И топот ног
На рубеже веков —
Нам снится сон…
Но что начертано пером
На мхах камней,
Давно не распознать.
Здесь всюду ложь
И сатанинский смех —
Чертополох
Рвёт ткань миров
По швам горящих дней,
Где всюду Бог.
Мы верим в тех,
Чьих перьев бриз
Поднял за правду рать,
Кто смел и смог
Зарифмовать эпох
Диалектическую дрожь,
Переосмыслил путь
И выплеснул их суть
На чистый белый лист…
Вероника Богданова
«Не мела ты дом, не варила щи…»
Не мела ты дом, не варила щи
И не стряпала пироги.
На коня – верхом, да – ищи-свищи,
Но не смогут найти враги.
За спиною – лук, у бедра – колчан,
Полный дерзких певучих стрел,
И, тебя не выдавший, замолчал
Плахе отданный менестрель.
И гнездо внутри у тебя свила
Птица скорбная – вдовья боль,
Понесёт ту боль на себе стрела,
Метко пущенная тобой.
И споёт она в чей-то смертный час
Песню, что менестрель сложил…
А с ветвей души птица сорвалась —
Сердце, как тетива, дрожит…
Но однажды ты упадёшь с коня
Средь далёких чужих земель,
И душа, небесной струной звеня,
Вскрикнет: «Где ты, мой менестрель?
Столько долгих лет мстила за тебя,
Стрелам песни твои даря…»
Тишина в ответ. Лишь ведёт, скорбя,
В одинокую ночь заря.
Что готовит нам вечности порог?
Радость встреч? Пустыню разлук?
А тебе в ладонь звонкий месяц лёг —
Звёздных стрел твой небесный лук…
«В который раз исходит небо снегом…»
В который раз исходит небо снегом…
Так много снега – городу к лицу.
Я от своей судьбы устала бегать:
Бегу по кругу, еду – по кольцу.
Повсюду – тот же снег и те же лица,
Листаются пейзажи день за днём.
И я уже боюсь со снегом слиться
Или внезапно раствориться в нём.
А кто-то кружит по кольцу, как прежде,
И в снегопадном мельтешенье лет
Пусть в белой пелене ему забрезжит
Едва заметный встречный силуэт,
Как указатель поворота к дому, 
