Ирина Мясникова – Дачники смутного времени (страница 16)
– Насчёт параллельного импорта не знаю, а вот на всякий случай визу иметь не помешает, – глубокомысленно заметила Лида. – Мне только что Денис звонил, сказал, своих эвакуирует, предлагал и мне.
– Ишь ты! Так и сказал эвакуирует? А ты чего?
– Чего я? Послала его, конечно! – гордо сказала Лида.
– Ну и дура.
– Вот и он тоже так сказал.
– Спешу заметить, впервые наши мнения с твоим козлом совпали, он хоть и козёл, но точно не дурак, наверняка знает что-то, чего рядовым обывателям типа нас с тобой неведомо. Ехала бы, потом, глядишь, и меня бы как-нибудь вывезла, а пока то да сё я бы у тебя тут жила, мне нравится. – Наташка тяжело вздохнула. – Особенно в кабинете.
– А на работу лекции читать тебя кто бы возил, Кунцов или Бабаич?
– Да без разницы. – Наташка махнула ручкой. – Кто-нибудь точно возил бы, организовался как-то.
– План хороший, но, похоже, я тут остаюсь, а вот на ребёнка своего мне поглядеть точно захочется, потискать его, на ручках поносить, ну и с параллельным импортом ты тоже неплохо придумала. Когда в наших магазинах случится «шаром покати», мы с тобой будем жировать как финская сёмга, а туалетной бумагой и вовсе обмотаемся. Ещё бы знать, где эти евро взять, которые будем в лифчики напихивать?
– Не в лифчики, а в лифчик! И не прикидывайся сироткой, будто у тебя приличной заначки нет. Ты ж не зря на капиталистов вкалываешь.
– Вот поэтому ты и займись полезным делом, пока я вкалываю на капиталистов.
Наташка взяла под козырёк и на следующий день прямо с утра уже материлась на весь дом и окрестности, пытаясь заполнить на своём ноутбуке заявления на финские визы для себя и Лиды. Сработал всем известный закон подлости. Когда чего-то задумал и спланировал, непременно появляется нечто типа встречного ветра и начинает вставлять тебе палки в колёса. Даже если ты, будучи языковедом, подверженным влиянию коварных англосаксов, прекрасно разбираешься, чего же там требуется написать в заявлении на Шенгенскую визу на их шенгенском языке, и при отключении электричества у тебя в ноутбуке срабатывает аккумуляторная батарея, то интернет при этом всё же имеет свойство наплевать на твой аккумулятор и свалиться куда-то в бездну, а потом ещё долго приходить в себя. Интернет вместе с его башнями и трансляторами завязан на центральную линию энергоснабжения, поэтому приходится начинать всё по новой, и так до очередного отключения электричества. По закону подлости электричество в Зябликах по вине пресловутой центральной в тот день отключалось три раза, причём, что самое неприятное, отключение это выглядело как безобидное мигание. Как будто вселенная подмигивала, мол, фигушки вам, барышни, а не Шенген. Соответственно три раза Наташка оглашала окрестности выражениями, никак не украшающими уважаемого преподавателя, кандидата наук и доцента. Когда же, наконец, первый пункт плана по получению Шенгена был выполнен, заявления на визу заполнены и распечатаны, и осталось только записаться в визовый центр на приём, Наташку с Лидой постигла окончательная неудача, и весь такой прекрасный план полетел к чертям. Оказалось, что записаться на приём физически невозможно, и капризный загородный Интернет вместе с мигающей центральной тут совершенно ни при чём. Нет, разумеется, запись вроде бы есть, но по факту её и нет вовсе. Категорически нет. Весь город Санкт-Петербург, Ленинградская область и примкнувшие к ним населённые пункты типа Петрозаводска оказались населены весьма сообразительными людьми, которые тоже кинулись во все тяжкие за визами на фоне слухов о скором снятии ковидных ограничений. И ничего удивительного, что в этих условиях электронная запись в визовый центр переполнилась и захлебнулась. Наташка даже попыталась записаться в визовый центр в Москве, но и там её постигла неудача. Ещё бы! Москва-то вместе с окрестностями по населению, считай почти что вся Россия, и все хотят Шенгена. Прав был Денис, обозвав Лиду дурой, умная бы позаботилась о Шенгене заранее, а не в едином порыве со всем народом, который люди круга Дениса считают лохами. Выходит, справедливо считают. Разве не лохи столько лет терпели бы на своей шее таких как Денис и компания?
Вечером, устав от бесполезных попыток встать в очередь на получение виз, Наташка пила розовое вино, положив ноги на перила террасы, курила одну сигарету за другой и на чём свет проклинала алчных мешочников, которые оккупировали визовые центры по всей стране. То есть вела себя так, как будто сама недавно не строила планы примкнуть к их многочисленной армии, а собиралась в Европу исключительно из научного интереса.
– Ну что за люди? Лида! Что за люди?! И откуда у них столько денег? Вот скажи, зачем им ехать во все эти вражеские страны, когда у них так хорошо и распрекрасно на местах? Ведь по всем опросам у нас в стране почти сто процентов сплотившихся патриотов! Или ты думаешь, это два процента жалких отщепенцев, космополитов и иноагентов напрочь закупорили доступ к Шенгену?
– Я понимаю твой пафос, но как старый опытный планировщик могу сказать, что опросы эти все фуфло на постном масле, и отщепенцев с иноагентами гораздо больше. А сплотившиеся патриоты типа моего бывшего, как ты справедливо его называешь, козла, давно имеют и европейские паспорта, и виды на жительство. Им никакие визы не нужны. Они же умные в отличие от нас.
– А нам нужны и даже очень, но нам не достанется. Обидно!
– Может и к лучшему? Останемся дома со своими лифчиками, а то выпотрошат их на таможне как Остапа Бендера на румынской границе. Ещё обиднее будет.
– Дамы, как же я рада вас встретить! – От соседнего участка ковыляла Елена Леонидовна с тихо матерящейся сиделкой за спиной. – Я непременно должна вам кое-что показать. Вы видите это? – Она указала рукой на небо.
– Видим, Елена Леонидовна, прекрасно видим, – сообщила ей Лида. – Там замечательное небо, почти закат! Солнце пытается сесть, но не может, белые ночи, – пояснила она, увидев недоумённый взгляд старухи при слове «закат».
– Нет, ну как же, смотрите. Вот там!
– Что там коллега? – поинтересовалась Наташка, спустив ноги с перилл. Она искренне старалась разглядеть что-то в указанном безумной старухой направлении.
– Смотрите, там же люди, много людей и огни, и офицеры. – Елена Леонидовна улыбнулась и помахала небу рукой. При этом выглядела она ничуть не хуже королевы Елизаветы. Во всяком случае махала рукой так же царственно.
Лиде стало не по себе. А вдруг там и в самом деле люди, много людей и огни, и офицеры? Вдруг Елена Леонидовна видит на небе умерших? Вдруг там и её мама с папой, и любимый пёс Гаврила? Может быть, умственно-нормальные люди не видят ничего такого, потому что знают законы физики, арифметику и вот это «такого не может быть, потому что не может быть никогда», а для сумасшедших, наоборот, никаких правил и ментальных ограничений не существует.
– Как же вы не видите-то?! Они нам машут и смеются!
– Пойдём, красавица моя. – Сиделка уже не материлась, а смотрела с жалостью на свою подопечную. – Чай с пряниками попьём.
– Пойдём, пойдём. – Елена Леонидовна встрепенулась и отвлеклась от людей на небе. – Дамы, не желаете с нами?
– Нет спасибо, Елена Леонидовна, как-нибудь в другой раз, – поблагодарила старуху Наташка, а Лиде захотелось плакать. Ей стало безумно жаль Елену Леонидовну, людей на небе, маму, папу, пса Гаврилу, Наташку, Юрика, Смурфа и конечно же себя.
На следующий день внезапно дали зной. Как это обычно бывает в Питерской погоде, ничего такого не предвещало, а оно взяло и случилось. Питерская погода, конечно, не совсем такая как где-нибудь на острове Маврикий, когда на одной стороне улицы идёт дождь, а на другой жарит солнце, но вполне может случиться, что вчера ещё шёл снег с дождём, а сегодня уже градусник стремится к тридцати градусам жары. Причём прогноз погоды обычно не соответствует сам себе даже в пределах одного дня. Поэтому Лида, отправившаяся на работу в деловом костюме обычным довольно прохладным и хмурым летним утром, уже подъезжая к офису ощутила наступление жары и вынуждена была включить в машине кондиционер.
Руководство, как обычно прибывшее накануне из Москвы, в эту пятницу резину тянуть не стало и назначило совещание прямо с утра. Выглядело руководство, мягко говоря, неважно, и с места в карьер огорошило всех присутствующих объявлением, что компания ввиду сложившейся неопределённости временно приостанавливает свою деятельность и предлагает всем уйти в неоплачиваемый отпуск до конца августа. При упоминании неоплачиваемого отпуска присутствующие на совещании зашелестели, закряхтели, загудели, заворчали, а некоторые даже тихонечко заплакали. Лида не заплакала, но не на шутку испугалась. Как начальник планового отдела, она, конечно, представляла проблему, так сказать, в полный рост, но всё-таки надеялась, что как-то её удастся преодолеть, старыми запасами пока перебиться, а там, глядишь, и рассосётся, устаканится, перемелется, короче, станет хорошо. Руководство же не зря в Москву мотается, в Москве, как всем известно, находятся разные рычаги и скрытые возможности. Видать, ничего такого для их компании в Москве не оказалось.
– А нельзя всё-таки как-то что-то людям оплатить, совсем чуть-чуть? – жалостно пропищала из своего угла директор по персоналу.