Ирина Ростова – Сполохи (страница 47)

Зато, приближаясь к месту Силы, они впервые наткнулись на следы присутствия разумной жизни — да еще как наткнулись!

Тилайна внезапно вскрикнула и рухнула лицом вниз, когда ее резко дернуло вверх на веревочной петле, поймавшей ее за ногу. Мист, на всякий случай, замерла, зыркая по сторонам в ожидании атаки, но Воин оставался каменно-спокоен, и никакого дополнительного движения и нападения не последовало.

— Мирт! Помоги мне! — вопила тем временем Тилайна, вызывая живейшее недоумение Мист о том, как та вообще выжила в этом жестоком мире со своими замашками.

Волшебница внимательно оглядела землю под своими ногами, ища вероятные дополнительные ловушки, и, не найдя ничего, все-таки освободила свою спутницу из пут.

— Что же, — сказала она. — Теперь мы знаем, что здесь есть кто-то, кроме нас и животных, — она помогла Тилайне подняться на ноги и сказала Воину. — Ищи, где автор ловушки. Найдешь?

Воин наклонил голову набок, прислушиваясь к приказу, потом повернулся вокруг своей оси, вглядываясь в пространство, и потом уверенно заскользил в лес, притормаживая только для того, чтобы дать девушкам себя догнать.

— Он правда знает, куда идти?

— Не знал бы — не шел бы. У него нет функции вранья, — ответила Мист. — Это очень полезно, кстати, я бы так весь мир обустроила.

Они с Тилайной с трудом поспевали за своим неутомимым спутником, но, к счастью, идти оказалось не очень далеко — достаточно скоро перед ними открылась небольшая, уютная прогалина, на которой стоял двухэтажный дом с башенкой, показавшийся Мист смутно знакомым. Он не выглядел именно эльфийским — но отдельные элементы отделки явно намекали на работу эолен. Однако, в целом, это был просто милый и уютный дом, в котором, наверняка, хорошо жилось и летом, и зимой, если тут вообще бывают зимы. Воин, выйдя на прогалину, остановился, перекатываясь с пятки на мысок и проводя рукой над рукоятью меча, словно думая, обнажать его или нет.

Мист видела, как он делает совершенно не характерное усилие, убирая руку прочь от оружия и расслабляет позу, словно получая команду, противоречащую основной миссии.

Конечно же, это заставило Мист напрячься, и, когда дверь дома открылась, она ожидала увидеть, реально, что угодно и кого угодно, от местной ведьмы до местного божества.

Но на крыльцо вышел всего лишь мужчина-эолен в простой, незамысловатой одежде. Мист успела отметить, что он полностью сед — это был один из немногих признаков старения у эльфов, и что у него, несмотря на это, вполне вельможная осанка.

— Эй, вы там, кто такие? — крикнул он на весторне, и Мист, бросив тревожный взгляд на принудительно-небрежную позу Воина, сделала шаг вперед.

— Мы пришли в поисках эль-Саэдирна и рилантара Треллиона. Со мной ир-Риокар эр-Дейдре Тиллэайнэ, его наследница, и мой спутник Воин. Меня зовут Мист, и я — Багровый маг.

— Давно мне не случалось видеть багровых магов, — наклонил голову немного набок эльф. — Все больше синих.

— Синих? — не поняла Мист.

— От возлияний, — охотно пояснил эльф, начисто портя все впечатление от своего царственного облика. Впрочем, в нем было что-то настолько очевидно знакомое, что у Мист буквально мозги ехали в попытке найти, что именно. — Подходите, заходите в дом. Побеседуем.

Глава 2

— Это вы — дозорный, про которого говорила посланница Деи? — подала голос Тилайна. — Но кто вы?

— Я не собираюсь кричать вам с крыльца все тайны этого мира, — проворчал эльф, возвращаясь в дом и оставляя открытой дверь.

Это могло быть ловушкой, и могло быть дорогой к разгадкам. Состояние Воина намекало, скорее, на ловушку — и сам седой эльф выглядел странным, но Мист все-таки пошла первой к крыльцу, поднялась на него и заглянула в дверь.

Внутри все тоже показалось, почему-то, знакомым, и от этого — вовсе не успокаивающим, а тревожным, но зато Воин, кажется, перестал ерзать из боевой стойки в обычную. Было ли это хорошим знаком, Мист пока понять не могла.

— Вперед иди, — скомандовала она ему, и послушался он моментально, без сбоев и задержек. Может, все в самом деле было нормально, и никакой угрозы?

Эльф ждал их в зале с камином: огонь в нем не горел, но узнавание было практически моментальным. Перед глазами промелькнуло красное, горячее, поднялась и опала волна застарелой обиды и раздражения, и Мист резко обернулась к хозяину дома, изучая его с такой пристальностью, что только увеличительного стекла не хватало.

— Дырку проглядеть не получится. Я не иллюзия, — сказал он, занимая место в кресле перед окном. — Как там тебя? Мист, Багровый маг.

— А вы кто такой? — спросила девушка, щурясь с огромнейшим из подозрений.

— Дозорный, — ответит тот, и в глазах его мелькнула искра. — Про которого вам говорила посланница Деи.

Глаза были знакомые — вернее, Мист подозревала, что это просто такая общая черта, генетическая линия одного из племен, которые составляли общий народ эолен, в целом. Светло-карие, почти желтые, теплого оттенка, как солнечный свет. Мист уже видела такие темнее и светлее, и чаще всего такой цвет глаз пока что встречался ей в сочетании с красными волосами.

— Я знаю этот дом, — сказала Мист. — Мне показывал его Мейли-из-Сполохов, и он называл его домом своего отца.

— И что же в том? — отозвался эльф, глядя на нее с толикой насмешки. — Мало ли что говорит какой-то там Мейли-из-Сполохов? Это мой дом.

Тилайна подергала Мист за рукав сзади.

— Это отшельник, — сказала она. — Я слышала про него, но не видела никогда. Говорят, он живет в священной роще, но его дом можно найти только тогда, когда он сам разрешил. Он угоден Дее!

— А мне не угоден, — буркнула Мист.

— А вот это уже не важно. Ты, Тиллэайнэ, подойди ко мне, — подозвал он эльфийку и та безо всяких сомнений шагнула вперед, Мист даже схватить ее не успела. Но Отшельник, кажется, не собирался причинять ей вреда. Когда она подошла и опустилась на одно колено перед его креслом, он коснулся ее волос рукой, и Мист почувствовала движение, напряжение Доменов вокруг, словно неведомый эльф призывал их.

— Ты в самом деле та, кем себя назвала, — подтвердил он. — Ручаешься ли ты за свою спутницу, Мист, Багрового мага, и ее человека без имени?

— Ручаюсь, — пылко отозвалась Тилайна. — Мирт спасла меня из ловушки, и шла со мной до этого места, и делила со мной хлеб и кров.

— Дорога в эль-Саэдирн не может быть открыта тем, кто не эолен, — сказал он. — Но раз ты ручаешься за нее и этого вот, она сможет уйти живой из этого дома.

— Эй, — возмутилась Мист. — Что за бред? Я сейчас вам весь этот дом тогда уйду прямо в поля пепла! Мне надо много чего узнать, и получить ответы на вопросы, для начала. То есть, я согласна ждать, когда Тилайна сходит в эль-Саэдирн и вернется с ответами, или приведет мне этого Эловира, что-то такое. Но просто так я не собираюсь уходить.

— Обратной дороги нет, — покачал головой отшельник. — Те, кто уходят в эль-Саэдирн, которому более нет места на землях живых, не возвращаются обратно. В том мое дело — пропускать тех, кто пришел, провожать их туда, но вернуться оттуда уже нельзя.

Мист и Тилайна переглянулись, и Мист показалось, что между ними проскочила нить понимания, но она глубоко ошибалась.

— Они все умерли?! — с ужасом воскликнула эльфийка, подскакивая на ноги и сжимая изящные руки в кулаки. — И вы убиваете всех, кто приходит к вам? Я не согласна! Не согласна я! Я не затем выбралась из могилы, чтобы тут … умереть!

— Тилайна, — укорила ее Мист. — Я думаю, тут не в этом дело. Никто тебя не убьет, — она перевела взгляд на отшельника, кусая губу. — Они ушли в Домены? Живыми? И вы отправляете тех, кто прибывает, туда же?

— Я не могу сказать ничего более тем, кто не эолен, — упрямо ответил эльф. — Слишком много бед принял мой народ от ваэрле, и от страха перед ними.

— Вот вы упертый старик, — возмутилась Мист. — Скажите Тилайне, если не можете сказать мне.

— Чтобы она тут же тебе все рассказала? — вопросом на вопрос ответил тот, выгибая бровь. — Я упрямый, а не глупый.

— Это иногда одно и то же, — фыркнула Мист. — Разве не очевидно?

— Упрямство бывает глупым, — согласился отшельник. — Но кроме него, есть еще и приказ того, кто есть рилантар — не допускать другие народы в убежище эолен, потому что если они справились с ар-Маэрэ, если они справились с самой магией, нужно избегать их появления всеми силами.

— Но тот ар-Маэрэ жив, — не менее упрямо, чем он, продолжила гнуть свое Мист. — И в этом отдельная проблема. — Жив, и это именно из-за него мне нужно в эль-Саэдирн. Или достать оттуда Эловира, или письмо от него, или что угодно, но без этих сведений я отсюда не уйду.

— Значит, не уйдешь, — покладисто ответил отшельник. — Здесь неплохая охота в лесах. Много заброшенных садов, в которых все еще растут плоды. Хорошая вода, прекрасная погода почти всегда.

— Райский край, — с ехидцей сказала Мист. — Но я предпочту любой идиллистической руральной жизни свои ответы.

— Если тебе нужны свои ответы — дай их сама.

Ему одно слово — он в ответ два, и оба не по делу. Это было ужасно далеко от Эрраха, от Этейна, от Лаурэ, но сильно напоминало Мейли в его условно светлые моменты.

— Погоди, — Тилайна, которая все это время молча смотрела на них, переводя взгляд с одного на другого, внезапно шагнула к Мист и взяла ее за руку. — Я знаю, что делать!