Ирина Русанова – Славяне и их соседи в конце I тысячелетия до н.э. - первой половине I тысячелетия н. э. (страница 50)

Карта 17. Распространение памятников липицкой культуры.

а — поселения; б — отдельные находки; в — могильники.

1 — Черепин; 2 — Чижиков; 3 — Звенигород; 4 — Гринев; 5 — Лагодов; 6 — Залески; 7 — Колоколин; 8 — Бовшев; 9 — Болотня; 10 — Верхняя Липица; 11 — Майдан-Гологорский; 12 — Ремезовцы; 13 — Незвиско; 14 — Зеленый Гай; 15 — Кривеньке; 16 — Новоселка-Костюкова; 17 — Неполоковцы; 18 — Перебыковцы; 19 — Оселивка.

В топографическом отношении липицкие поселения располагались, как и большинство древних селищ, на пологих, обращенных чаще всего к югу или юго-западу склонах небольших рек и ручьев. Вдоль берега поселения обычно тянулись сравнительно узкой (100–150 м) полосой, иногда достигая длины 500 м (Верхняя Липица), но в большинстве случаев их площадь бывает меньше.

Все известные липицкие поселения многослойны, они расположены на месте селищ раннежелезного века, а липицкие слои, как правило, перекрыты более поздними отложениями. Все поселения принадлежат к типу открытых и не имеют оборонительных сооружений.

Наиболее полно исследованы поселения у с. Ремезовцы, где на площади 2450 кв. м раскопано 17 жилищ, у с. Верхняя Липица, где на вскрытой площади 962 кв. м выявлено восемь жилищ, на поселении Незвиско в разные годы исследовано шесть жилищ. На остальных поселениях вскрыто по нескольку комплексов жилых и хозяйственных построек. Принцип застройки поселений был свободным, без определенной планово-структурной системы. Мнение В.Н. Цыгылыка о расположении жилищ рядами и выделении на поселениях отдельных жилищно-хозяйственных комплексов (Цигилик В.М., 1975, с. 63) пока не обосновано, так как на поселениях раскапывались лишь отдельные участки, не дающие целостного представления о планировке. Судя по имеющимся материалам, расположение жилищ на поселениях было подчинено топографическим условиям местности (например, вдоль склона возвышенности, как в Ремезовцах). Среди жилищ находились хозяйственные ямы и очаги.

Жилища представлены двумя типами — углубленными и прямоугольными наземными, глинобитные стены которых возводились на плетневом каркасе. Наземные жилища фиксируются плохо, в основном в виде развала глинобитных стен и остатков каменного очага в одном из углов или рядом с жилищем. Наземных жилищ немного (известно всего пять построек), они открыты, например, на поселении в с. Залески, где в двух случаях удалось зафиксировать глинобитный пол, покрытый обмазкой, и остатки очагов и печей. В одном из жилищ печь, сложенная из камня и глины, была устроена на месте более раннего очага, находившегося в материковой яме. На этом же поселении открыты печи и предпечные ямы, стены которых не были обмазаны глиной, поэтому конвероятно также связанные с наземными жилищами, туры построек проследить не удалось (Цигилик В.М., 1975, с. 30, 31). Одно прямоугольное наземное жилище (3,6×5,5 м) с каменным очагом исследовано на поселении Ремезовцы (Цигилик В.М., 1975, с. 53, 54).

Углубленные жилища земляночного и полуземляночного типа были господствующими у липицкого населения (табл. XXXII). Глубина полуземлянок колеблется в пределах 0,30-1 м, землянки бывают углублены в материк до 2 м. Полуземлянки в плане обычно имели прямоугольную форму с закругленными углами, в отличие от землянок, в большинстве случаев овальных или округлых в плане. Жилища могли быть очень небольшими (длина стен 2,5–3 м), иногда одна из стен достигает длины 4–5 м. Встречаются и относительно большие дома со стенами длиной 6–7 м (жилище 6 на поседении Верхняя Липица, жилище в Черепине; табл. XXXII, 2). Округлые в плане жилища имеют диаметр 3–4 м. Как правило, ориентированы постройки по сторонам света.

Стены жилищ, вырезанные в материковой глине, часто были ровными, вертикальными. Но в некоторых случаях в материковых стенках вырезаны выступы, которые, вероятно, имели различное назначение. Выступы могли служить ступеньками при входе в помещение. Такие ступеньки имели высоту и ширину 30–40 см и были обычно расположены у южной стены жилища (Верхняя Липица, жилище 1; Ремезовцы, жилища 6, 8, 14; жилище на поселении Майдан-Гологорский; табл. XXXII, 3, 5). В других случаях материковые выступы вдоль стен жилища служили лавками или лежанками, и на них заметно, по-видимому, деревянная облицовка. Такой лежанкой служил выступ в жилище 6 на поселении Верхняя Липица, который имел длину 4 м при ширине 0,8 и поднимался над полом на высоту 0,4 м (табл. XXXII, 6). Кроме того, выступы в стенах могли использоваться в качестве опоры для деревянного пола. Так, в жилищах 7 и 18 на поселении Ремезовцы выступы были расположены на одном уровне и занимали большую площадь жилища. Ниже выступов стены были наклонены, помещение сужалось, и дно оказывалось очень малых размеров. По-видимому, в этих жилищах имел ся деревянный накат пола, и сама углубленная часть представляла собой подпольную яму (Цигилик В.М., 1975, с. 65).

Подпольные ямы встречаются в полу ряда жилищ поселений Ремезовцы, Верхняя Липица и Черепин. Эти ямы также должны были иметь перекрытие.

В большинстве случаев полом в жилищах служил хорошо утоптанный материк. На нем сохраняются следы отопительных устройств в виде очагов и печей. Очаги представляли собой прожженный на несколько сантиметров участок пола или были выложены из камней, скрепленных глиной. Печи обычно сильно разрушены, и прослеживаются лишь их глинобитный под и куски глиняной обмазки с отпечатками дерева (Черепин, Бовшев).

Жилища возвышались над поверхностью земли, и их наземная часть опиралась на столбовую конструкцию (ямы от столбов в полу жилищ). Стены, вероятно, были сделаны из плетня, обмазанного глиной. Глиняная обмазка с отпечатками прутьев и четырехугольных бревен найдена во многих помещениях.

Между жилищами на поселениях располагались хозяйственные ямы-хранилища, обычно круглые в плане, диаметром 1–2 м и такой же глубины. Их стенки вертикальны, иногда слегка сужаются вниз и бывают обмазаны глиной и обожжены. Некоторые ямы, вероятно, имели перекрытия из плетня, обмазанного глиной (табл. XXXII, 9, 10). Ямы служили хранилищами мяса (иногда в них находят целые костяки животных) и зерна (найдены зерна проса). Кроме того, около жилищ часто располагались очаги и печи такой же конструкции, как и внутри жилищ.

На некоторых поселениях открыты железоделательные мастерские. Две мастерские раскопаны на поселении Ремезовцы (Цигилик В.М., 1975, с. 54–59). Первая из них находилась в углубленном двукамерном сооружении (2,5–3×5 м), вытянутом с запада на восток (табл. XXXII, 7). Сама мастерская занимала западную часть помещения площадью 7 кв. м. В ее земляной стене было подбоем устроено пять сыродутных горнов для добычи железа. Четыре из них вплотную примыкали друг к другу, пятый находился немного в стороне. По техническому типу это были наземные шахтные горны с углубленной нижней, топочной, частью и устьем, выходившим в мастерскую. Такие горны использовались как стационарные сооружения для многократной плавки железа. В плане горны имели круглую форму, глинобитные стенки с накипями железного шлака на поверхности и постепенно расширялись к днищу. Диаметр горнов у дна составлял 0,3–0,4 м, а при выходе в наземную часть — около 25 см, глубина сохранившихся частей от 0,2 до 0,52 м. Подача воздуха осуществлялась, видимо, через устья горнов. Заполнение горнов состояло из железного шлака и остатков древесного угля на дне.

Вторая мастерская представляла собой округлую землянку (глубина 1,8 м, диаметр 3,6×4,8 м) с двумя ступеньками у западной стены. Сыродутный горн располагался в стенке мастерской и открытым устьем выходил в помещение. По форме и конструкции горн аналогичен горнам первой мастерской, но лучше сохранился. В Мастерской перед устьем горна оставлена горизонтальная площадка, с которой осуществлялась подача воздуха в горн. К стенке помещения на глубине 1,3 м примыкал полукруглый останец, который служил рабочей площадкой металлурга. Такого же типа мастерская раскопана на поселении Бовшев (табл. XXXII, 8). Здесь в материковой стене округлой полуземлянки (диаметр около 4 м) была вырезана куполовидная печь, устье которой выходило в помещение мастерской. Дно печи, выложенное камнями, и ее глиняные стенки были сильно прожжены.

На полу перед печью находилось возвышение, обложенное камнями, вероятно, устроенное для удобства пользования печью (Крушельницька Л.I., 1964, с. 135). В отличие от жилищ, мастерские не имели очагов или бытовых печей, что указывает на исключительно производственное их назначение, а стационарные горны многократного использования свидетельствуют о профессиональном уровне железодобычи на поселении, подобно аналогичным ремесленным центрам зарубинецкой культуры (Бидзиля В.И., Пачкова С.П., 1969, с. 59).

Среди находок на липицких поселениях, как обычно, преобладает керамика. Встречаются мелкие бытовые предметы — глиняные пряслица, ножи, точильные бруски, ключи. Кроме того, довольно значительно представлены украшения — фибулы, бусы, пряжки. Найдены несколько римских монет и шпоры.

Могильники липицкой культуры располагались на небольших возвышенностях на расстоянии 0,5–1 км от поселений. Характерны грунтовые погребения, не имевшие заметных внешних признаков не только сейчас, но и в древности, о чем свидетельствуют случаи перекрывания одних могил другими (Верхняя Липица). Наиболее полно раскопан могильник Верхняя Липица, где исследовано 60 трупосожжений и 7 трупоположений. Биритуальные могильники открыты также в Звенигороде и Болотне, но здесь же встречены и пшеворские захоронения и безынвентарные погребения, которые трудно отнести к определенной культуре. В могильнике у Гринева вскрыто 12 трупосожжений. Ни один липицкий могильник не исследован полностью, и трудно судить о соотношении трупосожжений и ингумаций и об их расположении в могильниках. Пока можно считать, что строгой планировки могильников не было, и разные типы погребений располагались вперемежку.