Перед ним душистое море трав
И старые сосны со всех сторон,
А вепря запутался след.
Уж луна с небес льет холодный свет —
Граф обратно скачет на резвом коне
Вдоль узких лесных дорог
Туда, где звенит охотничий рог.
Два зеленых глаза горят в вышине…
Он взглянул и видит рысь на сосне,
А за ней на небе круглая луна.
Шкура рыси, как медь, красна.
На него спокойно глядит она
И кажется кошкой большой,
Рыжей кошкой, совсем не злой.
Тогда граф берет арбалет,
И в голову рыси летит стрела:
Рысь упала на землю. Лунный свет
Вдруг погас. Настала черная мгла.
Тишину прорезал в тот же миг
Человеческий отчаянный крик:
– Луна!.. Луна умерла! —
И стало так тихо потом,
Что слышно, как шепчутся лист с листом.
Граф рыси нигде найти не мог,
И, крестясь, он поехал своим путем
Туда, где звенел охотничий рог.
Но странный графу приснился сон
В ту ночь, как с охоты вернулся он.
Будто в спальне он и стоит у окна,
Большая, круглая в небе луна…
Кто-то тихо-тихо ступил на балкон
(Так бесшумно ступать может только зверь)
И к нему вошел сквозь закрытую дверь.
И видит он: дева пред ним стоит
Такой удивительной красоты,
Что сердце графа громко стучит,
Когда он спрашивает: – Кто ты? —
Печально дева молчит в ответ,
А косы ее красны, как медь.
– Ты грустна? Позволь за тебя умереть! —
И, пред ней на колени став,
В любви клянется ей граф.
В зеленых глазах мерцает свет,
На щеках ее краска стыда.
Она не сказала ни разу «нет»,
Хотя не сказала и «да».
Она так прекрасна и так нежна,
И так упоительно-покорна она:
И впервые граф блаженство узнал,
Целуя рот, что печален и ал.
Слезы текли из зеленых глаз…
И графу деву было мучительно жаль.
Но желания наши сильнее нас,
И прекрасна в любви печаль.
Сон этот снился ему до утра,
А когда проснулся он,
Была подушка от слез мокра,
И страшный он помнил сон.
В герцогском замке, одна и грустна,
Прелестная Виолетта сидит у окна,
Смотрит в вечернюю синюю тьму,
Песни поет и графа ждет…
Ах, не едет он к ней почему?
Прежде он был так нежен и мил,
А теперь, наверно, ее разлюбил.
