Ирина Пичугина-Дубовик – Шебекинский дневник (страница 5)
– Это наши работают!
– Это прилёты!
Шебекино. Дом после попадания и пожара
Жизнь от СМС РЧС «Обстрел города Шебекино»… укрытие… звуки прилётов… выдох… тишина… до нового СМС-оповещёния – и так по кругу…
Несмотря на это, мы верили, что всё будет хорошо и в скором времени и с победой мы будем жить как раньше… Но… В один миг всё изменилось, мир рухнул.
Жизнь разделилась на до и после».
«Я жительница города Шебекино. Моя семья в один миг потеряла всё. Плачу день и ночь. Я понимаю, что я не одна такая, но всё, нервы сдали. Слежу за всеми новостями, что касаемо нашего городского округа. В Новой Таволжанке у меня была любимая работа в больнице. Теперь и работы нет, а в Шебекино мы с семьёй жили. Хочется, чтобы нас услышали и спасли».
Белгород и окрестности переполнены беженцами.
Известия неутешительные.
А изгнанные из своих домов жители города ночуют в безбрежных пространствах спортивных комплексов, теперь уставленных рядами походных кроватей. Люди раздавлены мыслями и впечатлениями дня, прошедшего, прокатившегося своей немыслимой тяжестью прямо по ним.
Ночь-другая…
А дальше?
Где жить?
Чем жить, если вдруг возвращаться окажется некуда?
Эти страшные мысли душат и не дают уснуть…
Дети плачут, их семьи отпраздновали Международный день защиты детей от безумства взрослых переселением под бесконечность и гулкость сводов «Белгород Арены». «Арена», какое слово… в нём – толпы римлян, в нём – рёв диких зверей, крики гладиаторов, кровь дымится на песке… История любит вить круги спирали, время от времени возвращаясь в одну и ту же точку, но на новом технологическом уровне.
За каждым из нас стоят свои истории: история жизни, история любви или ненависти, поворотные точки истории определяют жизни целых городов или стран. Не вспомнить ли сейчас об истории города Шебекино, в час, когда все жители его покинули, а сам город корчится в огне и разрушениях… Если постигнет его горькая участь древнерусского города Козельска, кто расскажет тогда, что за город такой был – Шебекино?
Гоню от себя прочь эти мысли, нет, наш город не погибнет, этому не бывать, потеря будет огромной для всей России!
Ведь Шебекино – не просто один из малых городов.
При своих размерах он умудрился стать значимым промышленным центром. Случилось это в самом конце 19-го – начале 20 века. С гордостью думаю о том, что сегодня это город многочисленных и уникальных заводов, обладающих сложными технологиями, как созданных за последние годы трудом и умом, энергией и любовью жителей, так и сохранённых ещё со времён СССР, как, например, завод «Пигмент», ранее входивший в концерн «Кожобувь» и построенный ещё моим отцом.
Но стоят ещё заводы, которые в давней дали построили ещё дореволюционные промышленники, вестфальские аристократы Ребиндеры.
А за стойкостью и упрямством, за трудолюбием и верностью традициям жителей Шебекино ведь тоже стоит она – История!
Ранее, ещё при отце Петра Первого Алексее Михайловиче (Тишайшем), наши места были как бы серой зоной между государством Российским и русскими областями на краю Руси, оккупированными Речью Посполитой. Это время прекрасно описано Гоголем, а ещё интереснее и, честно сказать, невыносимее – в исторических трудах Н. И. Костомарова. Представленные историком картины жизни малороссов под поляками расцвечены упоминанием о том, что высокомерная шляхта повсеместно отдавала земли и сёла под управление иноверцев. Н. И. Костомаров перечисляет притеснения, осуществляемые управляющими для выжимания из крестьян податей, оброков, взимания недоимок. Все меры были религиозного толка. Управляющие издавали запрет на венчание, крещёние младенцев, отпевание и захоронение…
А если от тяжести жизни дети мёрли в сёлах как мухи?
А если венчание запрещали из-за недоимок?
А если в низких и тёмных избах крестьян летом лежали неотпетые усопшие, которых было запрещёно хоронить?
Неудивительно, что случались восстания.
Жуткие и дикие восстания гайдамаков и не менее жуткие и дикие их подавления поляками. Причём и те и другие изощрялись в пытках противника своего.
Гетман Богдан Хмельницкий провёл формальное воссоединение подвластных и признающих его областей Малороссии с Великороссией в лице посла царя Алексея Михайловича именно здесь, между современными Белгородом и Шебекино.
По местной легенде, под дубом состоялось это действо.
Русский царь тогда отдал земли от Шебекино до Уразово казакам – приближённым Богдана Хмельницкого. Вот и поселились они со своими семьями в полумесяце Шебекино – Уразово. Там живут их потомки до сих пор.
В Шебекино есть район, называемый Устинка. Там жили вольные казаки и никогда-никогда не было крепостного права. Такие заповедные места есть по всему полумесяцу. Вот оттуда и происходит своенравный и свободолюбивый дух местных жителей, никогда не знавших крепостничества.
А дуб тот вековой до сих пор стоит в местечке Дубовое.
Отцами же промышленности Шебекино стали бароны Ребиндеры.
Случилось так, что Белгород, Курск, Орёл, Тула все вместе составили крепкий исторический куст, родивший и титанов литературы, и промышленников. С Шебекино же накрепко оказались связаны бароны Ребиндеры.
В Шебекино Ребиндеры жили постоянно. Это им город обязан сахарным, винокуренным и кирпичным заводами, механическими мастерскими и водяной мельницей. В 1905–1915 годах Александр Александрович Ребиндер открыл здесь электростанцию, скотобойню, кожевенный завод и ветеринарную бактериологическую лабораторию. Ребиндеры строили школы для детей рабочих (ПТУ в нашем понимании), крепкие кирпичные общежития и многоквартирные дома с паровым отоплением для рабочих своих заводов и фабрик. Возводили огромные светлые цеха. Освещались цеха самым прогрессивным на то время способом, через гребенчатые стеклянные потолки, особым образом сконструированные. Архитектура центрального здания завода выполнена в английском стиле. Интересно, что и в центре города Курска можно увидеть подобные строения постройки 1914 года, исполненные в том же ключе.
Рядом с центральным зданием завода стоит бывшее заводоуправление. Там же на площади скромно примостилась круглая усыпальница семьи Ребиндеров. Далее – их бывший дом, в отличие от величественного завода, ничего особенного из себя не представляющий – простой двухэтажный особняк без архитектурных излишеств. Перед ним – сквер, откуда сегодня взирает на город современная статуя статского советника, предводителя дворянства Волчанского уезда, совладельца Шебекинского имения в 1892–1918 годах А. А. Ребиндера. Душа Александра Александровича никогда не покидала здешних пределов. Это с его молчаливого благословения Шебекино всегда было и есть большой букет промышленных производств разной величины и сложности.
Памятник Ребиндеру А. А. на Московской площади Шебекино.
Огромное центральное здание завода не избежало, как и всё в этом мире, воздействия всепожирающего времени. Но благородная красота архитектуры впечатляет и сегодня. Гордо высятся руины, возвещающие, как крейсер «Варяг»:
«Погибаю, но не сдаюсь».
Не таков ли девиз всего Шебекино сегодня?
Однако, если подумать, сколь горька судьба А. А. Ребиндера. Он не эмигрировал, остался тут, рядом со своими производствами и рабочими заводов. Он не допускал и мысли, что по отношению к нему может быть проявлена чёрная неблагодарность.
И, по сути, был прав. Нигде в окрестностях не нашлось низкой души, согласившейся бы расстрелять его. Но, к сожалению, из Харькова была доставлена чужая расстрельная команда…
А в советское время город опять оказался в эпицентре промышленной революции. Сюда переместили всю тяжесть химической промышленности области. Здесь в последние годы советской власти был построен новейший химический завод-гигант. Все стиральные порошки, всякие «Тайды» и «Ариэли», долгое время брали концентрат, вырабатывавшийся на этом заводе. Было у завода и второе предназначение.
Здание механического завода Ребиндеров. Руины.
Оборонное.
Рядом с химзаводом в Шебекино функционировал единственный в СССР Институт исследований поверхностно-активных вещёств (ВНИИПАВ).
Оба – и гигант химзавод, и институт – пали жертвой перевода промышленности на капиталистические рельсы, и с ними погибли ещё несколько советских заводов и производств города.
Однако город Шебекино остался важным промышленным центром.
Вопрос о безработице тут никогда не стоял. Скорее – наоборот, рабочие руки всегда были тут в дефиците.
И вот теперь… город-призрак.
Обезлюдевший.
Истерзанный.
Под ногами хрустит битое оконное стекло, чернеют провалы пробитых стен, пахнет гарью…
Звуки стрельбы… Всё в дыму…
Ночью с трёх часов опять по городу сериями били враги. «Град» сыпался градом на руки улиц, раскинутых, как на кресте, принимающих людскую злобу и безумие ненависти к нашей русской жизни, отторгающей навязываемый Западом кошмар и рабство.
Идёт бой на границе, а граница – всего в одном-двух километрах… Идёт бой, слышны автоматные очереди.
Пошла вторая волна мощного натиска врага!
Порядок в закрытом городе поддерживают и отряды казаков, ведь Шебекино – казачий край. В школах есть казачьи классы, где знакомятся со старинным бытом казаков, поют песни, ездят на экскурсии… Не буду писать в прошедшем времени, верю, что пройдёт немного времени – и всё вернётся на круги своя.