отворачивает свой лик сам султан.
– Немного голова болит сынок, а так всё хорошо – выдавила из себя улыбку Айбиге – что ты там говорил про поход?
Двери в покои султана распахнулись и решительной походкой, вошёл падишах.
– О, кого я вижу! Мой юный шехзаде, ты скрасил мой хмурый день своим присутствием на моей трапезе – Яман широко раскинул руки для объятий. Отец и сын крепко обнялись, совсем как в далёком детстве мальчика.
– Повелитель, хочется отметить успехи нашего шехзаде в битве на мечах – раздался голос Османа – паши. Он вошёл в покои вслед за повелителем, зная что там будут Айбиге-султан и Мурад.
– Настоящий воин – довольно произнёс Яман, потрепав своего сына по чёрным густым волосам. Он подошёл к своему рабочему столу и отдал своему визирю пару писем со словами – отправишь королю Франции и Англии.
Осман-паша почтенно удалился, оставив падишаха трапезничать с семьёй.
Али-ага носился по гарему, как угорелый. К приезду валиде всё должно было быть безукоризненно. Накричав на девушек, что они словно одалиски расселись на шёлковых подушках и нагло пьют шербет, пока он как пчёлка кружится в заботах и бегах.
– Нахалки, хоть бы помогли своему бедному Али-аге. О, горе мне с вами, горе – причитал он, пока его не осадила ФатИма-хатун. Она пришла за Ширин по приказанию Разие-султан. Девушку нужно было проинструктировать, как вести себя с валиде. Мать падишаха заслуживала особенного почтения и отличалась жёстким норовом.
– Что это ты тут раскудахтался, как курица! У тебя дел больше нет? Так найду сейчас тебе! Пойдёшь с нашим поваром Хасаном за продуктами на рынок – отрезала ФатИма-хатун, грозно глядя на присмиревшего евнуха. Не дожидаясь ответа, она вместе с сопровождающими её служанками, поднялась наверх.
– «На рынок пойдёшь» – передразнил её Али-ага и скорчил такую смешную рожицу, что наложницы прыснули со смеху, но тут же со второго этажа раздался гневный окрик ФатИмы-хатун.
– Сейчас те кто смеются, получат сто ударов палкой по пяткам!
Девушки разбежались врассыпную, оставив Али-агу одного. Расстроившийся евнух махнул рукой и побрёл на кухню. Он вообще-то хотел навестить свою любимицу Ширин и только за этим зашёл в гарем, но снова Али подвёл его болтливый язык.
Ширин покорно предстала перед Разие-султан, гадая что ей опять нужно.
– Ты в курсе, что вечером мы будем с почестями встречать мать падишаха, валиде-султан? – спросила Разие. Она всё утро сегодня, как на иголках и то, что Ширин покорила сердце Ямана, уже не особо радовало её. Она знала на что была способна валиде, которая не так давно грозилась отдать саму Разие-султан замуж за какого-нибудь чиновника и отправить из дворца. Теперь их семья правит государством и Разие-султан для них не имеет права голоса.
– Все так боятся великую валиде! Неужели она такая страшная? – рассмеялась Ширин, но увидев сосредоточенное выражение лица Разие, затихла. Надо держать рот на замке и быть на чеку, как советовала Гюльгюн, а то мало ли.
– Хуже – ответила султанша и опустилась на диван – присядь рядом, проведу с тобой ещё один урок вежливости. Только умоляю, не подведи меня.
***
Лида была не в себе от беспокойства. Герман долго не возвращался из Петербурга, а его мать Елена Николаевна откуда-то прознала про её положение.
– Ты как посмела? Ты? Девка без роду и племени! – кричала она, вызвав к себе в комнату Лиду. Она не выдержала и дала девушке звонкую пощёчину.
– Ещё отец Германа, когда был жив запланировал его свадьбу с княжной Ольгой Шуваловой!
Лида вздрогнула услышав эту фамилию. Она вспомнила, как её сестра Сашка боялась графа Шувалова и как тот жаждал жениться на ней.
– Я люблю вашего сына – осмелилась произнести Лида, за что получила ещё одну пощёчину.
– Не смей! – завизжала Суворина, топнув ногой – не для такой, как ты его растила и берегла!
Елена Николаевна сжала виски и заходила по комнате. Что же ей делать? Ребёнок от этой девки не должен стать помехой выгодному браку. Она остановилась у окна и взгляд её вдруг упал на конюха Федьку. Парень был здоров, как бык и молод. Внезапная мысль озарила головушку Елены Николаевны и мысленно усмехнувшись, она спокойным тоном произнесла:
– Можешь идти пока. Вечером сообщу тебе своё решение.
– Но вы не можете… не можете… Герман должен знать обо всём. Он тоже любит меня и я его обязательно дождусь – Лида решила пойти на рожон. В конце концов, что ей сделает Суворина? Выгонит на улицу? Так она всё равно дождётся Германа и всё ему расскажет.
– Уйди с глаз моих и не испытывай моё терпение! – рявкнула Елена Николаевна. Она решит эту проблему сегодня же и точка! Женит сына, дочь на выданье и оставит Лизу на попечение её бабки! А сама наконец-то воссоединится со своим возлюбленным молодым и горячим графом Курбатовым.
«Мишенька, ты всё равно будешь мой» – томно подумала о своём любовнике Елена Николаевна и спустилась вниз, поговорить с конюхом.
Глава 28
Для валиде-султан готовили роскошный приём в гареме. Али-аге было поручено отобрать несколько наложниц для игры на арфе и лютне, наложниц для танцев и тех, кто будет обслуживать саму валиде-султан.
С самого утра повар Хасан-ага в поте лица жарил, парил и готовил любимые блюда матери султана, которая отличалась весьма привередливыми предпочтениями в еде.
Хазнедар гарема ФатИма-хатун выстроила девушек по периметру и давала указания. В это же время от Разие-султан вернулась мрачная Ширин.
– Где ты ходишь? Тебе что, отдельное приглашение нужно? Ты должна стоять здесь, вместе со всеми девушками! – напустилась на неё ФатИма-хатун.
– Не кричите на меня! При всех – Ширин высокомерно вздёрнула нос и посмотрела прямо в глаза ФатИме-хатун – я не какая-нибудь простая рабыня, я любимица самого падишаха!
От двери в гарем послышались громкие похлопывания в ладоши и раздался насмешливый смех Айбиге-султан.
– Я бы на твоём месте не была столь самоуверенна, хатун – прозвучал её громкий голос.
Она медленно приблизилась к Ширин и смерила её презрительным взглядом.! – Попав в гарем, ты уже стала рабыней и останешься ею навсегда. И то, что наш повелитель удостоил тебя права одной ночи, не означает, что теперь ты приобрела высокий статус, хатун. Встань вместе с остальными рабынями и не смей перечить хазнедар гарема! – резким голосом отчитала Айбиге-султан.
– Не смей мне указывать, как себя вести! – разозлилась Ширин.
Она терпеть не могла находится в положении униженной и оскорблённой дурочки. Правила правилами, а принижать своё достоинство она никому не позволит. Кто такая эта Айбиге? Какое право она имеет при всех её так позорить?
– Сто ударов палками, ФатИма-хатун – процедила сквозь зубы Айбиге, испепеляя взглядом Ширин, между ними словно пламя полыхало и воцарилась такая тишина в гареме, что было слышно как журчит вода в искусственном фонтанчике – все слышали? Эта рабыня оскорбила хасеки султана и мать его шехзаде!