Ирина Шахова – Тайны далеких гор (страница 9)

Пока не узнавали, кто отец его.

Саша и сам сначала переживал, что невесты на его деньги смотрят, более, чем на него. Хотел выбрать ту, который он понравится, а не богатства. Но все равно прогадал.

Получилось, что жену взял, из тех, кто в первую очередь в карман смотрит, а потом в душу. Да уж очень она ему в сердце запала, не стал таить, кто отец его. Сначала, правда, на Светлану пару недель просто посматривал, все пересечься старался, то в парке, то в магазине, а она и не замечала Сашку, пустое место для нее. Дом родители ее недалеко снимали, сами-то из Симбирска, в Самару на лето погостить приехали, не очень хорошо местных знали. А уж как прознали, что к чему, сразу Светлана к Саше расположилась и согласие дала.

Только вот не угадала. Отец-то решил все младшему оставить. Видит глава семьи, как дело с наследниками обстоит.

Младший хоть и не такой красавец, но хваткой и умом в отца и Соню пошел, всем интересуется, все выспрашивает. До всего дело есть. Пытается осторожно мнение свое высказывать отцу, пусть по-детски, но пытается.

Хоть и одинаковое образование они мальчишкам дать старались, да все вышло по-разному. Учителя к ним одинаковые ходили, предметы одни преподавали. Предметами, которые для их дела не важны, наподобие языков не используемых, таких как латынь, да древнегреческий, головы детям не загружали, розги не использовали, даже в чулане и то не запирали. Но спрашивали строго. Могли от игр отлучить или без сладкого оставить. Но и за успехи хвалили, и поощряли за примерное обучение. Ни в чем разницы не было, да только вышло так, что младшему все увлекательно, все узнать хочется, а старший учился еле-еле, ничем его не привлечь, урок прошел и ладно.

Правда, Сашка в итоге все же закончил реальное училище, получил образование пригодное для торговли и промышленности, но курс в университете не завершил, полгода пробыл в Петербурге и вернулся. Хотя отец предлагал остаться, довести обучение до конца и только потом домой ехать. Но сын на все уговоры отвечал «не хочу попусту время тратить».

Он был уверен, что ему останется дело отца. Хорошо отлаженный бизнес приносил прибыль, что не только позволяло спокойно существовать семье, но и копить на черный день. Анна давно заметила, что старший сын просто дожидается времени, когда ему перейдет все из рук отца, и он будет жить в свое удовольствие, ничего не предпринимая.

Да только отец другую надежду имел, хотел дело расширить, да позиции свои упрочить. Сам узнавал по мере сил новое, но это не тоже самое, когда знания тебе преподаватели несколько лет передают. Иногда говорил, что сам бы учиться пошел, да не было возможности в университете время проводить, дело ж на нем, оставить не на кого. Младший ребенок еще, а Сашка хоть и помогать собрался, но видел же отец, не сдюжит тот.

А Пашенька бы смог. Только подрасти ему надо. По всему видно, в отцовскую породу пошел. И в училище собирался, и в университет. Не зря отец решил ему все оставить, не зря.

Сонечка тоже росла любознательной, и наверняка обучение столичное оказалось бы ей по плечу. Можно было девочку в Петербург отправить, деньги имелись, способностей не занимать. Но наслышаны они было об обучении в женских гимназиях и институтах, и о розгах, и о холоде в классах и спальнях, так что одеяла не спасают, да и дисциплина железная, куда ее девочке с ее непоседливостью и живым умом. Не готова была Анна подвергнуть дочь таким испытаниям.

Хотя последнее время, все чаще мелькала мысль, что может зря побоялась? Глядишь, у ребенка жизнь иначе сложилась.

Поезд чуть замедлил ход, приближаясь к станции и спустя время, совсем остановился. Из вагона второго класса дружно высыпали на платформу люди в надежде размять уставшие чресла, но тайный советник барон Никита Александрович Куршаков присоединиться к ним не спешил. Он опустил ноги с полки, на которой лежал, прошел туда-сюда по вагону, старательно огибая людей и, заметив возвращающихся, забрался обратно.

Он только-только задремал перед станцией, но отказывать себе в удовольствии немного пройтись не стал. Тем более сон был не слишком приятен.

А привиделись ему события месячной давности, когда он, усталый после очередного бала спокойно возлежал в одной из гостевых комнат сестры, куда добрался уже под утро. Его собственный дом находился чуть дальше от места приема, и Никита опасался, что просто туда не доедет.

Он практически не пил – дело, которым он занимался, требовало ясного ума, но в это вечер его неожиданно сморило от пары бокалов шампанского. Молодой мужчина подозревал, что тому виной были не его невоздержанность, а длинные руки его приятелей, добравшиеся до фужера и подмешавшие в практически безобидный напиток изрядную долю водки, а потом хитростью заставившие его осушить пару бокалов залпом.

Возможно, он бы не потерял бдительность, если бы смотрел по сторонам, заметил бы подмену, но последние пару недель все его внимание было направлено на барышню Елизавету Вронскую, а все его действия на подобных званых обедах и ужинах – оказаться как можно дальше от нее.

Но случилось то, что случилось, и в ту ночь он боролся с похмельем и одновременно пытался определить, не привиделся ли ему настойчивый стук в дверь.

Барон Куршаков даже засунул голову по подушку – стук не прекратился.

Собрав волю в кулак, он поднялся в кровати, подошел к двери и отпер засов, забыв наказ сестры не показываться в таком виде детям во избежание дурного примера, а потому держать комнату закрытой и отпирать только после того как окончательно придет в себя.

К счастью за дверью оказались не племянники, а его слуга, прибывший из дома с просьбой срочно явиться на службу.

Недоумевая, что может понадобиться от него в столь ранний час, когда не пробило еще и семи утра, Никита попросил принести воды, а также взял любезно протянутый слугой костюм, предусмотрительно захваченный тем из дома.

Через полчаса барон вышел из поместья сестры настолько бодрым и свежим, насколько вообще это было возможно в его состоянии.

Он прибыл во дворец и сразу же был приглашен на прием. Государь вручил ему послание из далекой Самары. Никита с интересом взял листок в руки – вряд ли его вызвали только для того чтобы продемонстрировать плотность бумаги или красивый почерк – наверняка в письме содержалось что-то важное.

Догадки не обманули. Текст был занимательным, но одна вещь привлекла особенно.

– Что прикажете? – уточнил тайный советник, как только закончил чтение.

– Оправляйся-ка ты в Самару и выясни, где могли быть найдены эти вещицы. Они могут быть весьма полезны в наших задумках.

– Слушаюсь! – ответил Никита.

– Оправляешься через пару недель. Не раньше. А пока все подготовь. Как можно меньше людей должны знать, что ты туда едешь. И никто – об истинной цели визита.

Тайный советник Никита Куршаков кивнул в знак того что понял и покинул кабинет.

Подготовка заняла больше двух недель, но в таком деле мелочей не бывает.

И вот сейчас, по милости одной девицы, которая ему даже не нравится, он вынужден трястись в вагоне второго класса и с нетерпением ожидать окончания пути.

Анна Михайловна спустилась вниз, передала шубки служанке и поднялась к себе. Нужно письма разобрать, да последить, как к обеду накрывают. Не забыть бы еще к ужину распорядиться. Гости у них будут. И очень хочется надеяться, что все пройдет гладко.

Прибудет семейство одного мелкопоместного дворянина. Вместе с сыном. Тот вернулся недавно с учебы, родители женить его надумали, и кто-то из знакомых посоветовал им Соню. Кажется, молодой человек даже успел ее увидеть, и девушка ему приглянулась. Остается надеяться, что чувство окажется взаимным и все сложиться к общей радости.

А сейчас ей нужно приложить усилия и не ударить в грязь лицом ни как хозяйке, ни как матери.

Хотя вечера и в семейном кругу тоже иногда беспокойные бывают. Взять хотя бы тот, месяц назад, что к поездке ближайшей отца привел. Собрались они все за столом. Старшенький заглянул, да один, без жены. Но все равно спокойного вечера не вышло.

Трапеза уже к концу подходила, все о пустяках беседовали. Погоду обсуждали, знакомых перебирали. Саша про дом свой новый говорил. Сняли они его недалеко, да и не вот чтобы дорого, да все равно хотелось им чего-то своего. А отец возьми да и спроси:

– Сам Сашок хромы новые строить задумал, али жена подсказала?

И ведь знал, как сын болезненно реагирует на те намеки, что жену его, главой в доме делают, а он так, на подпевках.

– А коли и Светлана, худое разве что в этом желании есть?

– Худого ничего, особенно когда муж с головой, да с руками. Где строиться думаете? – Решил отец не продолжать неприятную для старшего сына тему.

– Земля недешева сейчас, да и в центре все хорошие куски уж проданы. Думаю, за Воскресенской площадью взять, где сейчас Маштраковы строиться задумали. Уж три года как Михаил Дементьевич подал прошение в Самарскую городскую управу с просьбой разрешить ему возвести на своем усадебном месте близ Воскресенской площади двухэтажный деревянный дом. И вот все сложилось. Щербачев строить будет, кто реконструкцией церкви занимался.

– Ой, далеко, – покачала головой Анна Михайловна. – Почитай окраина самая. Не так давно дубрава стояла, до самого женского монастыря. Сейчас, конечно, церковь Воскресенскую построили, но все одно – край. Дальше уж дачи, да деревни.