Ирина Северная – Безупречный элемент (СИ) (страница 28)

Голос Вагнера вернул Фреду к действительности, когда вампир остановил ее в холле:

— Поднимайтесь к себе и отдохните как следует. В вашем распоряжении остаток ночи и целый день, а вечером спускайтесь в библиотеку. Там и поговорим. — Регент окинул девушку хмурым взглядом с ног до головы. — И не забудьте обработать рану. В вашей ванной есть все необходимое.

Сказав это, он исчез в одном из арочных проемов.

"Голем" растворился в лабиринтах загадочных чертогов, а Фреда поднялась в свою "темницу". Эти апартаменты буквально можно считать темницей, ведь окна в них были лишь имитацией. Как же хотелось сейчас посмотреть на ночной город, увидеть свет, горящий в окнах жилых домов, фонари на улицах, светящиеся витрины магазинов. И людей, простых людей, шагающих куда-то по тротуарам. Словом, все то, что олицетворяло привычную жизнь, соединяло с миром живых и напоминало о том, что скоро Рождество…

Всего через пару недель наступят те самые волшебные дни, которые всегда так приятно ожидать, к которым хотелось готовиться, следуя традициям. Но, скорее всего, это Рождество она встретит запертая неизвестно где и непонятно с кем, чувствуя себя совершенно одинокой и растерянной. Если вообще еще будет существовать, а не падет жертвой каких-нибудь паранормальных экспериментов "вампирской мафии".

Почему-то мысль не напугала, а оставила почти равнодушной. Словно, постепенно смиряясь с новыми обстоятельствами существования, Фреда незаметно, инстинктивно подавила что-то в своей душе, и это "что-то" успело истлеть и остыть. Во всяком случае, ее здоровый скептицизм точно слегка приболел и ослаб настолько, что она уже почти верила, что окунулась в мир необъяснимого, но, тем не менее, вполне реального. И понимала, что будет стараться здесь выжить.

Сейчас вымотанной приключениями Фреде просто хотелось принять душ, что-нибудь перекусить и завалиться спать.

И опять рваные джинсы отправились в корзину для грязного белья. Снова горячая вода смывала усталость с тела и грязь с кожи и волос. Обработав антисептиком и заклеив пластырем довольно глубокую царапину на ноге, девушка съела большой, наспех сделанный сэндвич, выпила стакан холодного сока. Проделав все это автоматически, с полузакрытыми от усталости глазами, Фреда, наконец, нырнула под одеяло. Уже засыпая, она вдруг встрепенулась, словно вспомнила что-то очень важное, сбросила одеяло и помчалась в гостиную.

Достав из кармана кожаного плаща найденный в заброшенном доме предмет, крепко зажала в руке и снова вернулась в спальню.

Не выпуская Хранителя из пальцев, она уснула прежде, чем голова коснулась подушки.

…Фреда ощущала легкое головокружение, слабость и ломоту во всем теле, но выспалась, отдохнула и в целом чувствовала себя неплохо. Уже не удивилась, обнаружив на диване в гостиной аккуратно сложенную новую одежду. Не раз, задаваясь вопросом, кто заходит в ее закрытое изнутри жилище, когда она спит или принимает душ, Фреда решила, что пришло время задать все эти вопросы Регенту.

Коридоры странного здания больше не представляли собой непроходимый лабиринт, и она без приключений добралась до библиотеки.

Там никого не было, но огонь в камне уже вовсю пылал, даря обманчивое ощущение уюта и безопасности. Фреда огляделась, прошлась вдоль стен с книжными шкафами, возвышавшимися до самого потолка, с уважением провела рукой по корешкам книг, задержалась возле полок с классической литературой: Шекспир, Вордсворт, Скотт, Бернс, По, Коллинз. Между огромным количеством томов с сочинениями Диккенса был заметен промежуток. Именно отсюда, скорее всего, взяли и принесли ей две книги этого автора — "Холодный дом" и "Тайна Эдвина Друда".

Фреда опустила руку к карману новых джинсов и коснулась лежащего там Хранителя, как его назвал Регент. Почему-то решение постоянно держать этот предмет при себе она уверенно сочла разумным и рациональным желанием, хотя природа этой уверенности оставалась для неё необъяснимой.

Создавалось впечатление, что ее сознание и воля теперь прислушивались к каким-то, ранее недоступным пониманию величинам. Не подчинялись, а именно прислушивались, с терпением и почтением.

Она точно знала, что предмет, именуемый Хранителем, должен быть при ней, чем бы он на самом деле ни был, и понимала, что в разговоре с Регентом не следует упоминать о том вампире, что помог ей выбраться из странного дома.

Разглядывая книги, она раздумывала и размышляла, пробовала на вкус новые ощущения.

Существует ли в этой реальности что-то вроде обратной дороги к самой себе? Или есть только новый путь, по которому ей нужно двигаться вперед, хотя все впереди вызывает сплошные сомнения, недоверие и вообще покрыто мглой? И эта мгла пугала, как темнота, накрывшая девушку в лабиринте коридоров или в подвале старого дома. Развеять ее помог "путеводный свет", который — и Фреда теперь верила в это — она создала сама.

— Можете брать какие угодно книги, — раздался позади нее голос Регента.

Фреда резко обернулась.

— Вы нарочно все время подкрадываетесь? — раздраженно бросила она.

— Ни в коем случае. Просто таковы проявления натуры, многовековой привычки и необходимости, — заявил Вагнер.

Вампир прошел в помещение и занялся своим, похоже, любимым делом: принялся ворошить кочергой огромные пылающие поленья в камине. Пламя, как живое, "глотнуло" кислорода, жадно облизало затрещавшие дрова с еще не прогоревших сторон и вспыхнуло с новой силой.

Фреда прошла к диванчику у камина и опустилась на него.

— Кто заходит ко мне в комнату сквозь закрытые изнутри двери? — спросила она.

— Вас это пугает? — отозвался Регент.

— Мне это не нравится.

— Понимаю.

— И это все, что вы можете ответить? — вскинулась Фреда.

— Вас стараются лишний раз не тревожить, обеспечивая максимальный комфорт пребывания здесь.

— Хм… Вывернулись. Расскажите мне о Хранителе или как вы там еще его назвали?

— Сustos. Он называется Сustos, — отозвался вампир. — Расскажите, как и где именно вы его нашли? — в свою очередь спросил он, игнорируя требование Фреды.

Она уставилась в спину вампира. Непросто будет вытянуть из этого "Голема" то, что хотелось узнать. В конце-то концов, если ему можно быть напористым и поворачивать беседу туда, куда вздумается, то и она станет поступать также.

— Вы сказали, что этот Сustos предназначен мне, — не сдавалась Фреда. — Почему?

— Он ваш и только ваш. Так как вы его нашли? — гнул свое Вагнер.

Он повернулся к Фреде и застыл перед ней в своей излюбленной позе: прямой как столб, руки за спиной, голова гордо вскинута.

И только сейчас она обратила внимание, что на Вагнере нет привычных темных очков. Он смотрел на сидящую Фреду с высоты своего роста, глаза полуопущены, и потому их фантастического сияния не было сейчас заметно. Встопорщенные в художественном беспорядке волосы придавали ему, как ни странно, не только дерзкий и слегка вызывающий, но и величавый вид. А отменно сидящие на узких бедрах темно-серые брюки без единой морщинки и явно дорогой черный кашемировый пуловер больше подходили образу этакого высокомерного зануды-педанта.

— Откуда вы знаете, что этот Сustos мой? — продолжила контрнаступление Фреда.

— Его нашли вы, значит, он только ваш.

Выражение лица Регента не изменилось, но его брови слегка дрогнули, едва заметно сойдясь к переносице.

— Я понимаю вас, — опускаясь в свое кресло, заметил он, — вам надоели тайны и загадки. Но я ничего не смогу вам объяснить, пока не узнаю, как именно вы нашли этот предмет.

— Но что он означает? Почему я нашла его?!

— Ответ мой будет тем же, пока я не услышу ваш рассказ, — отрезал Вагнер.

Теперь Фреда смотрела прямо в его глаза и видела завораживающее мерцание радужки цвета индиго. Заметила, что белки его глаз были яркими, чистыми и слегка отливали голубоватым. От этого глаза особенно четко выделялись на неподвижном, невозмутимом лице вампира, притягивая взгляд.

— Почему вы сняли очки? — выпалила Фреда.

— От вас мне уже нет необходимости прятать глаза, — не колеблясь, ответил Вагнер. — Итак, Фреда, как вы это нашли?

— На третьем этаже дома, в его наиболее пострадавшей от пожара части. В одной из комнат, в которой почти не было пола, этот предмет лежал на уцелевшей балке. Мне пришлось пробираться по ней, как по мосту над пропастью.

— Это все?

— А что еще? — дернула плечами Фреда. — Я бродила по чертову дому, рискуя переломать ноги и свернуть шею. Искала в темноте неизвестно что и набрела на эту штуковину. Больше ничего интересного мне не попалось.

— Вы рассказываете не все, — чуть повысил голос Регент.

— Ах, да, но осталась сущая чепуха, не стоящая внимания. Я провалилась в подвал, разбила фонарик, поранила ногу, сотворила из ничего светящуюся сферу, которая освещала мне дорогу. Выбралась из подвала через шахту допотопного лифта, на третьем этаже увидела призрака, который вроде бы пытался мне что-то показать. Потом пролезала через обгоревшие обломки, пока не добралась до комнаты, где нашла Хранителя и, наконец, смогла вылезти из этого проклятого дома через заделанное хлипкими досками окно, — поведала скороговоркой.

— Вы выбрались через окно? — переспросил Вагнер.

— Да. Иначе никак. Спускаться по лестнице было опасно, один раз она уже провалилась подо мной. А лезть в шахту лифта мне как-то больше не хотелось.