Ирина Пиняева – Наследство с последствиями (страница 3)

Черт, убраться не успела: пальто как лежало кучей на стуле, так и лежит. Поднялась и пропустила момент, когда появилась обнаженная девушка, сразу запрыгнувшая мужу на талию, обхватив длинными ногами, и он, среагировав, прижал ее к стене, стал страстно целовать. Он погрузился в нее без всяких прелюдий, одновременно кусая откинутую назад шею и вбивался в нее с такой силой и страстью, какую я не видела и не чувствовала, наверное, никогда. Блондинка… Влажные волосы прилипли к спине, его руки были напряжены, но они не останавливались…

Минут через десять… Он перенес ее в зал на диван. Наверное, руки устали.

Сколько я на это любовалась?

Минут тридцать…

Чего ждала?

Что появится голубая заставка с конопатой мордашкой и табличкой: «Все!». «Та – рам – пам – па – пам!»

Я больше не могла. В голове, как назло, стала крутиться мелодия из «Ералаша», и я ее стала напевать, пока выключала монитор и выходила из комнаты, плотно прикрывала дверь, спускалась по лестницы и садилась в машину.

– Веселые истории журнал покажет наш… Веселые истории в журнале «Ералаш». Парам – пам –па!

Фит привычно заскрипел, когда я выворачивала руль криво паркуя машину около дома. Обычно я действовала аккуратно.

Из багажника достала два больших пакета с продуктами, в одном острый угол от тетрапака проделал дыру и, по мере моего пешего подъёма на десятый этаж, она целенаправленно увеличивалась в размерах. Я ждала, что она порвется и я вынужденно прервусь… И тут не повезло.

На телефоне было счастливое время: 15:15.

Я открыла входную дверь, сдала шаг в квартиру – дно пакета лопнуло и продукты рухнули на пол. Из спальни доносились стоны. Камеры не солгали. Не раздеваясь, как была, лишь осторожно прикрыв дверь, прошла в гостиную и села на диван, он стоял напротив двери в спальню.

Обычно с работы я прихожу в восьмом часу вечера – у них еще есть пять часов. Я подожду. Спина была прямой. Я слушала его стоны…ее…их общие, скрип нашей семейной кровати. Наконец, это прекратилось.

– Так хочу пить… – услышала низкий голос мужа, и он с широкой улыбкой, оглядываясь на любовницу, распахнул дверь.

– С приездом! – поднимаясь, проговорила с застывшей улыбкой, брезгливо осматривая мужа в полной боевой готовности. – Смотрю ты уже принарядиться успел, – кивнула на средство защиты туго обтягивающее орудие, почти часового, труда.

– Никак жену ждал!

Всплеснула руками, неожиданно обнаружив, что до сих пор держу пакет с едой.

Думала, посмотрю ему в глаза и уйду, но в меня словно бес вселился. А я наивная переживала, что наш брак рушится из-за меня. Пашка не знал, что сказать. Так и стоял, хлопая глазами.

– А я тебе ужин приготовила!

Усмехнулась и налетела на него словно фурия, начала, что есть сил, лупить пакетом с едой. В какой-то момент целлофан не выдержал, продукты разлетелись по всей комнате, даже залетели в спальню, раздался истошный женский визг.

– Мерзавец! В командировке он был.

Я орала и била, била и орала… пока Павел не шагнул вперед и не влепил мне пощечину – я замерла, не веря, что он смог поднять на меня руку. Уставилась на него, боясь пошевелиться.

– Хватит уже. И перестань так смотреть на меня своими глазищами, – проговорил и отвернулся, не выдержав моего взгляда.

– Уходи, Люда, – бросил он своей любовнице, – мы потом с тобой поговорим.

Он вернулся в спальню и подал белобрысой курве вещи, та дергано начала одеваться, все время испуганно косясь на меня.

Постояла еще немного. Павел натягивал штаны, прервавшись лишь на то, чтобы стянуть резинку и отбросить ее в сторону. Бедняга, не пригодилась. Оправдываться он не спешил, а я не могла больше наблюдать за этой… за этими…

Брала самое необходимое: нижнее белье, домашнюю пижаму, белые блузки, брюки; косметику, подцепив рукой, просто ссыпала в пакет, туда же отправилась зубная щетка и прочие средства гигиены. Календарь с  крестами, зажала под мышкой.

Забросив вещи в багажник, обнаружила, что прихватила с собой два рваных пакета, положила поверх вещей. Затем упала на лавочку и разрыдалась.

– Как же плохо… – шептала, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Узнала, все-таки, девонька? – наша соседка, баба Нюра, добрая душа, подсела рядом и начала легко похлопывать меня по спине. – Давно он ее водит уже, год как.

Получилось выдавить из себя слова, крутившиеся все время в голове.

– Чего ему не хватало, баб Нюр, а? Я готовила, убирала, стирала. Три года…

– Ой, доченька, это великое горе, – приговаривала она, – но не страшное. Мужики иногда ходят по другим бабам. Им это надо, понимаешь? Поплачь, поплачь да и возвращайся.

После этих слов, на меня словно ушат с ледяной водой вылили – я распрямила спину.

– Нет, баб Нюр, не понимаю.

Я поднялась, рука женщины съехала с моего плеча. Аккуратно стерла слезы и проговорила:

– Пора мне, баб Нюр. Пора.

Завела автомобиль и целеустремлённо направилась в центр города, к бизнес-центру «Орел». Почему, когда в моей жизни появляется отчим – все рушится? С другой стороны, не отчим заставлял Павла прыгнуть на эту блондинку. А я? Может, это со мной что-то не так? И не стоит винить окружающих.

Лев Валерианович встретил меня у дверей и заботливо проводил к стулу.

– Дарья, я вас приметил ещё на улице из окна. Что у вас случилось?

– Я принимаю наследство. Где подписать? – подняла на мужчину заплаканные, наверняка стеклянные глаза.

Мужчина дернулся и удобно устроился на стуле.

– Всё-таки у вас удивительные глаза, – удивлённо проговорил.

– А дом мы оформим. Не волнуйтесь.

Между нами возникла тишина. Лев перечитывал какие-то документы, делая какие-то пометки.

– Геторохромия… – проговорила задумчиво.

У меня было такое чувство, что всё это происходит не со мной.

– Что, простите? – мужчина оторвался от заполнения бумаг и посмотрел на меня.

– Геторохромия… Разный цвет глаз.

– Любопытно, – проговорил и вернулся к бумагам.

Через несколько секунд, подумав, он пересадил меня на небольшой диван, стоявший здесь же, в кабинете, и насильно всунул в руки бокал горячего чая.

Подписав какие-то документы, вроде доверенности, покинула кабинет. Завтра будет четверг, после завтра – пятница и это ещё две новости, одна хорошая, другая плохая. Хорошая: на работе некогда думать о личном. Плохая: это всё же работа и напиваться сегодня не стоит. Решила вернуться в загородный дом. В конце концов, там нет неверных мужей и их любовниц.

Глава 3

Просыпаться было тяжело, а мысль, что впереди еще целый рабочий, никак не могла воодушевить.

Я вчера не пила, но состояние было похожим. Особенно, когда выбралась из салона автомобиля прямо в мокрую от утренней росы траву.

– Черт! Черт! – вприпрыжку посеменила в дом.

Еще вчера вечером я осмотрелась на кухне и приметила кофемашину, заправленную зерном, осталось вставить в розетку и нажать «вкл». Пока машина гудела, перемалывая зерна и готовя самый утренний из напитков, я, подхватив дорожную сумку, направилась прямиков в душ, который обнаружила на первом этаже.

Вчера вечером перед приездом сюда, решила, что стоит заехать в магазин и купить продуктов, позже внутренне себя похвалив за это. Из съестного здесь были только сухие веники, висящие на стенах, но я же не корова, хотя теперь тоже с рогами. Комок вновь подкатил к горлу, пришлось делать глубокие вдохи и прогонять навязчивые мысли.

Гель для душа с нотками иланг – иланга, этот запах всегда меня успокаивал, но, видимо, не сегодня.

Отражение в зеркале не радовало: я действительно казалась себе слишком худой, даже угловатой, а с опухшими веками и синяками под глазами – больной, ах, да, у меня же предположительно вчера был «ротовирус». Впрочем, такие фигуры, как у меня, хорошо смотрятся в черной коже, ну если бы не лицо.

Нижнее белье с котятами… Сколько им уже лет, боюсь даже предположить, зато удобные. Неожиданно мысли с кожаным костюмом и трусами с котятами наслоились одна на другую – уф! горючая смесь.

Надела вчерашний официальный костюм, стянула влажные волосы в шишку и пошла пить кофе…, который не приготовился. Оказывается, еще нужно было налить воду. Пока слушала повторный гул машины, которая выпускала две тонкие коричневые струйки в кружку, осматривалась.

Вчера, рыдая, я лишь разложила продукты, проверила все шкафы, нашла ванную комнату на первом этаже, переоделась в пижаму и легла спать на диван… После первого удара ветки об витражное окно, подскочила и со словами: «Ну, нет!» – ушла спать в машину.

Кофе выпила за пару глотков..

«120 км/час» – мой «фит» такой скорости никогда в жизни не видел и сейчас упорно ей сопротивляется. Жалеть его не собиралась и выжимала последние силы. Когда остановилась возле работы, он особенно подозрительно «крякнул» и заглох. Попробовала завести, но ничего не вышло, мне осталось его только перекрестить и идти работать. Авось, воскреснет.