Ирина Северная – Безупречный элемент (СИ) (страница 64)

— А теперь отдыхай, моя девочка… И с Новым годом тебя.

Она улыбнулась и прошептала в ответ:

— И тебя. С Новым миром. Нашим миром…

______

*Происхождение Александрии — Фиолетовый цвет глаз имеют люди, которые подверглись генетической мутации, носящей название «происхождение Александрии». При рождении такие люди обладают обычным цветом глаз — синим или серым. Но после полугода цвет глаз начинает меняться в сторону фиолетового. Этот процесс занимает порядка шести месяцев. В период полового созревания цвет этот углубляется до темно-фиолетового или фиолетово-синего и остается таким. Это происходит вследствие появления двойного ряда генов. На само зрение такой цвет никак не влияет. Зато он может повлиять на сердечные заболевания у «фиолетовоглазого» человека. Объяснение данного феномена не имеет научного подтверждения.

Конец первой части.

Часть 2. Глава 1. "Как корабль назовете…"

Часть вторая

Глава 1. "Как корабль назовете…"

"Каждый в пределах своей пусть остается судьбы"

Овидий

Все поначалу двигалось, как в театре теней: черно-белый мир, ни лиц, ни красок, одни смутные контуры мебели, светящиеся прямоугольники окон и силуэты незнакомцев на их фоне. Слышно, как сквозь вату, видно, как сквозь туман.

Ошеломленный Эйвин наблюдал, как его незваные гости, внезапно оскалившиеся по-звериному, вновь синхронно обрели вполне человеческий облик. Длинноволосый блондин сдержанно, но настойчиво попросил осторожно поднять "кровожадную" штуковину и положить на столик. Эйвин, отлепившись от стены, автоматически выполнил просьбу. Потом прошагал к дивану и уселся на него в позе послушного мальчика.

Некоторое время все трое смотрели как треугольный предмет на столике загадочно поблескивает в свете уличных фонарей. Молчание нарушил высокий блондин;

— Снова вскакивать, махать руками и орать не станешь?

Эйвин хотел ответить, попытавшись проглотить комок в горле, но, не справился и только отрицательно помотал головой.

— Ну, тогда для начала прими тот факт, что мы не совсем люди.

— Не люди? — голос Эйвина сорвался на хрип, и он закашлялся. — Только не говорите, что пришельцы.

— Почему же не говорить? — долговязый парень криво усмехнулся.

Ухмылка оголила длинный белый клык, совсем как у волка. Взгляд Эйвина прилип к этой ухмылке, словно она загипнотизировала его своим «животным обаянием».

— Мы как раз и есть пришельцы. С того света, — добавил он бодро. Потом на миг задумался.

— Слушай, Эйвин — обратился он к парню, поморщившись, — а может у нас получится пропустить всю эту херню, вроде «так не бывает, я в это не верю, вы сошли с ума, я вызову полицию» и так далее. До бесконечности. До истерик. Поверь, это будет пустой тратой времени, которого у нас в обрез. И напрасной тратой драгоценных остатков твоих и без того потрепанных нервов.

— А… можно как-то поточнее? Ваши слова как-то слишком… пространны, — прохрипел Эйвин, сглатывая.

— А поточнее будет так — мы вампиры, — заявил длинный парень. — Эй, там, на шхуне! Ты меня слышишь? — вдруг рыкнул он, увидев, что Эйвин впал в ступор.

Юноша вздрогнул, и смог только приоткрыть рот.

— Вампиры, значит… — выдавил он.

— Они самые. Только не говори, что тебе легче поверить в свою стихийную эмпатию, чем в существование вампиров, — сказал ему Лео.

— Я ничего такого и не собирался говорить, — мотнул головой Эйвин. — Вы, конечно, уж очень похожи на чокнутых. Но и я недалеко ушел…

— Да ты нас далеко обогнал в плане чокнутости, уж поверь, — сообщил ему Лео. — Делать многокилометровые заплывы в ледяной воде, чтобы отключить восприятие. Это ты гениально придумал. Лучше бы уж сразу в прорубь головой.

— Борегар, полегче! — рявкнул Тайлер.

— А чего церемониться? Парень и сам знает, что творил. И чем быстрее эту болячку сдерем, тем лучше. Ну что, ты готов к конструктивному общению с выходцами с того света? — обратился он к юноше.

Эйвин снова глубоко вздохнул.

— Ну, если я вас слышу и вижу, и вы не плод моего свихнувшегося сознания, тогда я к общению готов, — уже более уверенно отозвался юноша. — Выкладывайте, что у вас есть.

— А ты мне почти нравишься, — одобрительно сказал Лео. — Тогда слушай, а заодно прикидывай, что возьмешь с собой в поездку. Быстро, четко. И не забудь загранпаспорт, — заявил он.

Первым делом незнакомцы еще раз подтвердили, что они вампиры, заявили, что не причинят вреда, представились, повторили, что оба знали его биологическую мать. Высокий, назвавшийся Лео, заявил, что подробности рассказывать сейчас не будет, только «немного обрисует ситуацию».

Далее последовала краткая информация о наличии у Эйвина здравствующей родной сестры-двойняшки и неких странностях, вдруг приключившихся с ними обоими. Если верить его словам, то недели бурного помешательства, окунувшие Эйвина в ад, оказались ничем иным, как приступами неконтролируемой эмпатии, а к его неизвестной сестре совсем не просто так проявляли интерес вампиры-маги.

Как бы это не звучало, но уж если с ним случилась эмпатия, то почему бы, в самом деле, его спасителям не оказаться вампирами, а где-то на белом свете не отыскаться и его потерянным родственникам.

— Судя по всему, с твоей сестрой и с тобой что-то этакое стало происходить в одно время, — заключил Лео.

— Ясно, — Эйвин покусал пересохшие губы. — Не хотите для начала рассказать, почему это вдруг мы с сестрой оказались порознь и ничего друг о друге даже не знали? И почему вам… вампирам все это так интересно? И уж если на то пошло — кто мы и откуда? И почему я должен узнать про сестру теперь, когда происходит вся эта хрень?!

— Нет сейчас времени расписывать подробности, — отрезал Лео. — Все потом.

— Потом, это когда?

— Когда доберемся до Норвегии. Там вы родились и жили в детстве. Вот, кстати, тебе и ответ на вопрос откуда вы. Собирайся! Возьми запас теплой одежды, документы, деньги, сколько есть.

— Налички мало, — просипел Эйвин, с трудом поднимаясь с дивана и направляясь в спальню, — только кредитки. И я хочу одну оставить Линне…

— Благородно. Но сомневаюсь, что она придет сюда за кредиткой, — отозвался вампир.

— Я позвоню ей и скажу… и оставлю записку. Она же придет… за вещами…

— Сейчас праздники. Не надо сегодня никому звонить и записки оставлять не нужно, — снова донесся до Эйвина голос долговязого. — А сейчас настоятельно прошу собраться поскорее. До восхода мы должны быть на месте.

— Но у меня работа… — попытался возразить юноша.

— С работой и девушкой разберешься позже, — отрезал Лео раздраженно.

Эйвин вздрогнул от его приглушенного рыка и едва сдерживаемой ярости, отчетливо слышимой в голосе.

— Я быстро, — прошелестел парень, чувствуя, что ноги вдруг стали дрожать и подгибаться. — И почему я позволяю всему этому происходить…

Кажется, у него начался озноб.

Борясь с искушением послать всех и всё подальше, завалиться на кровать в позе эмбриона и отключиться, юноша побросал в спортивную сумку кое-какую одежду, белье, взял свой iPad, все флешки, в том числе и с информацией, нужной ему по работе. Шатаясь, поплелся в ванную, где, не зажигая света, накидал в дорожный несессер зубную пасту, щетку, бритву, что-то еще из косметики и лекарств, хранившихся в зеркальном шкафчике. Вытряхнул из баночки прямо в рот две таблетки тайленола и проглотил их, запив водой из-под крана.

Увидев Эйвина, похожего на призрака, в дверях спальни с сумкой в руках, оба его гостя хмуро переглянулись,

— Возьми-ка эту штуковину с собой, — скомандовал Лео, мотнув головой в сторону стола, на котором лежал серебристый треугольник. — Занятная это вещица и я очень хочу знать, что это такое.

Эйвин, покосившись на штуковину, сходил в ванную за чистым полотенцем, завернул предмет в него и убрал в сумку, заложив одеждой. Двое его новых знакомых наблюдали за действиями парня с одобрением.

Затем оба незваных гостя опять, как по команде, заняли места по обе стороны от парня и, чуть притиснув, почти вынесли на улицу.

Дорогу в аэропорт и посадку в самолет Эйвин практически не помнил, разве что момент, когда проходил паспортный контроль, и требовалось, чтобы одухотворенное, красивое и молодое лицо на фото совпадало с тем мертвенно бледным, совершенно потухшим образом, коим он являлся сейчас.

Полет в удобном кресле полупустого салона самолета и приземление тоже прошли, как в тумане. Затем была неизвестный временной отрезок, занятый поездкой на машине, и путь по воде на большом катере.

Ледяная вода за бортом все звала, как старый друг и враг…

Движение по водной глади и мерное покачивание едва не погрузили его в гипнотическую дрему, но Эйвин не позволил себе поддаться, подставляя пылающее лицо холодному ветру. Лео и Тайлер почти всю дорогу молчали, лишь поглядывали на парня и обменивались короткими взглядами друг с другом. Рядом с ними было некомфортно, и искушение сбежать не покидало юношу.

Впрочем, так же, как и досада, вызванная тем, что позволил распоряжаться собой, как неодушевленным предметом, этаким мешком с хламом, который неизвестные ему мужики, назвавшиеся вампирами, перетаскивали, как и куда им вздумается.

Но, если подумать — зачем кому-то играть с ним в игры, лишенные смысла и затевать все эти хлопотные спектакли с переездом? Чего с него можно взять?

Да и хотели бы убить, не стали бы вытаскивать из воды.